Ненужная жена. Лекарь генерала дракона

Глава 3

Флёр изящной, грациозной красавицы вмиг растворяется.

Тошнота подступает к горлу от приторно-сладкого аромата её духов. От притворного сожаления и цепкого взгляда, которым она снова осматривает меня, подходит чуть ближе.

Не помогает даже ветер, что задувает из приоткрытого окна запах дождя и мокрой травы.

— Мне не нужно ваше сожаление — говорю я, и она кивает

— Да знаю я. Знаю. Просто должна была это сказать. — тянет она и с каким-то девичьим восторгом наблюдает за тем, как её слова причиняют мне боль.

Мне больно сейчас, да, но моя боль не имеет к ней никакого отношения.

На месте этой драконицы ведь легко могла оказаться любая другая.

Молодая, сильная, одарённая магией.

— Вы ведь тоже никогда не сможете понять меня. Селестия рассказала мне ваш маленький секрет. — она поджимает губы и пытается подавить смешок.

Ей смешно?

Веселится по поводу того, что её будущая родственница так легко делится личным? Какая удивительная глупость — наслаждаться моей болью, не замечая, что сейчас очень ярко можно увидеть, что ждёт эту девочку в тот момент, когда она перестанет быть полезной этому семейству.

Она ведь пришла на моё место.

— Я надеюсь, вас не обижает моё желание быть искренней? Я ничего против вас не имею, Мария, правда. Всего лишь злюсь на Богов покровителей. Из-за их нелепой оплошности я должна терпеть вас в этом доме. — она проводит пальчиками по своему плечу, очевидно, намекая на нашу с Айроном истинность.
В этом доме.
Вот же хамка.
О какой искренности она говорит?

Слово за словом пытается вызвать меня на эмоции, заглядывая мне в лицо с каким-то диким волнением и блеском в глазах.

— Айрон, точнее, его дракон, будет постоянно нуждаться в своей истинной. И меня злит тот факт, что иногда ему придётся делить с вами постель, чтобы облегчить тягу, которой его наказали боги, соединив с вами.

Так вот, оно что. Потому он так отчаянно пытается меня удержать рядом.

Теперь улыбаюсь я.

Она говорит что-то ещё.

Кажется, что готова понести эту жертву, потому что приходить в мою постель он будет вынужден, но желает-то исключительно её.

Говорит что-то и о том, чтобы я, несмотря на это, не забывала своё место.
Тараторит о том, что любит, когда по утрам проветривают её комнату, и не ест дрожжевые булочки.

А я продолжаю улыбаться. Не потому, что вижу, как наша связь с Айроном или с его драконом, волнует девчонку куда сильнее, чем она пытается показать.

Улыбаюсь потому, что обещаю себе: я непременно найду способ отсюда уйти.
Пока даже не представляю как, но я что-нибудь придумаю. Он меня не удержит.

— Пожалуй, я больше не стану вас задерживать. Пойду к Айрону, он ведь ещё в кабинете? А мы с ним так и не закончили по вашей вине. — её голос переходит на писк — А после навещу вас в комнате, и мы решим, какую комнату вы отныне будете занимать и какие обязанности по дому лягут на ваши плечи. — заявляет она и разворачивается, чтобы уйти.
— Погоди, минутку — окликаю её, и она останавливается.

— Как твоё имя? — спрашиваю я, и она разворачивается и хмурит брови.

Хмыкает и демонстративно скрещивает руки на груди, будто собирается защищаться от меня, но я не собираюсь нападать.

— Хотя нет, не говори. Твоё имя мне ни к чему — добавляю и делаю шаг к ней. Она опускает руки вдоль тела и как-то испуганно озирается, вжимая голову в плечи.

Потому что я больше не молчу? Или рядом нет Силестии?

Напираю, подобно моему дракону Айрону, в те моменты, когда он даёт инструктаж своим солдатам.

Глубоко вдыхаю и ничего не чувствую по отношению к этой девчонке

— Посмотри на меня, милая, и хорошо запомни, что я никогда не буду проветривать твою комнату и готовить тебе дрожжевые булочки, независимо от того, как сейчас к тебе относится мой муж, его мать, да хоть сам король, и под каким статусом жаждет оставить меня при себе Айрон. Это мой дом. Моя территория, мои комнаты и мой сад. Каждый уголок этого дома пропитан мной, и если хочешь быть здесь хозяйкой, то я советую тебя снести здесь всё до основания и построить с Айроном новое гнездо. Очевидно, что ты ещё слишком молода и инфантильна, чтобы понять, как всё вокруг тебя устроено и к чему может привести глупость и беспечность. Там, откуда я пришла в этот мир, есть одна хорошая поговорка: на чужом несчастье, своего счастья не построишь. Просто помни об этом. Держи в своей красивой головке каждый новый день, — я поднимаю руку, несколько раз стучу себя по виску — потому что однажды наступит день и напротив тебя будет стоять уже другая. Моложе, красивее и сильнее. Пусть Боги будут милостивы к тебе и никогда не пошлют в наказание испытать потерю, подобную моей — я замолкаю, а девчонка напротив замирает. Голубые, как весеннее небо глаза становятся огромными, а розовые губы плотно сжимаются.

— А вот теперь можешь идти, делать всё, что пожелаешь — добавляю и, обойдя её, направляюсь в свою комнату.

Меня встречает запах чистого белья, мускуса и бумаги. Боль снова возвращается и скручивается в груди тугим узлом, когда взгляд мой падает на кроватку для ребёнка, стоя́щую у окна.

Почему Айрон до сих пор от неё не избавился?

Прикрываю глаза, потому что они горят от непролитых слёз, и глубоко вдыхаю, чтобы унять нахлынувшие эмоции.

Когда открываю глаза, то осматриваюсь, такое ощущение, что Айрон так и не зашёл сюда с тех пор, как мне стало плохо и он, обернувшись в дракона, отнёс меня в больницу.

Где же ты ночевал всё это время, дорогой муж?

Его рубашка, как и в утро того дня, по-прежнему висит на спинке стула, бумага, что он смял в порыве ярости, лежит у стола, а у окна осколки разбившего стакана, который выпал у меня из рук, когда я почувствовала боль.

Зажмуриваюсь и рывками принимаюсь стягивать с себя мокрое платье, но оно не поддаётся, липнет к телу, царапает мокрыми швами, и я в сердцах издаю рык, тяну ткань, и треск её заполняет комнату, смешиваясь с моим вскриком.