Не сдохнут только одиночки, том Il: Час зверя

Глава 20: Труп

Порядка трёх часов ушло на предварительный осмотр. Усталый Веня едва волочил конечности, не успевая за майором.

Журба, сопливый, но бодрый, вскрывал помещение за помещением. Делал замеры, и бредущий по пятам Дядя Гоша, педантично вносил их в блокнот.

Холодная, бетонная коробка без ремонта и отопления смотрелась не уютно. Оглядевшись вокруг, я робко присела на обшарпанный подоконник. Тот протяжно скрипнул, но стойко выдержал мой вес. Мама-Света пристроилась рядом в ожидании дальнейших распоряжений. Но мужчины слишком увлеклись, и временное бездействие превратилось в настоящую праздность.

Раскрасневшийся Степанов горячо совещался с Лёхой. Тот с неизменно мрачным видом отпускал едкие шутки, «на голову» перещеголяв «чекиста» в безразличии к чувствам собеседника. Вонючая папироса будто приросла к губам парня, и я в сотый раз отвернулась в сторону, заметив его в непосредственной близости от окна.

- Скучаете? - Подмигнул он нам с Мамой-Светой, сплёвывая сквозь зубы. – Давайте. Приобщайтесь к «движухе». Чего вам надо для «женского счастья» - ложки-поварёшки, стиралки-фены всякие? Плита с духовкой… - Мечтательно протянул он. – Составляйте списки. Майор обещал скататься в город. Зря что ли, столько «магазов» простаивает?

- Странные у тебя представления о женском счастье. – Вмешался в беседу Степанов. – Молодо-зелено.

- Счастье – это душ не по расписанию. - Сдержала вздох Мама-Света. – А лучше – ванна. Просторная, светлая кухня с полным набором техники. Отглаженные простыни. Не казённое убожество. А свои, с кружавчиками, накрахмаленные… Эх…

- А ты, командир, говоришь. – Осклабился Лёха. – Слушай, что старшее поколение вещает. «Молодо-зелено», - передразнил он майора.

- Уговорил… Сделаю вид, что ты меня уел… - Приосанился Степанов, всем видом изображая безразличие. – Пойдём, пользу приносить. «Харэ», точить лясы. Болтать – не мешки ворочать.

- Не отнимай «хлеб» у Журбы, - рассмеялась я. – Человек-поговорка.

Подоспевший вовремя Дядя Гоша, подал жене компактный блокнот:

- И правда, будь добра, черкани «хотелки». А то у меня голова вспухает. Хотя бы на нашу семью. Остальных позже опросим и внесём коррективы в список.

- Да у всех стандартные нужды. Чего вы, как «эти»… – Пожевал сигарету Лёша. – Тут научный подход не нужен. Срач разгрести. Вот это – задачка. А убранство – дело вторичное. Крыша над головой есть, и ладно.

- Не все такие аскеты, как Вы, - покачала головой Мама-Света. Исписав убористым почерком страницу, она резко перевернула лист. – Лично я скучаю по нормальной жизни. К тому же, дети должны учиться. Как там, насчёт школьных классов? Спортзала? Физическая подготовка сейчас – не лишняя. Люди должны вернуться к нормальной жизни. Без рутины – всё развалится… - Грустно заключила она. – Я без неё разваливаюсь... Словно все мои привычки и навыки уходят в никуда. Всё подчиняется распорядку НИИ и этому хаосу вокруг.

- А ведь Вы правы! - Опомнилась я. – Пространства достаточно. Все разместимся, и с удобством. Не переживайте.

- Ну, вы не разгоняйтесь.– Посоветовал дядя Гоша. – Начнём с минимального ремонта. Постепенно доделаем настолько, чтоб стало комфортно. Но не более. На роскошь не претендуйте.

- А на отдельную ванную, хотя бы на две семьи? – Прильнула к мужу Мама-Света. И Петренко-Старший по инерции приобнял её за талию.

- Я бы не рассчитывал, - честно признался он. - Максимум – на коридор. Это, всё же общага.

- Ну вот, - надула губы Мама-Света.

- Но, если ооочень хочешь, - заговорчески улыбнулся дядя Гоша, - я притащу тебе ванну. Заварим слив, и ты сможешь в любое время рассчитывать на меня в качестве личного водоноса.

- Вот это любовь! – Бесстыдно поглумился Веня, прежде чем Мама-Света прошептала восторженное «да». – Прям второй медовый месяц. Что с людьми апокалипсис делает!

***

Парни Беспалова, как трудовые пчёлы, без конца сновали туда-сюда. Захаров, хмурый и сосредоточенный, по старинке вносил смету в массивную амбарную тетрадь.

- И как мы всё это переведём в «цифру»? - Заглянул через плечо Веня. Его усталые, серые глаза округлились от обилия текста. – Уже предчувствую, что скажет Степанов…

- Раз ты, Веня, «за мамонтом» не едешь, принеси свою пользу иначе. – Усмехнулась я, изображая тембр майора.

- По больному топчешься? – Прищурился Веник.

- Ничуть. – Замотала я головой. – Ты – наш рулевой, грандмастер таблиц и списков. Таких нельзя в рейд. Без тебя в тылу всё развалится.

- Ну, давай. Хвали меня… - Расплылся в улыбке сосед. – Только не переусердствуй. Иначе, я расслаблюсь и забью на работу…

***

- Черновая отделка есть!- Послышался голос Лёхи. – Проводка – исправная. На удивление.

- Я же говорил, - крикнул с лестницы Степанов. – Кто был прав? А? Ну, признай…

- «Будем посмотреть». Не говори «гоп», начальник. – Нехотя, буркнул Беспалов себе под нос. - Ишь, распушился как… - Прибавил он шёпотом, пользуясь моментом, пока Журба отвлёкся.

Смерив наглеца строгим взглядом, Мама-Света снова углубилась в подсчёты.

- Ох, доиграется Алексей… Наживёт врага в лице Степанова. А ведь неплохой парень, если задуматься… Знала, что он тоже вступился за Ковалёвых?

Я отрицательно помотала головой, старательно отслеживая передвижения Беспалова.

- Его жена, Лара, учитель математики. До сих пор занимается с детьми, не смотря на стеснённые условия. А муж – оболтус, каких поискать. Папиросу изо рта не выпускает… А ведь она, между прочим, в положении. Уже пятый месяц пошёл. Благо, в общаге не очень-то покуришь. Там комендант – кремень. Гоняет с балконов на улицу.

- Ясно… значит он тут отрывается… Дышит отравой в прок, - ухмыльнулась я.

Бегло прошвырнувшись по комнатам, Лёха завернул в конец коридора. И, вместо тупика, наткнулся там на измазанную глиной дверь. Рассохшаяся фанера в подтёках грязи выглядела столь неестественно, что гадкий холодок молниеносно пробежал по моей спине.