Не сдохнут только одиночки, том Il: Час зверя

Глава 50: Вторжение

- Опа! «Кислый»… - Глаза «чекиста» сузились. Он лихо остановил минивэн и поспешил припарковаться у обочины.

Микроавтобус с «омоновцами» притормозил следом. Неповоротливый Журба, в полной боевой выкладке, тяжело спрыгнул на мёрзлый снег и вразвалку отправился к майору. Жёсткий протектор ботинок легонько заскрипел, надрезая тишину. Где-то у леса вспорхнула стайка птиц.

В придорожном овраге толкалось несколько облезлых тварей. Жёлтые лица и яркое, полуистлевшее тряпьё рабочих комбезов резко контрастировали с жемчужной белизной исполинского сугроба, превратившего обочину в длинную снежную сопку.

Степанов посмотрел в бинокль. Зимнее поле с частоколом мелких тростинок, несколько мерзлых трупов в густом придорожном кустарнике, и ничего похожего на «пеньки» воздуховода, только чахлый подлесок:

- Чумаков, отправьте с Верой пару токсичных товарищей к самому входу в бункер. Против лома нет приёма. Сталь выдерживает взрывы… а как насчёт кислоты?

- Сомневаюсь, что выйдет. – Покачал головой Крылов.

Он покинул машину и прогулялся вдоль оврага, в опасной близости от мутантов. Незнакомец в цветах личной охраны, по-кошачьи грациозно, вылез из минивэна и теперь двигался след-в-след. Компактный пистолет-пулемёт покоился на массивном предплечье.

«Кислые» закопошились, но в атаку не кинулись. Учёный, молча, разглядывал их - сверлил своими тусклыми, усталыми глазами. Застыл. Остановился, будто застрял во времени. Только сейчас, в полуденном ярком солнце я разглядела, как он осунулся. Глазницы запали, тёмные круги очертили веко. Всегда холёное, благодушное лицо Крылова сморщилось, словно иссохло, что добавляло ему возраста. Он больше не был тем подчёркнуто-уравновешенным, моложавым сибаритом.

Пара мучительно растянутых, бесконечных секунд, и трупы заволновались, задёргались, вытянулись в струнку. На мгновение мне показалось, Крылов читает их мысли… Напряжение сменила задумчивость, и он растёр узкую переносицу пальцами.

Секунда-две, мутанты сорвались с места и потрусили вдоль шоссе, прямиком к «Ковчегу». Степанов вздрогнул, инстинктивно вскинул винтовку. Пара монстров пронеслась буквально в полуметре - насыщенный, едкий запах мгновенно проник в лёгкие и защипал гортань. Я закашлялась. Пришедший на выручку Вадим похлопал меня по спине.

- Не поможет, но за заботу «спасибо», - выучено улыбнулась я.

- Вера дала им директиву, - отчитался Чумаков. – Дальше «кислые» пойдут сами… Нападут на бункер. Чем чёрт не шутит, расплавят орудия по периметру, если танк их не доломал… Всё, поддержка…

- А люди в лесу? – Засомневался Журба. – Мы не тестировали, как зомби ведут себя без Веры. Вдруг, решат закусить человечиной по пути? Зачем нам лишние проблемы?

- Всё продумано, - заверил Вадим. - Зайдут с тылов и сразу присоединятся к своим.

- Лихо, - усмехнулся Крылов. - Вера теперь и так умеет? Эволюция, однако… - Он рассматривал девушку так, словно впервые увидел. Её тонкий силуэт едва пробивался сквозь «рабицу» окна. Курносая, с крупными рыжими завитками, собранными в косу.

Зерно сомнений шелохнулось в груди. Майор с Вадимом переглянулись – не я одна заметила «недоброе»… Крылов молчал, наверное, с минуту:

- Ну, так даже лучше, - резюмировал он. – Да, Вадик? Ты же поручился за девочку и знаешь, что будет, если она попытается сбежать?

Раскрасневшийся на морозе ученый проследовал к микроавтобусу. Там, в компании «росгвардейцев» его ожидала Инга. Собранная, бледная, в тонком пуховичке на бронежилет. Она непринуждённо болтала с вертлявым сержантом, когда Крылов заглянул в салон:

- Ты мне нужна, прямо сейчас. Прикрывайте нас, - небрежно кинул он бойцам, и спрыгнул с «подножки». – А Вы, - он в упор уставился на майора. Тот наскоро запалил сигарету и демонстративно улыбнулся, зажав её в бледных от мороза губах. – Не вздумайте пороть самодеятельность. Иначе не видать вам «Ковчега», как своих ушей.

Степанов снова ухмыльнулся, поправил винтовку и, молча, спрыгнул в пустой овраг. Журба последовал за ним:

- Чисто. Можно спускаться…

Нетронутый снег заскрипел под протекторами. Майор пересёк «сопку» и аккуратно прошёл вдоль поля – сразу же увяз по щиколотку. Рассмеялся, скорее болезненно, чем задорно:

- Прогулка не будет приятной… - Он протянул мне руку, и я обвалилась в медвежьи объятия.

Инга предусмотрительно съехала вниз на корточках. Полненькая доктор запыхтела – ей бег с препятствиями давался сложнее всего. Поскользнулась, но вовремя уцепилась за массивный локоть Журбы:

- Ох, спасибо!..

Вера покинула автобус, и двигалась вровень с Чумаковым так, словно вышла на променад. Лёгкий, но тёплый комбинезон из стойких к химии материалов шуршал в такт шагам. Ладная, девичья фигурка, затянутая в молочную ткань, казалась невесомой. Удобные кроссовки на меху делали походку пружинистой и задорной. Вадим же наоборот, ссутулился, отяжелел, побледнел. Высокий и худощавый, в сером городском камуфляже, он походил на паука-сенокосца рядом с белым, новорождённым мотыльком.

«Ох, не нравится мне это… - Вспыхнул в голове возмущённый тенор капитана. – Крылов на взводе… угрожает… как бы дел не натворил… расхлёбывать их всё равно нам».

- Молчите. – Приказала Вера. – Не время. Не место. Думайте тише… Берегите ресурс.

***

Пара «омоновцев» в тяжёлых разгрузках, как у Журбы, прошли вдоль шоссе с тактическими винтовками наперевес, вывели из строя несколько камер на фонарных столбах и бодро потрусили по полю, прокладывая путь.

Оставшаяся пара «кислых», бежала за Верой, как привязанная. Они с Вадимом двинулись вдоль кустов прямиком к обслуживающим помещениям, что по планам Крылова, укрылись под сенью мёрзлого осинника.

Сзади посапывал Журба. За ним, отдуваясь, трусила доктор.

Майор сопровождал Крылова, рука в кармане куртки. На тысячу процентов уверена, что в кулаке он сжимал пистолет.

Инга отстала от группы, но люди Паши поторопили её, и она нехотя, ускорилась.