Несказочная история Кейт Мэтисон

Глава 3

Пр

Производя осмотр, доктор уже не улыбался. Всё моё тело тут и там: ноги, руки, живот - было покрыто синяками и ссадинами. А когда он задрал рубашку на спине, то выразительно крякнул и нахмурился.

-Ложитесь, Кейтлин. Сейчас я обработаю вам…кхм…ссадины. Кхм…- он повернулся к Дугальде, которая обмахивалась веером, не смотря на ощутимую прохладу и сырость в комнате. На щеках её горели алые пятна.

-Почему мисс Кейт здесь, в цоколе, а не в своей комнате? - голос доктора прозвучал сумрачно, недовольно.

Мне показалось, что госпожа Дугальда пихнула старушку Лаклан в бок и ответила уверенно:

-Слуги принесли в ближайшую из комнат. А дальше уж опасались трогать без вашего разрешения - вдруг хуже сделали бы.

-Это вряд ли, а вот застудиться здесь можно до смерти, - пробурчал доктор. Видимо, Дугальда, отчасти, была права. Жаль, что доктор не догадался спросить, почему его не вызвали сразу к получившей травмы Кейт.

Я ещё как-то не отождествляла себя с девушкой, о которой шла речь, и наблюдала за всем, словно со стороны. Только боль в спине была вполне себе моей собственной.

“Что же они с ней делали? Как будто истязали ежедневно” - подумала я, разглядывая вместе с доктором синяки на теле. Некоторые из них были совсем свежие, а другие старые, бледно-жёлтые.

-Мисс Кейтлин, как вы упали, расскажите, - попросил меня доктор, смазывая мои ссадины какой-то белой болтушкой. Боль сразу становилась меньше, однако, кожу стягивало. Я поморщилась.

-Не знаю…Не помню…- ответила я с трудом. Сознание сопротивлялось. А мозг еле шевелился в чужой черепной коробке.

Я поняла, что мне нужно как можно скорее пропустить стадию неверия, отрицания, чего-то там еще…и перейти к стадии смирения и принятия. Естественно, только в части того, что я - это Кейтлин. А вот издевательства над собой терпеть я была не намерена. Однако, сначала нужно было прийти в себя.

-Скоро ли вернётся господин Мэтисон? - спросил доктор, вытирая руки полотенцем, которое подала ему Лаклан. Старушка имела крайне насупленный вид, сжатые губы выглядели, как суровая нитка, а седые кудряшки, выбившиеся из-под чепца, возмущённо подрагивали.

-Мой муж должен вернуться через неделю-другую, доктор Мактавиш, - ответила Дугальда, - Но…позвольте пригласить вас к обеду. Мы с девочками будем рады вашему обществу.

Доктор замялся. Наверное, он был так же голоден, как и возмущён, поэтому позволил себе принять приглашение.

-Переместите вначале мисс Кейтлин, - распоряжение доктора Мактавиша прозвучало, как компромисс.

Он провёл рукой по моим волосам, и сказал:

-Перед сном выпейте пилюли, которые я оставлю и отдыхайте. Я постараюсь заехать завтра, проведать вас.

-Спасибо, - поблагодарила я, и невольно коснулась своих губ - нежных, упругих на ощупь, как бутон розы. В моём саду росли такие спрей-“Барбадос”. Меня вдруг охватило сильное желание взглянуть на себя в зеркало. Ну то есть на Кейт, в юном теле которой меня угораздило оказаться.

Все присутствующие покинули помещение. Лаклан порывалась остаться, чтобы помочь мне переместиться в комнату Кейтлин, однако получила тычок в спину от Дугальды, которая заверила Мактавиша, что сейчас обо всём распорядится.

-А у Лаклан много работы на кухне, - улыбаясь доктору слащаво проговорила Дугальда, выдавливая старую служанку в коридор.

Это почему-то весьма рассмешило её дочерей. Последней из комнаты выходила Даффи. Обернувшись, она бросила на меня презрительный взгляд и провела большим пальцем по горлу. Очень красноречиво.

Я проводила её взглядом, а потом стала разглядывать комнату более внимательно. Сначала она не показалась мне странной. Ну только запущенной и ободранной больно. Теперь я поняла, что просто отвыкла от новомодных интерьеров, потому что мой собственный дом был похож на средневековый. “Сказочный” домик. Только мой был радостным, позитивным. А здесь всё было пропитано какой-то безысходностью. Во всяком случае, для меня.

Через пару часов я находилась уже в другой комнате, расположенной на втором этаже дома. Который, к слову, оказался довольно большим и добротно обставленным.

Комната была простой в убранстве, но чистой и аккуратной. Кровать высокой с толстой периной. Тяжелые резные стулья, сундук и стол. А над столом оно…большое темноватое овальное зеркало в деревянной раме.

Меня устраивала в кровати служанка - молчаливая женщина с непроницаемым лицом. Впрочем, я и не пыталась с ней заговорить. Мой взгляд приковывало зеркало, притягивало к себе, как магнит. Мысленно я подгоняла женщину, чтобы та ушла поскорее. Наконец, та вышла, так и не промолвив ни одного слова. А я, путаясь в одеяле, в ту же секунду стала выбираться из постели. Полы здесь были деревянные, из тёмных толстых досок. Я шла на цыпочках, задерживая дыхание и прислушиваясь. И, наконец, оказалась перед зеркалом, я сделала последние несколько шагов с опущенной головой - наверное, подсознательно. Во мне боролись желание увидеть себя и страх перед незнакомым отражением. “А вдруг я сойду с ума?” - мелькнула мысль. И тут же другая: “Ну и шут с ним - мокрому дождь не страшен”

Медленно подняв голову, я уставилась на незнакомку лет девятнадцати-двадцати. Тёмные растрёпанные волосы, пухлые губы, большие испуганные глаза в пушистых ресницах. Хорошенькая, но очень худая.

Сколько я так простояла - не знаю. Затем отступила, не отводя взгляд. Только когда коснулась спиной кровати, схватилась рукой за её высокую балясину. И медленно сползла на пол. Он был тёплым здесь, и я осталась так сидеть, опершись на спинку, которая тоже была украшена резьбой, как стулья, и остальная мебель. Впрочем, нужно было возвращаться в постель.

Поднимаясь, я разглядела, что на спинке кровати был вырезан какой-то знак. Точнее, наверное, герб…Корона, рука с мечом. И буквы. Я стала их разбирать, пытаясь перевести.

В итоге, наполовину догадавшись, наполовину додумав, сложила буквы в слова: “Надейся и действуй”. Неплохой девиз.