(не) Пара Его Величества. Цена короны

11.2

— Наэрэ, вам грустно? — раздался рядом чей-то голос.

Я вздрогнула и обернулась, выныривая из своих не слишком-то радостных мыслей.

Перед нами стоял Таэлин, двоюродный брат Шератана. Высокий, почти такой же высокий, как Шэр, но гораздо более худощавый на фоне тренированного тела эленэ. Лицо жреца было продолговатым, с тонкими, изящными чертами, а светлые, пепельно-белые волосы были гладко зачесаны назад, открывая высокий лоб. Он был облачен в простые, но безупречные одежды жреца: длинную тунику из серого шелка, перехваченную у пояса серебряным шнуром со стилизованным солнцем, символом Аполлона.

А вот его глаза были скорее… просто серыми, как у той же Лисанны. Я невольно сравнила их с глазами Шэра — те были насыщенного, живого цвета морской волны.

«Интересно, — промелькнула отвлеченная мысль, — цвет глаз… он говорит о силе их «водной» магии? Или это вообще ни о чем? Да, Тифон их разберет, этих атлантов, на самом деле…»

— Простите, наэрэ, мне показалось, что вас что-то расстроило, — повторил жрец, и его губы тронула легкая, учтива улыбка.

Я с удивлением отметила, что его голос был почти без акцента, с чистым и хорошо поставленным произношением, совсем как у Шэра, когда он говорил на общеимперском.

— Нет, все хорошо, — я постаралась взять себя в руки, сделать лицо безмятежным, как меня когда-то учили. — Просто немного непривычно. Масштаб… и все такое.

Я махнула рукой, стараясь списать свое дурацкое настроение на обстановку, шум и непривычную церемонию.

— Конечно, понимаю, — кивнул Таэлин, тоже обводя взглядом собравшуюся вокруг толпу. — Думаю, это достаточно непривычно… для того, кто вырос в гармонии с природой, а не среди мрамора и машин. Говорят, вы много путешествовали с эленэ… Вы же прибыли из Картахены? Из провинций?

— Да, из Картахены, — подтвердила я, глядя куда-то мимо него, на танцующие струи фонтана. — Мы как раз закончили там одно дело.

— Интересно… Говорят, в горах много древних дольменов. Я слышал, такие места считаются местами силы у друидов.

— Верно. Но обычно дольмены все же находятся на самом Эрине. И, особенно в сравнении с Картахеной, это точно не горы, а просто холмы.

— А-а, Изумрудный Остров! — глаза Таэлина вспыхнули искренним интересом. — Колыбель вашего искусства. Должно быть, для вас, как для друида, это было возвращением к истокам. Были в Таре?

— Нет, в Клонтибрете.

Я хотела добавить, что вряд ли ему что-то говорит это название, но он неожиданно нахмурился и задумчиво протянул:

— О-о-о… Клонтибрет.

— Вы там бывали? Думала, что про это место знаем только мы и картограф.

Он улыбнулся.

— Нет, не бывал. Однако у меня есть пара знакомых из тех мест… — он поморщился, будто хлебнул уксуса. — Не самые приятные, надо сказать… А вы выполняли там «Первые задания»? Кажется, это довольно жестокая традиция. Столько молодых жизней ставят на кон.

— Да, жестокая, — согласилась я глухо. — Нам достались… сложные.

— Неужели? О, простите мою назойливость, если вам неприятно вспоминать. Мне просто показалось, что вам хочется отвлечься от… происходящего, — он обернулся к СИльвии. — А вы, наэрэ, не надумали пройти обряд инициации.

— Нет, — ледяным тоном отрезала блондинка.

Кажется, еще пара разговоров с генералом и Силь натренируется превращать людей в пепел и без помощи своих огненных шаров, одним только взглядом.

— Эй, а мы вас ищем повсюду! — на мое плечо легла тяжеленная каменная рука.

За нами обнаружились Марк и Годраш. Маг выглядел… как обычно. Разве что его зелено-карие глаза блестели ярче чем обычно, а рыжие волосы были взъерошены так, будто он только что сунул голову в какой-нибудь атлантский механизм, которые он последние дни изучал с рвением религиозного фанатика.

А вот Годраш был воплощением трагической скорби. Будто его любимая тетушка только что разбила кувшин с его любимым элем, и теперь тролль не мог определиться кого он любит больше: эль или тетушку.

Я вежливо поблагодарила Таэлина за компанию и интересную беседу, и позволила Марку отвести меня на пару шагов в сторону. Сильвия последовала за мной с такой скоростью, будто спасалась от чумы. Ей явно не нравился жрец Аполлона и, особенно, все его намеки на инициацию.

— О чем говорили с этим сухарем? — фыркнул Марк. — Дай угадаю: очередное мерзопакостное пророчество, а? Угадал? Ну и Тифон с ним. А у нас, между прочим, дело.

Годраш мрачно крякнул, подтверждая.

— Даже интересное какое? — я подняла бровь, глядя на тролля. — А ты чего такой смурной? Ты же обещал, что первым в очереди будешь «есть, пить и веселиться».

— Так жрачки-то еще и нет! — простонал Годраш, с тоской оглядывая зал. — Только ходят туда-сюда, трындят без толку и все!

Он был прав. Привычный пир, когда гости и хозяева, ели и пили под развлекающие зрелища — еще не начался. Сейчас происходил медленный, церемониальный обход: члены знатных семей, выстроившись в невидимую, но строгую очередь, один за другим подходили к Айлисс и Шэру, стоявшим у огромного фонтана в виде трезубца. Атланты кланялись, произносили короткие приветствия и слова верности правящему дому.

Сестра Шера кивала с холодной, отрепетированной улыбкой. Шэр… Шератан стоял рядом, на полшага сзади, как и положено эленэ при регенте.

Его лицо было каменной маской учтивости. Он коротко отвечал, его губы шевелились, но я, конечно, не слышала слов. Иногда он кивал. Иногда едва заметно наклонял голову в ответ на особенно почтительные слова.

Как раз сейчас к нему подошла та самая троица: мать и дочь в розовом перламутре, а с ними пожилой атлант с важным видом и бородой, заплетенной в сложную косу с вплетенными голубыми кристаллами — явно глава их Дома. Он что-то говорил, жестикулируя в сторону дочери. Девушка, вся алея, сделала идеальный, отточенный реверанс, но глаз поднять на Шэра так и не посмела. Ее ресницы, густые и темные, трепетали на щеках.

Айлисс сказала что-то, мать ответила сияющей улыбкой. Эленэ… просто сухо кивнул и перевел взгляд на следующую в очереди семью.