(не)истинная свекрови. Ой, дракону!

Глава 24

Лисаринна

Вернувшись в комнату, я захлопнула за собой дверь и с облегчением опустилась на подоконник. Луна висела над садом, как огромная жемчужина, а я чувствовала себя выжатой, как лимон, поэтому если раньше бы я восхитилась, то сейчас смотрела на неё невидящим взором.

Некоторое время продолжала заниматься самобичеванием, а после, когда уже решила таки доползти до кровати и упасть лицом в подушку, услышала тихий стук в дверь. И вздрогнула.

— Кто там?

— Дейнар. — донеслось низким и спокойным голосом.

Я подняла глаза к небу (потолку), мысленно взмолившись, чтобы это было ненадолго. Ведь этот день и без того был слишком странным, и дракона в нём было выше крыши.

— Входи, — тем не менее ответила, но демонстративно вздохнула и подтянула колени к груди.

Дверь открылась, и он вошёл. И почему-то замер, словно собирался что-то сказать, но слова застряли где-то в горле.

— Ты так и собираешься там стоять? — не выдержала я, потому что у самой было непонятное ощущение. И куда легче его скрывать нападением.

Дракон медленно выдохнул, но прошёл ближе и, не отводя взгляда, вдруг сказал:

— Знаешь, Лисичка, я уже однажды потерял истинную.

Я замерла, видя его искренние переживания по этому поводу. Говорить о потере он явно не хотел, но решил, что надо.

— О… — тихо выдавила. — Мне жаль, Дейнар. Правда.

Он нарочито улыбнулся, но в глазах мелькнула тень.

— Это было давно. И не имеет значения. Просто иногда я удивляюсь, что встретил тебя.

Я не знала, что ответить, поэтому просто кивнула. Странно, но в этот момент мне действительно захотелось его пожалеть. Хотя жалеть его — всё равно что пожалеть убийцу, просто потому что у него тоже есть сердце.

Но Дейнар не дождался моего ответа, а быстро сменил тему:

— Спасибо.

— За что?

— За то, что не стала опускаться до уровня моей матери. Ты могла устроить сцену, закатить скандал, да попросту не выйти или снова сбежать. Но не стала.

Тут я фыркнула, криво усмехнувшись.

— Ну знаешь, Рейкарн, если уж падать, то хотя бы не в ту яму, в которой уже сидит кто-то другой. Места мало, неудобно.

На мгновение он замер, а затем рассмеялся так громко, что, казалось, даже стены дрогнули.

— Ты невозможна, Лисичка.

Я откинулась на окно и улыбнулась.

— С этим не поспоришь.

На секунду его взгляд потеплел, но также быстро он развернулся к двери, бросив напоследок:

— Отдыхай.

Я не ответила. Лишь слушала, как удаляются его шаги, и отчего-то впервые за последние дни ощутила лёгкость.

А следующим утром я проснулась от крика. И не просто крика, а пронзительного вопля, будто им кто-то пытался разорвать само пространство. Это было что-то между рёвом дракона и воем сирены. Я рывком села, сердце бешенно заколотилось.

— Что за… — начала я, но тут мой взгляд упал на источник апокалипсиса — на детскую коляску, стоящую посреди моей комнаты, и на свекровушку, стоящую за ней.

— Доброе утро, — сказала мать Дейнара, делая вид, что то, что сейчас происходит, в порядке вещей, а потом добавила: — Он проснулся. Твоя очередь.

Какое-то время я очень старалась переварить данную информацию, но после слов «твоя очередь» мой мозг не выдержал и сломался.

— Моя что?

— Очередь сидеть с Эйриосом, сыном Эльдарона. — пояснила она, слегка покачивая коляску, пока младенец в ней продолжал истошно верещать.

— А где его родители? Где сам Эльдарон? — уточнила, стараясь не закипать сразу, хотя челюсть определённо свело от показушной улыбки.

— Спит. — Селмира невинно пожала плечами. — И Сеалирия тоже. Им нужен отдых. А ты, я погляжу, вполне бодрая.

— Я? Бодрая? — и всё же я не выдержала и выкрикнула, ткнув пальцем себе в грудь. — Вы хотите оставить его мне? Но я никогда не сидела с детьми! Да и вы меня совсем не знаете, разве можно оставить малыша с совершенно незнакомым человеком?

— Для тебя это хорошая возможность стать частью семьи. И там нет ничего сложного, — женщина всучила мне сумку с детскими вещами. — Здесь всё, что нужно: игрушки, запас пелёнок и сменной одежды, его еда. И да, он любит, когда ему поют.

— Подождите, Селмира! — я даже вскочила на ноги, оттолкнув сумку от себя. — Вы что, серьёзно собираетесь оставить его мне?

Свекровушка кинула на меня нечитаемый взгляд и направилась к двери, произнеся напоследок:

— Ты же у нас способная? Справишься. Тебе нужно научиться управлять теми, кто не умеет говорить и дышит исключительно воплями.

И не дождавшись моего ответа, распахнула дверь и вышла из комнаты. Вышла!

В этот самый момент коляска покачнулась, и Эйриос взвыл с новой силой.

— О, нет, нет, нет! — простонала я, осторожно подходя к очагу бедствия.