Не тяните ведьму замуж

Глава 7.

«Я часто думаю, как бы сложился мой день

если бы я его начала не с кофе, а с шампанского»

Боль надоедливым скворченком стучала в висках.  Мама дорогая, как же плохо. Во рту ночевал эскадрон гусар летучий, причем вместе с лошадьми.  Прислушалась к ощущениям – тепло и мокро и кто-то держит. Распахнула глаза и тут же со стоном опять зажмурилась. Осторожно открыла один глаз. Я в волшебной ванне на руках у оборотня. Погружена практически по подбородок, оборотень заботливо поддерживает голову на своем плече. Это за что ж мне такое счастье?  И что вчера было, раз я ничего не помню. Вернее помню, как с Пафнутием пели и пили. Все, дальше полный провал.

- Очнулась? – спросил оборотень – Ты как себя чувствуешь?

Пришлось честно ответить, что не очень, вернее никак, а если точнее – то пристрелите пожалуйста.  Оборотень вздохнул и задал еще один глупый вопрос – смогу ли я сидеть в ванной самостоятельно.

Смогу - не смогу, не  знаю, не пробовала. И вообще с какой стати я просыпаюсь в его объятиях в ванной.

Тяжело вздохнув,  ёкай осторожно ссадил меня рядом с собой и поднялся  из ванной.  Что ж это за насмешка судьбы – шикарный мужик, весь такой рельефный, в шелковых шмотках облепивших его так, что дух захватывает, а я  в состоянии – никакая, и самое интересное даже предпринимать никаких поползновений в его сторону не хочется. Мои  подружайки меня забросали бы гневными отповедями, если бы узнали, что я  добровольно упускаю такой экземпляр. Проводив его взглядом я откинула голову  на бортик ванной и попыталась договориться с собственной головой. Получилось не очень.

- Василиссса, я сейчас вернусь. Ты сможешь дождаться меня?

Ну да, как только ты отвернешься, я тут же выйду на стайерскую прямую. Рвану с низкого старта.  Но в ответ я только кивнула головой и закрыла глаза.

Вернулся альфа на удивление быстро. Переодетый в сухие шмотки, опять шелковые, но на этот раз не черного, а темно синего цвета. Принес кучу полотенец и выдернул меня из ванной. Мокрая шелковая туника облепила меня не хуже чем его шмотки ранее. Но мне было так плохо, что было все равно.  Стянув с меня мокрую тунику, под мои вялые протесты, альфа завернул  меня в простыню и понес в дом.  Дошел до моей спальни, и замер, увидев нашу  с Пафой дизайнерскую кровать.    Помедлив некоторое время, все таки опустил меня на нее. Поискал глазами одеяло, и выдернул его откуда то из-за нашего шедевра.   Прикрыл меня и замер, глядя куда-то левее от кровати. Проследив за его взглядом я обнаружила картину маслом - в обнимку с полупустой бутылкой спал Пафнутий.

- Василисса,  скажи,  а у вас в роду запойных не было? У тебя даже твое животное и тот в запое!

- Пафнутий не животное, он хранитель – вяло возразила я. -  И в роду запойных не было. Похоже я первая.

-Хорош, хранитель, - прошипел оборотень, пытаясь оторвать Пафа от бутылки.

Но тот, не открывая глаз вцепился в нее всеми четырьмя лапами и заявил, что если некоторые блохастые не отстанут, то он, Пафнутий, самолично расцарапает ему наглую рыжую морду. После чего плотнее прижавшись к бутылке – захрапел.

Оборотень растерянно переводил взгляд с него на меня, но в конечном счете, решил что два алкоголика для него много и сосредоточился на мне.

Я поплотнее укуклилась в одеяло и приготовилась к худшему.

- Кофе будешь?

- Минералочки б,  - жалостливым голосом попросила я.

-Сейчас принесу, - кивнул оборотень – и ушел.

Вернулся с минералкой, я обрадовалась ей, как всем златам мира. Жизнь стала налаживаться, и я смогла спросить:

- А что, собственно произошло вчера?

И тут оборотня опять стало карежить. Но на этот раз, он быстро справился со своей второй сущьностью.   Усевшись возле моей импровизированной кровати он начал рассказ. По мере того, как он говорил, мне становилось хуже и хуже. Это точно не я. Не могла я так чудить.

Из рассказа  Кезуки, я узнала, что вопреки всем ожиданиям, увидев огромного волкособа вместо человека,  я не завизжала и не упала в обморок,  а со словами «Вот ты какая белая горячка», полезла тискать оборотня и дергать его за уши. Когда мне это надоело,  я выдала – «Покатай меня, большая черепаха», взгромоздилась ему на спину и пришпорила как коня.

- Василиссса, скажи,  а какая связь между волкособом и большой черепахой? -  допытывался оборотень во время своего рассказа. – И скажи – что это за заговор такой – «Е-Е-Е, Хали-хали»? Это славянский заговор от оборотней?

- Скорее, кавказский, - пробормотала я,  сгорая от стыда.

Так или иначе, но обалдевший от моей пьяной наглости, обернувшийся ёкай, провез меня на своей спине по близлежащей территории. Когда мне надоело изображать лихую наездницу, я вцепившись в уши оборотня, заставила его притормозить, спешилась, и два часа рассказывала ему о своей незавидной доле. Правда оборотень так и не понял, что именно меня не устраивало.  Прихлебывая из бутылки, с которой я не пожелала расстаться, я  сидела привалившись к боку оборотня и разглядывала звездное небо. Кстати о бутылке – мы с Пафнутием, умудрились оприходывать стратегические запасы магического  ритуального хатимицусю, который вызывает радостное настроение, но подается строго дозированно и  в разбавленном виде. И он, Кезуки, не понимает, как я и кот не умерли от такого количества выпитого.