(не) Пара Его Величества. Цена короны

Глава 2

Шератан

Шератан не видел сестру почти полгода. Но глядя на нее сейчас, ему казалось, что прошли века. Или, наоборот, не прошло ни секунды.

Айлисс не изменилась. Все такая же ослепительно красивая, высокая — лишь на полголовы ниже его. Она ждала его в «Жемчужных покоях» — малой приемной, воздух в которой был густым от запаха ладана и кофе. На маленьком столике из слоновой кости стоял серебряный кофейник и мисочка с колотым темным шоколадом — ее единственная слабость, которой она не изменила за эти годы.

Она стояла у огромного окна, глядя на королевскую гавань, где на причале стоял Айро’Ланнар, отдыхая после путешествия.

Но едва дверь открылась, она резко обернулась, и ее белые, струящиеся как водопад волосы, взметнулись. Такие длинные волосы дозволялось носить лишь членам Великих Домов. Все остальные были обязаны стричь волосы коротко, максимум до плеч. Даже женщины. Исключение делалось лишь для наяр в гаремах, но их никто и не видел кроме самого хозяина. Так что тот мог приказать им хоть отрастить косы, хоть обрить налысо.

Айлисс гордилась своими волосами, украшая сегодня жемчужными нитями и крошечными изумрудными паутинками, вплетенными в косы. Ее зеленое платье с жемчужной вышивкой стоило состояние, но всю эту безупречную роскошь портило одно — выражение ее глаз. Острых, как лезвие, и пустых, как высохший колодец.

В покоях уже собрался весь цвет придворной власти. Даже Олфирин, сбежавший с корабля первым. Четверо патриархов Дома Рассекающих Волн восседали в креслах и на диване. Еще один, дядя Калиник, прислонился к книжному шкафу, наливая что-то в кубок из амфоры.

И, конечно, Верховный жрец Посейдона Брианон, чья старческая, но цепкая рука по-хозяйски лежала на плече Айлисс.

Шэратан внутренне поморщился. Неужели влияние жрецов на сестру стало настолько тотальным, что даже долгожданную встречу с братом она устроила в их присутствии?

При виде его на ее лице на миг вспыхнули настоящие, живые эмоции — шок, надежда, безумное облегчение.

— Брат! — вырвалось у нее, и она сделала порывистый шаг вперед. — Ты правда вернулся?!

Но тяжелая ладонь Брианона на ее плече сжалась. Айлисс замерла, словно на нее набросили невидимую сеть, и отступила, опустив взгляд. Что ж, она всегда была послушной девочкой. Удобной.

А он — никогда. Даже в пять лет. И за эту строптивость приходилось платить.

В Имперском Риме их называли «Мальчики для битья», в Атлантиде — «Тени», но суть была одна. Никто не смел наказывать наследника, оскверняя божественную кровь. ПОэтому наказывали не юного принца, а того, кто рос вместе с ним.

Шератану хватило двух раз. Смотреть на то, как плеть рассекает спину Кая, его единственного друга, оказалось невыносимо.

После этого он стал осмотрительнее, умнее, хитрее… Ровно до того момента, как потерял память и оказался на пиратском корабле.

Айлисс же… Она научилась приспосабливаться намного раньше.

Одновременно в памяти всплыла другая девушка: умная, гордая, которая шла напролом, как те корабли, которые плавают во льдах северных морей.

Он почувствовал злость. Не на Айлисс, а на тех, кто сделал ее такой.

— Сестра, рад тебя видеть, — его голос прозвучал ровно и холодно. Он склонил голову в церемониальном приветствии, положенном регенту. Затем взгляд скользнул по остальным. — Мои почтения, Мудрейшие.

В ответ повисла настороженная тишина. Их тяжелые, испытующие взгляды будто пытались определить: живой ли он, или в его облике явился оборотень.

— Неужели я так сильно изменился? — с мягкой насмешкой спросил Шэр.

— Ну, знаешь, кажется, ты второй после Орфея, кто сумел вернуться из царства Аида, — хрипло хохотнул дядя Калиник, отхлебывая из кубка. От него пахло крепким вином.

— А с чего ты взял, дядюшка, что я там был? — усмехнулся Шэратан, внимательно следя за реакцией в зале.

Реакция была… разной. Калиник, казалось, был искренне рад. Двое патриархов, суровый Ириней и молчаливый Илверин, смотрели явно недовольно. Знать бы еще почему?.. Еще один, престарелый Геласий, глядел с простодушным любопытством. Жрецы перешептывались, а Брианон взирал на него с ледяным спокойствием, за которым Шэр читал явную настороженность.

— В таком случае, у тебя был просто потрясающий отдых, — раздался громкий молодой голос. — Жду не дождусь подробностей.

Это был Таэлин. Их кузен, чей жалкий дар Повелителя Воды с лихвой компенсировался даром предвидения и амбициями, позволившими ему стать жрецом Аполлона. Светловолосый, синеглазый, с лицом греческого бога. Когда-то его рассматривали на роль «Тени», но отец выбрал Кайрана, мальчика из погибающей ветви клана его матери.

— Боюсь, подробности остались похоронены в разных частях Империи, — сухо отрезал Шэр. — Так что не будем тревожить прах мертвых.

Он не стал пояснять, что имел в виду, но угроза в его словах прозвучала достаточно ясно, чтобы никто не осмелился требовать отчета.

— Что ж, это и правда ты… — проскрипел Брианон и, кажется с трудом удержался от того, чтобы не добавить «несносный мальчишка».

Впрочем, прошли те времена, когда это кому-то позволялось. Даже Верховному жрецу.

— Сегодня в королевстве праздник! Наследник вернулся! — с наигранной радостью воскликнул один из служителей.

Айлисс тут же подняла голову, и в ее глазах вспыхнула надежда:

— Значит, Испытания Трезубца будут отменены?

Шэратан нахмурился, медленно обводя взглядом собравшихся. Испытания? Причем тут они? Что за игра?

— Нет, — ледяным тоном произнес Брианон. — Испытания состоятся.

— Но Шэратан уже прошел их! — возмутилась Айлисс, и в ее голосе впервые зазвучали нотки былой силы. — На Календы в январе! Он доказал свое право!

— А после исчез, не сказав ни слова, — мрачно буркнул патриарх Ириней. — Удивительно было бы, если бы другие Дома не воспользовались такой возможностью.

— Кстати, племянник, не хочешь все-таки рассказать, где пропадал? — вставил Калиник, подливая себе вина.