(не)истинная свекрови. Ой, дракону!

Глава 22

Лисаринна

— Разрешишь? — прошептал он, почти коснувшись моих губ.

«О-Боже-мой!» — взорвалась единственная мысль в голове. А следом другая: «Что же делать?», а потом: «Поцелует? Да неее… А если да?». И снова: «О-Боже-мой!»

И пока не случилось непоправимого, я быстро встала на цыпочки и чмокнула дракона в... щёку, с таким характерным и звучным «чмок». Он слегка опешил. Хотя нет, конкретно опешил. Но когда я отступила на несколько шагов назад, пробормотав «Спасибо за танец», а после побежала вон из зала, в спину раздался раскатистый и басовитый смех.

«О-Боже-мой!!!»

Это было странно. Всё ЭТО было странно. То, как он смотрел, будто я его пламя. То, как меня держал, будто боялся, что я исчезну. То, как вёл в танце, будто мы с ним репетировали всю жизнь.

Он не может делать вид, что я ему нравлюсь. Ну не может! Особенно тогда, когда на моей груди висит защитный медальон. А что, если он больше не работает? Может, драконище чувствует притяжение метки?

«О-Боже-мой!»

«Так, Лиса, соберись. Он может чувствовать всё, что хочет. Тебе-то что? А тебе совершенно ничего. Три месяца потерпи и будешь свободна». — я почти в голос бормотала эти слова, пока ноги сами меня вели куда-то вон из дворца. Очнулась сидящей на жёсткой скамейке в глубине цветущего сада. Толком и не поняла, как добралась до него, но была рада, оглядевшись, убедиться, что рядом никого, лишь душистые цветы, тусклые фонари и ночь, полная моего позора…

Я злилась!

На себя. На него. На наш танец. На то, что мне понравилось.

Ну нельзя же так! Он враг. Он — Дейнар, мать его, Тарвэйрос! Тот, который после убийства моей семьи облетел весь Илварон и сделал круг почёта, чтобы каждый житель столицы Вернелиса знал врага в лицо. Он красовался, демонстрируя всем свою мощь. В то самое утро молнии разрывали небо сотнями разрядов.

Я помню, как горожане с широко распахнутыми глазами шептали имя Дейнара Тарвэйроса и смотрели, как замок их короля пылает, а чёрный дым застилает солнце. Как они бежали, прячась кто где. Как вышли воины, маги и простые отважные люди, пытаясь остановить его. Но не смогли. Он словно был под защитой, которую не смог пробить ни один снаряд, ни один магический жезл и ни один артефакт. И народ испугался.

Я помню, как мы бежали с няней, как прятались, как она твердила, что ни одна живая душа не должна знать, что принцесса Лисаринна жива, что она спаслась.

Я помню, как мы сели на корабль и навсегда уплыли из королевства.

Я помню…

Правда, до сих пор задаюсь вопросом, почему драконам всё это сошло с рук. Почему никто из других народов не встал на нашу защиту. Но спросить мне было не у кого… А те слухи, что потом разошлись, и вовсе удручали. Все говорили, что наш дворец загорелся сам по себе. Что это лишь нелепая случайность.

Нелепая случайность?

Вы серьёзно?

Мне хотелось кричать в голос, заткнуть каждого говорящего, что великий род Селавейр сгорел в огне по нелепой случайности, но не могла. Нет, ладно, вру, как-то я пыталась. Но мне не поверили. Все твердили, что драконы не могли их сжечь. Что им не надо развязывать войну. И я снова плакала и злилась, но бороться со слухами всё равно что бороться с ветряными мельницами.

Поэтому я смирилась. Но всё помнила. Такого дракона, как у Дейнара, забыть невозможно. Он единственный в своём роде — платиновый, с голубыми и серебряными проблесками, словно молниями. О нём ходили легенды, о его силе, мощи, размерах и уникальном огне, который и не огонь вовсе, а биоплазма.

И вот сейчас, после этого танца, я никак не могла понять, почему мне это понравилось? Почему тот человек с голубыми глазами не выглядит чудовищем. Ведь за те года скитаний я повидала много разных существ. И чудовище часто выдаёт его взгляд. Но у Дейнара он другой.

Не понимаю.

Я мысленно ворчала настолько увлечённо, что не заметила, как кто-то сел рядом. И поэтому вздрогнула.

Повернулась и увидела того самого мужчину, что сидел на троне рядом с Селмирой. Вблизи сходства с Дейнаром оказалось меньше, лицо моложе и смазливее, взгляд насмешливей, а улыбка более приятной. В то время как Дейнар обладал более грубой красотой и мужественностью.

— Эльдарон, — представился он, а я промолчала. Может, невежливо молчать перед драконьим наследником, но что-то говорить мне с ним не очень хотелось. — У вас потрясающий голос. Прекраснее я не слышал. Честно.

Я чуть склонила голову и слабо улыбнулась. Комплимент услышать было приятно, но вот ощущения от него… как будто наступила на тонкий лёд, который дал трещину.

— Спасибо. — ответила я сухо.

— У вас дар, Лисичка, — протянул он и чуть подался вперёд. — Не только в пении, но и в выдержке. Если бы меня мама так выставила, я бы точно опозорился.

Я чуть вздёрнула бровь, а он рассмеялся. И мне даже показалось, что искренне.

— Вас бы она дураком не выставила.

— Она делала куда хуже… — загадочно ответил он и посмотрел куда-то вдаль.

А я посмотрела на него пристальнее. Этот мужчина не казался мне врагом, но и не был союзником, поэтому подробнее расспрашивать не стала. Мне совершенно не хотелось лезть в их семейные проблемы. Своих по горло.

— Иди лучше отдохни. Силы тебе пригодятся. Сегодня ты затмила мою мать, а это не каждому под силу. — вдруг неожиданно он перешёл на «ты», но я послушно кивнула и поднялась со скамейки. Мужчина за мной не последовал, а остался сидеть.

В голове снова заметались вопросы и один «Разрешишь?».

Моё храброе и отчаянное «Чмок».

И да…

«О-Боже-мой!»