(не) Пара Его Величества. Цена короны

Глава 4

— Брини?! — я осторожно взяла ее на руки. Ее маленькое, хрупкое тельце бессильно обвисло на моей ладони, и по моему лицу покатились предательские горячие слезы, смешиваясь с каплями соленой воды. — Это я виновата. Я…

— Не стоит винить себя, — голос Шэра прозвучал приглушенно. — В ссоре мы участвовали оба.

— Она испугалась не скандала, — я прикусила губу до боли, пытаясь взять себя в руки. Дракошка была холодной и неестественно легкой. — Она почувствовала, что я… умираю, и передала мне всю свою энергию. Видимо, надеялась, что я превращусь и смогу выбраться. Отсюда и частичная трансформация.

— То есть твой фамилиар пожертвовал собой… потому что Брини хотела защитить тебя? — он смотрел мне в глаза, и в его взгляде явно что-то изменилось. — От меня?.. То есть это не ее собственный страх… Я испугал тебя настолько?!

Кажется, это понимание ошарашило его. Маска бесстрастия треснула, обнажив что-то растерянное и виноватое.

— Да какая теперь разница, из-за чего ей плохо?! — почти взвыла я, прижимая малышку к груди.

— Она куда сильнее, чем выглядит. Роксана, ответь, пожалуйста.

— Да. Я испугалась, — выдохнула я, глядя на свою чешуйчатую руку, которая постепенно принимала прежнюю форму. — Твоя вода, Шэр… я думала, что захлебнусь. Что ты так зол, что просто утопишь меня. Наверное, она почувствовала это… То, что я приготовилась умереть.

Голос снова дрогнул, и я опустила глаза, успев мельком увидеть в его глазах не просто понимание, а настоящий стыд.

— Ты ведь знаешь, что я бы не причинил тебе вред… настолько.

— Нет! Не знаю! — вырвалось у меня, горько и отчаянно. — Не знаю, Шэр… Я ничего о тебе не знаю. После всего…

Я отвернулась, баюкая малышку в ладонях и судорожно соображая, что делать. Воздух в комнате все еще пах озоном и влажным камнем. Поплакать я могу и потом.

— Надо отнести ее к Сильвии.

— Не надо, — поморщился он. — Жрица тут не поможет. Ей нужно в стаю, на время. Это вернет ей силы. Драконы могут делиться жизненной энергией между собой.

— Куда?

— К ее сородичам. Они помогут ей лучше, чем кто либо. Сейчас это именно то, что ей нужно.

Он вздохнул, провел рукой по лицу, явно быстро перебирая в голове варианты, и выдал решение:

— Сейчас ты выйдешь. Позовешь служанку, скажешь, что будешь ночевать у Сильвии, и прикажешь убрать покои…

— Просто приказать? — перебила я его, окидывая взглядом последствия урагана: перевернутую мебель, осколки, лужи и поникшие лианы. — Тут же… все разгромлено.

— Вали все на тролля, — коротко хмыкнул он. — Поверь, Годрашу все равно. Количество амфор с «виноградным соком» в его покоях от этого не уменьшится. После отправляйся в нижний сад у пристани. Пройдешь по коридору до лестницы, спустишься на первый этаж и налево. Там будет выход в сад. Я тебя там найду.

— А если я встречу стражу?

— У тебя нет запрета перемещаться по дворцу, но тебя еще не знают, могут и задержать, — признал он. Задумался на секунду и стянул с пальца массивный перстень с ультрамариновым камнем, в котором пульсировал тусклый свет. — Держи. Если остановят, покажешь печатку. Это мой личный знак.

Он ушел через тот же ход в стене, а я вышла в коридор, все еще дрожа и прижимая к груди бесчувственную Брини. Воздух в коридоре был прохладным и неподвижным после влажного хаоса моих покоев. Я позвала Лиру. Когда она появилась и заглянула за мою спину, ее глаза стали размером с блюдца. Она застыла на пороге, вглядываясь в разруху и молча слушая указания, а потом умчалась прочь, вероятно, за подмогой. Убрать такое в одиночку явно было невозможно.

Мой путь через дворец был похож на путешествие по лабиринту из перламутра и коралла. Бесконечные сияющие коридоры, арки, уходящие ввысь, и повсюду — шепот воды: в фонтанах, в аквариумах, вмонтированных в стены, в самом влажном воздухе. Я шла, надеясь, что никого не встречу, но увы — у массивных дверей, ведущих в сад, путь преградили двое стражников в латах, отливавших цветом морской волны.

— Куда? Остановись, — один из них грубо заступил вперед.

Сердце ушло в пятки. Я молча протянула ему перстень Шэра. Камень на нем слабо вспыхнул, будто отвечая на магию места. Стражник взял его, осмотрел, и его надменное выражение сменилось на почтительное. Он кивнул и посторонился.

— Проходите, наэрэ.

Сад, в который я вышла, был роскошным и ухоженным. Росли странные экзотические цветы и растения. Повсюду горели странные фонари: без огня, с холодным, ровным светом, заключенным в стеклянные сферы. «Откуда у них свет? — промелькнула у меня мысль. — Ни масла, ни факелов…» Я нервно ходила по идеально подстриженным дорожкам, гладя Брини и пытаясь протолкнуть в ее крошечное тело хоть каплю своей магии, но связь была тонкой, как паутинка, и рвалась при малейшей попытке.

Он нашел меня у небольшого искусственного водопада, спадавшего в темный бассейн.

— Идем, — коротко сказал Шэр и повел меня к скрытому за стеной плюща гроту.

Внутри, в небольшой заводи, покачивались несколько странных суденышек. Они были похожи на гигантских скатов — плоские, обтекаемые, с мягкими, пластичными корпусами, мерцавшими в полумраке.

— Мы поплывем в этом? — недоверчиво спросила я.

— Именно так.

— Далеко?

— Нет. Около получаса.

— Я почему-то думала, что ты можешь дышать под водой.

— Могу. Ты — нет. И, сомневаюсь, что тебе хочется, чтобы я снова использовал на тебе свои силы, — его взгляд был тяжелым. — Так что я выбираю варианты, которые подходят нам обоим.

Я сглотнула, вновь с болезненной яркостью вспомнив ощущение полной беспомощности в водяном коконе. Эта странная машина по крайней мере отделяла нас от океана и дарила обманчивое чувство защиты.

Стеклянный купол над нами бесшумно опустился, защелкнувшись. Снаружи донесся тихий, почти неслышный гул, и лодочка-скат плавно тронулась с места, уходя в темноту подводного туннеля. Внутри загорелись те же холодные огни, что и в саду. Лодка набрала скорость, легко скользя сквозь толщу воды.