Некромант на пенсии. Шалость удалась!

Глава 1. Вот тебе, Элла Гавриловна, и ванна с пеной!

Один день назад

— Объявляю вас мужем и женой! Можете поздравить друг друга!

Счастливые влюблённые с идиотскими улыбками на лицах радостно поцеловались, а потом с ещё более глупым видом пожали друг другу руки, противно хихикая.

Я вздохнула и закатила глаза, стараясь, чтобы гости не заметили недовольную гримасу…

Это уже четвёртая пара за сегодня. По списку еще две. В последние годы молодожёны всё более креативно подходят к дню свадьбы. Вместо платьев и костюмов не стесняясь надевают пижамы и клоунские наряды, заменяют кольца баранками и сушками. Недавно припёрлась пара в образе Шрека и Фионы. А потом, через год или два, так же легко приходят и пишут у меня же заявления на развод. Иногда, даже продолжая так же противно хихикать. Некоторых я даже узнаю.

Сейчас всё просто. Захотел — женился. Захотел — развёлся. Захотел — изменил. И так далее и тому подобное. А я, как и полагается добропорядочному работнику ЗАГСа с двадцатилетним опытом работы, каждый раз с улыбкой принимаю сначала заявление на брак, а потом на развод.

Вот поэтому никогда не выйду замуж! Никогда и ни за что! Хватит и того, что первые годы работы я валерьянку пила, чувствуя, как розовые очки с мыслями о вечной любви разбиваются стёклами внутрь. А потом жизнь показала, что верить вообще никому нельзя. Жестоко показала, надо сказать… И моя сказка — не исключение из правил. Так что теперь — нет. Простите, но я не верю в эту вашу чистую неземную любовь.

Молодожёны несколько раз поцеловались, попозировали на камеру, получили поздравления от родственников и друзей и, наконец, дружно вывалились из помпезного зала.

***

Попав домой, я первым делом скинула неудобные туфли. Пяточки медленно опустились вниз, на мохнатый ковёр, а мизинец оттопырился в сторону, наконец обретя свободу после целого дня заточения в неудобных туфлях.

Блаженство…

На диван полетело строгое платье, колготки и лифчик. Последним штрихом распустила тугой пучок на затылке, выбрасывая из волос острые шпильки.

Свобода…

Как мало надо для счастья среднестатистической женщине после тяжёлого рабочего дня.

Довольно приплясывая и потрясая объёмными бочками, я открыла кран в ванной, не забыв добавить розовой пены. Накинула тёплый халат и направилась на кухню, где с великим удовольствием схомячила три бутерброда, две сосиски, одно варёное яичко, полтора пончика и выпила три чашки чая. Больше просто не успела, так как налилась ванна.

В запотевшем зеркале отобразился силуэт типичной тётки среднего возраста: высокой, полной, скучной и до ужаса правильной.

На работу эта тётка надевала одно из пяти строгих платьев, купленных ещё лет десять назад, делала аккуратную причёску, идеальный макияж. Раз в две недели ходила на маникюр. А потом улыбалась фирменной улыбкой. Каждый рабочий день. В выходные эта же тётка, которую, кстати, зовут Элла Гавриловна, сидела дома, смотрела фильмы, читала книги, изредка созванивалась с единственной подругой, хотя та почти всегда была слишком занята домом, мужем и тремя постоянно орущими детьми, чтобы обсудить сюжет очередной интересной книги.

И как-то так получилось, что эта противная тётка — я.

Вот так в жизни бывает. Живёшь себе, живёшь. А потом из юной милой девушки получается дама, уже вдруг старше бальзаковского возраста. А ты даже не успела понять, когда это случилось и в какой момент мечты о принце на белом коне, переключились на ругань в очереди к врачу.

— У меня этих принцев каждый день… — проворчала я, укладываясь в ароматную ванну с водой, близкой к температуре кипения. — Ох, хорошо… И каждый второй принц выглядит так, будто его не под венец ведут, а на эшафот. Нет уж, спасибо!

Мысли вяло текли, перескакивая со списка предстоящих покупок на философические размышления. Так как из собеседников у меня только кактус в углу, то ему я и адресовала собственные диалоги, чтобы не скатываться в рассуждения с самой собой.

— Как я докатилась до такой жизни, а? Стой красиво, улыбайся ровно, бумажки заполняй аккуратно. Идеально, строго, бездушно. Вот скажи мне, разве это жизнь?! А ведь я в молодости была та ещё оторва, даже на мотоцикле по полям гоняла. Не веришь?! Зря! Только вот очень мало я пожила так, как хотелось. Правила… Правила. Правила! Надоело!

Я засунула руки в пену и резко хлопнула ими, отчего во все стороны полетели пузыри.

— Не хочу! Боженька, если ты есть, пожалуйста, сделай так, чтобы я могла жить на всю катушку! Не улыбаться, когда не хочется, не ходить в неудобных туфлях и платьях! Сделай так, чтобы я делала, что хотела! Чтобы было весело и никаких принцев вокруг! Не нужна мне сказка, пусть будет комедия!

Мне никто не ответил, кактус тоже молчал.

Я глубоко вздохнула, а затем задремала…

***

Раз. Какие-то пятна перед глазами.

Два. Свет в конце туннеля.

Три. Свет сменяется тьмой.

Четыре. Я открываю глаза.

Закрываю. Открываю. Не поняла…

Вокруг, насколько хватает глаз, простирается пустынная территория с чёрной влажной землей и без намека на цивилизацию или растительность. Только тёмные холмики могил и из земли тут и там жизнерадостно торчат покосившиеся крестики. В небе светит полная луна, а вдалеке слышится вой волков.

Последнее, что я помню, — горячая ванна с розовой пеной. И то, как меня сморил сон.

Я что, всё же умерла?! Вот просто так взяла и умерла?! Это же… как-то несолидно, что ли…

Представляете, что будет написано в отчёте патологоанатома? «Взрослая тётка умерла, захлебнувшись в собственной ванне, где еле-еле помещалась её задница». Позор, да и только.

И что же это?! Загробный мир? Новая жизнь? Где меня ждёт принц, конь, свадьба и сила эльфов? Ох, не хочу!

Я с опаской вытянула руки.

Но… вместо собственных крепких пальцев с алым маникюром, мне предстала… Нет, не юная тоненькая ладонь с обручальным кольцом на безымянном. Нет!!! Я увидела сморщенную костлявую руку с пигментными пятнами по всей длине. Что за…?