Ненужные мужья, или Брачные путы для попаданки

Пролог

– Восемнадцать мужей? – заплаканный девичий голос прорезал тишину храма. – Отец, пожалуйста! Не заставляйте меня! Я умоляю!

Стенания и мольбы продолжались до тех пор, пока священнослужитель не поднёс к тонкому запястью девушки добела раскалённое тавро. От испуга она замолкла и не успела сделать глубокий вдох, поэтому крик от боли получился рваным и глухим.

Все присутствующие ничем не выдали своего замешательства. Они продолжили смотреть на церемонию так, словно ничего ужасного здесь не происходит. И отец плачущей девушки не подал виду, что ему жаль. Хотя… жители Райнгора знали наверняка: он не сожалеет.

Брачная печать обожгла кожу невесты, и по залу медленным шлейфом потянулся до боли знакомый запах горелой плоти. Лишь несколько мужчин из длинной шеренги дёрнулись, а на их лицах проступили искренние муки совести.

Второе поставленное клеймо отметилось душераздирающим криком девушки. В этот момент трое из мужского строя не выдержали, подошли к невесте, обступив её со всех сторон. Но священнослужитель не остановился, а даже наоборот – с плохо скрываемым удовольствием прижал раскалённую печать к девичьей руке. Тонкая кожа снова сгорела, и девушка согнулась от боли, а её рыдания стали тихими и безысходными.

Один из мужчин взял невесту за руку и сказал что-то едва слышно. Его слова перекрыл грубый голос клеймителя:

– Женщина должна страдать, ибо она сама – грех! – сказав это, жрец махнул рукой на женихов, приказывая отойти, но мужчины не двинулись с места.

Темноволосый жених в белом костюме взял невесту за руку, посмотрел в лицо, частично скрытое вуалью, и что-то прошептал. Стоящие в храме затихли, казалось, даже перестали дышать, но всё же не расслышали слов. До них долетел лишь ответ девушки:

– Вы обещаете? – мягкий голос дрогнул.

И снова ответ никто не расслышал, но все увидели уверенный кивок и то, как девушка выпрямилась, словно боль покинула её полностью. Изящные девичьи запястья остались в мужских ладонях, а клеймитель продолжил своё жестокое дело.

Третья печать сожгла нежную кожу… Четвёртая… Пятая… Девушка больше не кричала, лишь вздрагивала от каждого прикосновения раскалённого металла. Все знали: она больше не чувствует боли, потому что её взял на себя тот, кто держит девичьи руки – первый целитель Райнгора – всеми уважаемый Эйсхар Рокфеллар.

Шестая печать оставила на коже узор чуть больше, чем все предыдущие… Седьмая… Восьмая… Казалось, истязаниям не будет конца.

На десятой метке единственная в зале женщина театрально лишилась чувств, и к ней бросилась дюжина мужчин. Даже кто-то из лениво стоящих в конце цепи женихов сошёл с ритуального постамента, чтобы помочь несчастной прийти в себя.

Тем временем невесте поставили уже тринадцатую печать. Мужчина, держащий её за руки, обессиленно опустился на одно колено, но продолжил держать девушку за обе ладони. Волосы на мужской голове быстро начали менять цвет, из тёмного превращаясь в бледный пепел. Ещё двое мужчин положили ладони на плечи склонённого.

Восемнадцатое клеймо…

Мужчина с побелевшими волосами упал без чувств, но жрец не остановился, он приблизился к алтарю, откуда должно звучать поздравление для молодых.

– Ритуал свершён! Восемнадцать печатей горят на коже и в костях. Вы – её стражи. Она – ваша добыча. Ваша общая сила. Да хранит вас магия Аэраина!