(не)истинная свекрови. Ой, дракону!

Глава 14

Лисаринна

Возвращение во дворец оказалось странным. Я сидела в седле, стараясь не смотреть на Дейнара, шедшего рядом. И весь этот путь мы шли абсолютно молча. Хотя, собственно, о чём нам надо было говорить?

Да не о чем. МНЕ с ним говорить не о чем.

Да и лично у меня в голове крутилась лишь одна мысль: надо продержаться три месяца.

Три месяца — и всё закончится. Радует то, что Искру силой не зажечь, это мне ещё мама в детстве говорила. Если чувств нет, она просто погаснет, как догоревшая свеча. А чувств к нему у меня, конечно, не было. Ну, кроме ненависти, раздражения и страха. А любовь… Ну, о чём мы говорим? После того, что он совершил, ни о какой любви не может быть и речи.

Так зачем мне снова убегать, если он всё равно найдёт? Смысл метаться по свету, если есть шанс выждать и быть свободной по всем правилам?

Когда мы вошли в ту самую комнату, где я очнулась впервые, я на секунду застыла на пороге. Солнечный свет лился в окно, которое совсем недавно подарило мне надежду на побег. И вдруг сейчас эта комната мне не показалась настолько ужасной. Наверное, это потому, что во мне больше не было страха. Я знала точно, что это я нужна Дейнару, а не он МНЕ. Поэтому брать силой он не станет. Будет пытаться наладить отношения и найти общий язык. Ну а я потерплю. Терпеть меня жизнь научила с лихвой. Бороться, правда, тоже. Но кто сказал, что эта самая борьба не может быть тайной? Незаметной? Чтобы даже он не заподозрил ничего?

Я понимала, что сейчас он будет пристально за мной следить, чтобы я не выбросила очередной вертель. А я поступлю умнее. Дам ему «шанс». Только вот когда он расслабится, когда поверит, что я сдалась, я уйду раз и навсегда, лишив его самого дорогого, что может быть — семьи. Точно так же, как он лишил меня.

Если бы он не повстречался на моём пути, я бы и не подумала мстить. Но раз уж так сложились обстоятельства, раз уж по какой-то совершенно нелепой случайности именно я оказалась его истинной, я накажу его. И когда всё закончится, я обязательно расскажу ему «за что». Он обязательно узнает, от кого получил такой удар в спину. Точно так же, как его получила моя семья. А после я уйду.

— Можно я останусь одна? — спросила, глядя в пол.

Мужчина чуть помолчал, видимо, изучая меня. Его взгляд я ощущала кожей. Но после ответил:

— Хорошо. Я попрошу слуг принести тебе обед.

И без лишних слов вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.

Я выдохнула. И не просто выдохнула, а обмякла, словно сбросила с плеч каменную плиту. Но радость длилась недолго. Дверь вновь открылась, без стука и приветствия, и в комнату вошла та самая женщина с балкона.

— Вы! Вы же обещали! — выплюнула я, не имея ни малейшего желания вести себя любезно.

— Я обещала помочь сбежать. И я сдержала слово. Ты же сбежала? — её голос был ровным и безэмоциональным. Она грациозно прошла через всю комнату и остановилась у окна, окинув его взглядом. Едва заметно хмыкнула какой-то своей мысли и снова вернула на лицо мраморную маску.

Я даже не нашла, что ответить, лишь упрямо стиснула зубы. Всё-таки глупо было не признать, что обида на неё оказалась крепче, чем следовало бы. Хотя, если рассуждать логически, с чего бы ей мне было помогать? Да не с чего. Но, чёрт возьми, меня это ой как задело! И ничего я не могла поделать с этими эмоциями.

— Я не обещала молчать. Впрочем, он бы и сам обо всём догадался и нашёл тебя. Я лишь ускорила этот момент и позволила вам встретиться наедине.

— Вы… Вы… — я задыхалась от детской обиды. — Вы же видели, как я хотела сбежать? Да я по отвесной стене ползла, рискуя свалиться в пропасть!

— Видела, — согласилась она и перевела на меня свои холодные, как снег в горах, глаза. — Это-то и странно, девочка. Больше похоже на какую-то игру, чем на правду. Но вот зачем ты её затеяла, я узнаю непременно.

Я сделала шаг вперёд и сжала кулаки.

— Никакой игры нет!

— Ах, милая! Ну неужели ты думаешь, что я в это поверю? — её губы тронула едва заметная улыбка, но глаза так и остались холодными. — Думаешь, что я просто позволю дурачить моего сына? Нет… Ты теперь будешь под моим личным наблюдением.

— Вы меня запрёте в комнате? — я вскинула подбородок.

— Зачем? — рассмеялась она, театрально промокнув глаза. — Ты у нас гостья. А гостей мы под замок не сажаем. Но держим на коротком поводке.

И она развернулась, платье красиво взметнулось, и женщина направилась к двери.

— А медальон? — выкрикнула в догонку.

— Оставь себе. Мне он больше не нужен.

И дверь закрылась, а я осталась стоять, непроизвольно обняв себя за плечи.

Ну вот как мне так подфартило? Как угораздило вляпаться во всё это?

Ну ничего-ничего.

Три месяца!

Я выдержу!

И не дам ни свекровушке попить моей кровушки, ни её сыночку.