Не сдохнут только одиночки, том Il: Час зверя

Глава 47: Сюрприз-сюрприз!

Время неслось неумолимо. Крылов с Изотовым продолжали «натаскивать» Веру. А она обучала меня. Не очень успешно, нужно признаться. Процесс шёл, но крайне медленно, и это рождало дополнительное сопротивление.

- Просто ты слишком добрая и правильная, - пожал плечами майор, не без досады. – Таких поискать…

- Дело не в доброте. Вера говорит, что я – ссыкло, вот и весь секрет. И всю жизнь была такой. ­- вяло усмехнулась я.

Глухой вздох Вадика выдернул меня из раздумий:

- Ты не нападаешь, а защищаешься. Чтобы проникнуть в чужую голову, нужно хотеть там быть. Здоровая агрессия… Если желаешь, «любопытство», в тебе этого нет, причём напрочь… Это и усложняет дело. Зверь в тебе спит. Он не хочет территорий, не жаждет ресурса – только спокойствия…

А вот в Крылове агрессии было, хоть отбавляй. Иногда я ощущала, как разум блокировал его попытки – считать меня, как книгу, и это не мало раздражало.

Тогда я поделилась этим с майором:

- Ты бы не попадался ему на глаза лишний раз… Вдруг, алгоритмы Вадика дадут сбой, и Стас прочтёт тебя?.. Не боишься?

- Это как с «тихими», - замотал головой Степанов. – Холодный разум, и всё шито-крыто. Ничего нового.

- Твоя самоуверенность нас погубит. Я же тебя читаю!.. Всё, как на ладони.

- Потому что я этого хочу, - оскалился «чекист». – И не сопротивляюсь. Тебя я люблю и ценю, Варя. А Станислав меня раздражает. Такой фактор ты берёшь в расчёт?

Я покраснела, и зоркий майор это заметил. Расплылся в белозубой улыбке, как чеширский кот – во все сто тридцать два резца.

- Хочу, чтобы ты доверяла мне, Варя. А ты куксишься. – Резюмировал он. – Когда мы штурмуем бункер, нам понадобится эта связь, держу пари. И сейчас я впускаю тебя намеренно, «натаскиваю» твой разум на свою волну, чтобы ты безошибочно меня запеленговала… Будто мы и без этого недостаточно связаны эмоционально. Не все же сливки Вадику… - «Чекист» привычно ухмыльнулся и решил не договаривать фразу, оставив мне простор для домыслов и фантазий.

***

Час «икс» неумолимо приближался. Сей факт бросал тень нервозности на общее бытие.

Весь план Станислава сводился к тому, что Чумаков с укушенными помогут «тихой» проникнуть под бетон бункера, прямо в сознание «нулевого». Если он так же разумен, как и девочка, то не составит труда объяснить ему, для чего всё это необходимо. Он «захомутает» ближайший персонал, те выпустят его на свободу, а дальше пойдёт стихийная цепная реакция. Штурм отольётся малой кровью. И все наработки Крылова окажутся у него в руках.

Хорошо это или плохо? Я так и не смогла решить. Очень хотелось доверять учёному, ведь он меня спас, буквально вырвал из лап смерти… Но однозначности не было. Плюс, он очень сильно влиял на жизнь НИИ и Светланы Павловны. Его сети опутали все уровни – начиная от охраны и заканчивая руководством НИИ. Ставленники Крылова были везде.

- Один бескровный переворот уже свершился, - невесело вздохнул Степанов. – Он захватил мысли и спальню моей жены… Бывшей. – Улыбнулся майор, поймав мой беглый взгляд. - Нет, Варя, я не ревную. Но меня удручает сама тенденция… Как и скорость этого хитро-мудрого гражданина.

Периодами, Чумаков с майором обсуждали, как ему противостоять, если мои пси-способности так и не стабилизируются. Если Вера не сможет войти в контакт с «нулевым»… Или если Крылов всех нас предаст и пустит в «расход» уже ненужного Степанова, вместе с командованием «Росгвардии» в лице Димы и Паши. Или если в бункере окажутся опасные люди, связываться с которыми не следовало бы… Слишком много неопределённости. Целая горсть этих колких «если»… Но жизнь не терпит сослагательного наклонения.

На деле всё оказалось ещё сложнее. Количественно, новые живые «бойцы» не усиливали Верин сигнал ни на йоту. Но помогали регулировать его дальность - физически, напрямую, рассредоточиваясь на местности, как вышки сотовой связи.

Влиял на Веру непосредственно только Вадим, что делало его уникальной фигурой в многоходовке Крылова. Между ним и «тихой» установился устойчивый симбиоз, но мне разрывала душу щемящая пустота Чумакова. Словно из него высосали всё хорошее. Чем стабильней и «разумней» становилась Вера, тем более опустошённым и рассеянным выглядел капитан. Сообщающиеся сосуды в действии, и это неподдельно пугало. Он стал меньше есть, похудел и осунулся. Подолгу сидел рядом, не выражая ничего, как будто его вовсе не было в комнате. Когда я пыталась поговорить с Вадиком, он дежурно отшучивался:

- Тебе бы тоже пора познать дзен… Я всё чувствую. Честно. Я живой, и всё так же остаюсь частью команды. Просто ко мне сложно пробиться.

Но я была уверена, что Чумаков обманывает. Недоговаривает, или сам не ощущает, насколько глубока кроличья нора.

***

Тесты ученых с Верой раз за разом давали сбой. Крылов сдался и решил пожертвовать «козырем», чтобы выиграть партию. Он выждал ещё пару дней и, наконец, пригласил в лабораторию меня.

Степанов ликовал:

- Если всё выгорит, тебя не оставят в НИИ, не возьмут под стражу... Чем черт не шутит? Мы не знаем, какие приказы отдаёт Стасик своим бойцам… Если запахнет жареным, ничто не помешает нам свалить, всем вместе и затихориться где-то на время, пока я не придумаю, как вырвать Ланку и детей из когтей тирана. Ты, главное, не подведи. Дай ему то, что он хочет, - задумчивый взор «чекиста» блуждал по верхам.

- Если б я могла… - Тяжкий вздох вырвался наружу, как пробка.

- Пойду, побеседую с Хорьком… - Нахмурился Степанов. – Возможно, у него завалялось что-то, что сможет нам помочь. И ты даже не подсядешь.

- Надеюсь, речь не о травке? – Подал голос Вадик. – Вера же сказала, что наркотики – не вариант. Разум должен оставаться ясным.

- Совсем нет. – Неуверенно прошелестел «чекист». – Когда-то Гарик был одержимым студентом, и бадяжил им со Светой «коктейли» для «отличников». Там лошадиная доза кофеина, куча белка, Омега-3 жирные кислоты и какие-то препараты, улучшающие концентрацию внимания…

- Не говори, что ЛСД… - Поникла я.