(не) Пара Его Величества. Цена короны

9.3

Мы шли обратно по тому же ледяному каменному туннелю, и звук наших шагов отдавался эхом в сырых сводах.

Шэр шел рядом, на полкорпуса впереди. Его профиль в слабом свете светящихся кристаллов был резким и жестким. Он смотрел прямо перед собой, и я видела напряжение в линии его челюсти, в том, как сжаты его губы. Он явно обдумывал... что-то тяжелое.

А я вдруг поняла, что чувствую усталость и глухую ярость, но не на него, а на весь этот безумный мир, где жизни становятся разменной монетой в пьяных спорах. И странную, щемящую тяжесть где-то в районе сердца. За него. За того раба с язвительной усмешкой и этого эленэ с каменным взглядом, который теперь вынужден вершить такой суд. А также… благодарность.

Это осознание было таким неожиданным, что я даже остановилась.

— Спасибо…

— За что? — в его голосе зазвучала знакомая осторожность, смешанная с любопытством.

Он тоже замер, обернулся, вопросительно подняв бровь. Тусклый свет кристаллов, вмурованных в стены, играл в его глазах цвета морской волны, делая их темными, нечитаемыми.

— Ну, за то, что позволил присутствовать.

Он коротко фыркнул.

— Уже пожалел. Ты выглядела так, будто тебя вот-вот вырвет.

— Я не настолько… впечатлилась.

И поежилась. Сцена с улетающей сиреной, в когтях которой болтался «подарок», была слишком яркой и все еще стояла перед глазами.

Что ж… я все таки впечатлилась, хоть и не настолько, чтобы устраивать истерики. Но похоже мне все-таки понадобится чуть больше времени, чем я надеялась.

По телу словно пробежал холодок, покрыв кожу мурашками.

Он тоже это заметил.

— Замерзла? — он шагнул вперед, одновременно расстегивая свой плащ.

Не спрашивая, накинул его мне на плечи. Тяжелая, плотная ткань, еще сохранившая тепло его тела, обволокла меня, словно защищая от внешнего мира. Я инстинктивно закуталась в ткань глубже, уткнув нос в складки у ворота. Запах был таким… приятным, таким успокаивающим.

И сделала шаг навстречу, прижимаясь к нему телом. Его руки тут же сомкнулись на моей талии, обнимая крепче.

— Как ты?.. — спросила я тихо. — И как ты вообще с этим справляешься?

Его лицо на мгновение стало непроницаемым, затем в глазах мелькнула тень той самой усталости, которую я заметила на скале.

Он положил мне на макушку подбородок, помолчал, и тихо ответил:

— Я — эленэ, у меня нет выбора.

Его дыхание взъерошило мои волосы, согрев кожу.

Я повернула голову, прижимаясь к его груди и слушая, как размеренно стучит его сердце. Задумалась…

— Знаешь, мне всегда казалось, что как раз у тех, кто носит корону, выбор есть всегда.

— Это не так.

— Почему?

— Потому что это тоже цена власти. Если ты не соответствуешь, корона может быстро превратится в петлю на шее. Или в рабские цепи…

Я услышала, как его голос на секунду изменился, но он быстро взял себя в руки, снова повернулся, чтобы идти, но на этот раз его рука легла мне на спину, подталкивая к выходу.

— Пойдем. Здесь сыро, простудишься.

Мы вышли из туннеля, прошли через сад и вернулись под сводчатые залы дворца. Прошли через огромные резные ворота из темного дерева, инкрустированного перламутром. Охранники, два атланта в латах цвета морской пены, молча склонили головы. Шэр лишь коротко кивнул им в ответ.

Плащ эленэ пришлось вернуть еще в саду, чтобы не смущать стражников и случайных слуг. Хотя воздух в коридорах был теплым, да и моя дрожь прошла, но неожиданно стало зябко. Хотя, нет… Сегодня мне хотелось простого человеческого тепла и его присутствия рядом.

— Шэр, — окликнула я его, когда он уже попрощался у коридора, ведущего к моей комнате.

Он остановился.

— Мм?

— Давай… поужинаем вместе? — выпалила я, тут же спохватилась. — Я понимаю, ты, наверное, устал. У тебя же были встречи, тренировка… — я мысленно добавила: «…допрос и казнь». — А я полдня спала, так что… мне просто не хотелось бы ужинать одной. Марк с Сильвией и Годрашем, наверное, уже давно поели.

Одной мне и правда не хотелось. Но больше всего хотелось не отпускать его в лабиринт его королевских обязанностей и одиночества, а чтобы он остался рядом.

Он повернулся ко мне полностью, и его идеальное лицо, освещенное снизу светом кристаллов, казалось вырезанным из слоновой кости. Он молча смотрел на меня несколько секунд, и я уже готовилась услышать вежливый, но твердый отказ.

— В твои покои или в мои?

— В мои, — быстро ответила я. В «его» покоях было слишком много его, а мне сейчас нужно было именно мое пространство. И его присутствие.

— Как скажешь, — он кивнул. — Приду через полчаса.

Он проводил меня до дверей моей спальни, потом его пальцы коснулись моей щеки в ласковом жесте.

— До встречи, эленна.

Я ворвалась в комнату, продиктовала служанке список блюд и бросилась в ванную, смыть с себя пыль туннеля, запах страха и соли с ветреной скалы. Обернулась в мягкий, пушистый халат и, наскоро высушив волосы полотенцем, вернулась в спальню.

Полчаса прошли. Потом еще полчаса.

Я сидела на краю кровати, прислушиваясь к каждому шороху за стеной, где был тайный проход. Ничего.

Служанка давно принесла ужин, расставила еду и приборы на небольшом столе у камина, зажгла свечи в высоких канделябрах и так же тихо удалилась.

А его все не было.

Еще час прошел в нудном ожидании. Я то подходила к окну, то переставляла столовые приборы, то просто сидела, уставившись на язычки пламени в камине. Даже пыталась читать, но быстро бросила это бесполезное занятие: в голове не откладывалось ни строчки.

Что-то случилось. Наверняка.

Он не был тем, кто нарушает собственную договоренность без веской причины.

Я поднялась и решительно направилась к тайному ходу: «Ну что ж, раз он не идет к своей жене, жена пойдет к нему».