(не) Пара Его Величества. Цена короны

Глава 15

Дворец оказался огромным, куда больше, чем выглядел сверху, когда мы летели над ним.

Мы спускались по ступеням пирамиды, и чем ниже, тем сильнее ощущалось величие этого места. Каменные блоки, из которых было сложено все вокруг, казались живыми, настолько искусно их покрывала резьба: огромные кошки с горящими глазами, змеи с раскрытыми пастями, воины в причудливых головных уборах, сцены битв и жертвоприношений.

Пирамида, на вершине которой мы приземлились, была центром целого комплекса, а вокруг, насколько хватало глаз, тянулись другие строения: храмы, дворцы, странные площадки, чем-то похожие на арены гладиаторов.

И все же, чем дальше мы шли по коридорам этой странной пирамиды, тем больше я ощущала странную... аскетичность. Да, было золото, и его оказалось много: оно сверкало на барельефах и фресках, изображающих чудовищ и неизвестных богов, на рукоятях ритуальных ножей и масках проходящих мимо жрецов, и даже на нагрудных пластинах воинов. Но не было того уюта, к которому я привыкла в Атанте: мягких кушеток, пушистых ковров, тяжелых штор, задерживающих свет. Здесь все было подчинено какой-то суровой, первозданной красоте, везде лишь камень, вода, свет и зелень.

Шератан и вождь, в окружении жрецов в длинных одеждах из грубой ткани, расшитых перьями и ракушками, шли чуть впереди, но благодаря растущей связи с Брини, я слышала почти все, что они говорили между собой.

— Вы устали с дороги, — произнес вождь, почтительно склоняя голову в сторону гостя. — Мои слуги приготовили покои, а после…

— Нет, — перебил Шэр и его голос прозвучал жестче, чем обычно. — благодарю за почетный прием, Хунак Кеель, но я хочу отправиться к сеноту сегодня.

— Эленэ, — подал голос один из жрецов, на шее которого висела массивная подвеска из нефрита, изображающая солнце. — Путь к священному сеноту неблизкий, даже если выступить сейчас, вы не успеете до темноты.

— Я знаю, — ответил Шэр, не замедляя шага. — Значит, будем ночевать в джунглях.

— И все же, джунгли — не лучшее место для отдыха перед Испытанием, — вновь попытался отговорить вождь.

— К тому же, — вступил второй жрец, помоложе, с лицом, раскрашенным синими полосами, — мы должны совершить очищение, принести жертвы, испросить благословения у бога дождей и...

— Я прибыл сюда не для того, чтобы ждать, — Шэр остановился, и все замерли. — Я хочу войти в сенот первым и я войду в него первым. Выделите мне людей, которые знают дорогу, припасы, и мы выступаем.

Вождь молча посмотрел на Шэра долго, потом медленно кивнул:

— Как пожелает господин, — произнес он. Обернулся и что-то быстро сказал одному из воинов на своем языке. Молодой парень с лицом, раскрашенным красным, склонил голову и исчез в боковом проходе. — Твои слуги будут готовы через час, эленэ. Но даже с лучшими проводниками вы доберетесь до сенота только к завтрашнему полудню.

— Хорошо. Меня это устраивает.

— Да будет так. Пусть боги хранят тебя, эленэ, — произнес вождь. — И пусть вода примет тебя, как своего сына…

Час прошел быстрее, чем я ожидала. Мы едва успели переодеться в более удобную одежду, перекусить лепешками с мясом и каким-то непривычно острым соусом, а после закинуть в дорожные мешки самое необходимое. Брини, учуяв запах приключений, взбудораженно носилась по комнате, то и дело норовя укусить за пятки слуг, которые, впрочем, смотрели на нее с восторженным благоговением.

— Они думают, что она послана богами, — тихо сказала Сильвия, кивая на дракошу.

— Она и послана, — хмыкнула я. — Только не богами, а дурацкой брачной магией Бельтайна.

Джунгли оказались совсем не тем местом, что я представляла, глядя на него сверху.

В Эрине леса были светлыми, пронизанными солнцем, с высокими, стройными деревьями, между которыми можно было идти почти свободно. Здесь же... царила зеленая тьма.

Огромные деревья вздымались на десятки метров, переплетаясь ветвями так плотно, что свет едва пробивался сквозь этот живой свод. Воздух был влажным, тяжелым, пахло гниющими листьями, цветами, какой-то незнакомой пряностью и... жизнью. Огромной, бурлящей, неукротимой жизнью, которая кишела в каждом кусте, в каждой трещине коры, в каждой капле воды.

Я шла, задрав голову, и не могла надышаться. Здесь были лианы толщиной с мою руку, свисающие с ветвей гирляндами. Цветы размером с мою голову, яркие, неестественно яркие, пахнущие так сладко, что кружилась голова. Птицы с оперением всех цветов радуги срывались с ветвей с криками, похожими на детский плач. Где-то в глубине что-то ухало и рычало, и эти звуки смешивались с жужжанием насекомых и далеким шумом воды.

— Никогда такого не видела, — выдохнула я, когда мы остановились у ручья, чтобы наполнить фляги.

— Потому что ты никогда не покидала Старый Свет, — заметил Марк, подходя ближе. Он тоже выглядел впечатленным, но, как всегда, пытался это скрыть за деловитостью.

— Зато ты как будто каждый день на край земли катаешься, — фыркнула я в ответ.

— Кстати, заметь, как славно твой остроухий разрубил этот гордиев узел, — он кивнул в сторону деревьев, где на ветке, свернувшись калачиком, спал какой-то зверек с длинным хвостом и огромными глазами. — Он проходит свое Испытание и подтверждает право на корону, а заодно создает тебе условия для выполнения задания. Думаю, в таком лесу без труда можно найти ранее невиданное в Империи животное и доставить в зверинец.

Я посмотрела наверх, где в просветах листвы мелькали силуэты невиданных птиц, прислушалась к многоголосому шороху, который окружал нас со всех сторон.

Марк был прав. Это место просто кишело жизнью.

Вон там, в глубине, за поворотом, я чувствовала что-то большое и опасное, с мощными лапами и блестящей шкурой — хищник, похожий на льва или скорее леопарда. Слева от нас, в кроне того дерева, где росли цветы размером с мою голову, находилось гнездо каких-то птиц с огненно-красным оперением, а у корней под камнями копошилось что-то чешуйчатое и явно ядовитое. А прямо над моей головой, где ветви сплелись так плотно, что не видно неба, сидел зверек с золотистой шерстью и длинным хвостом, название которого я не смогла бы назвать даже под пыткой.