Neurosoul том 1.

Глава 16. Отличия

На первый взгляд казалось, что он действительно был отличным парнем. Ни копыт, ни морды у Барри не оказалось, зато имелись две стальные кружки, валяющиеся рядом с половиной его ноги — этот паренек думал о случайных попутчиках даже путешествуя в одиночку. На голове у него торчала красная шапка с большим помпоном, сейчас сваленная набок, рядом примостился рюкзак со сковородой наружу, походным конденсатором и экстра-пресованной палаткой. Сам Барри выглядел неважно — лицо у него съели пустынные лисицы, глаза выглодали черви, над остальным чуточку раньше постарался Вильгельм. Барри лежал с распахнутой рубашкой, разрезанной футболкой и стащенными штанами, с удивительной точностью размеченный поварским ножом.

Когда Вильгельм пнул приятеля, пахнуть стало сильнее. Две змеи-песчанки выскочили из-под кучи синих кишок, хвосты с погремушками угрожающе загудели. Дэвид не успел отвернуться, его вырвало совсем неподалеку.

— Он свернул себе шею, когда я разворачивал свой пылеочеститель, — пожаловался Вильгельм, пробираясь среди скал. Две каменные возвышенности выскакивали в небо, скребя острыми пиками сухой воздух, отсюда уже виднелась красная полоска рассвета. Барри лежал между рыжим и желто-рыжим валуном, распластав в стороны вывернутые из суставов руки, как ноги у кузнечика. Голова у него тоже склонилась слишком резко. — Барри сказал, что здесь должна ловить связь. Я его не убивал, честно вам говорю. Я зафиксировал все на голограммы, так же взял химические пробы крови и мяса, доказывающее ненасильственную внезапную смерть. Мои поварские рецепторы позволяют проводить самые точные исследования. Надо же, связь действительно появилось. Какая удача.

— Отвратительный запах, — Андрей пытался удержать в себе съеденное, ведь пища питала его, они давно не ели, а впереди лежал длинный тяжелый путь. Только он привык, что его организм использует что-то менее развитое, чем существо себе подобное. Он не выдержал вслед за Дэвидом. Теперь у него тоже пустой желудок. — И когда тебе пришло в голову разрезать его на стейки, как фермерского быка?

— Когда я брал у него пробы. Мы встретились пару дней назад у Венцов Семирамиды и дальше отправились вместе. Я сразу заметил, какая хорошая у него форма. Особенно задние икроножные мышцы — они так оптимально сжимались и разжимались. У него должна была быть идеальная консистенция мяса, я постоянно хвалил его и Барри это нравилось. От него пахло очень изысканно, я бы даже сказал высокомолекулярно. Отчет, наверное, уже улетел. Нужно немного подождать?

Впервые в своей жизни Андрей почувствовал пользу от выкуривания пачки сигарет в день и надоедливого грибка на ногах. Наверняка, высокомолекулярно его мясо совсем не пахло.

— Ты убил его! — отерев в который раз рот, Дэвид сократил расстояние до Вильгельма и схватил его за шиворот плаща. Пряжка на стальной шее скрипнула и отлетела. Вильгельм вывалился из лун и звезд, звякнув металлом о камни.

— Не убивал! Не убивал! — закричал Вильгельм. — Я все зафиксировал! Он сам упал.

Дэвид порылся в браслете в поисках стоп-кода для дроидов. Архив департамента предоставил информацию быстро, но Дэвид на секунду замешкался. Стоп-слово обесточило бы дроида, и его нужно было срочно доставить в отделение. Это займет время, а из транспорта у них только байк Патрика. Байки дроидов без хозяев не работали. Они могли не успеть, и ядро Вильгельма умерло бы от истощения.

— Ты… ты разделал его на мясо, — выдохнул Дэвид как ребёнок, готовый заплакать. — Это не законно!

— Почему?

Дэвид не мог сказать, почему. По правде говоря, он не помнил закона, который бы запрещал разделывать дроидам на стейки уже умершего человека.

— Потому что ты накормил этим нас. А это точно не законно, — такой закон Дэвид помнил — нельзя есть себе подобных.

— Но ведь вы не знали. А значит, не виноваты.

— Но ты не сказал нам, значит, нарушил закон! — не унимался Дэвид.

— Какой?

Вильгельм сидел на пятой точке и испытывал страх. Это отражалось в его глазах. Дроид упер ладони в землю и скрипел камушками, перебирая их стальными пальцами, его стальное брюхо дрожало.

— Дэвид, отойдем на секунду, — Андрей положил ладонь на его плечо, слегка потянув на себя. Дэвид решил отложить ненадолго активацию кода. Пока не вспомнит закон, запрещающий умалчивать о том, что лежит на его тарелке.

Пока они с Андреем спускались, он нашел в архиве, что это закон потребителя. Но по нему полагался только штраф через суд и приостановление лицензии повара на полгода. Дезактивация ядра в таком случае не предусматривалась. Когда они окончательно спустились со скал, Дэвид уже совсем запутался и не находил подходящих аргументов.

— Оставь его в покое, Дэвид, — Андрей устало потер лоб. — Нам нужен его байк, мы не можем вернуться назад.

— Но он накормил нас.

— Тебе было не вкусно?

— Не смешно, — рассердился Дэвид. — Совсем не смешно! Я съел человека. Раньше я никогда этого не делал. Это отвратительно, и мне совсем не нравится. Зачем он так поступил?

— Потому что он дроид, — Андрей склонился ближе к Дэвиду и понизил голос, будто их мог кто-то услышать. — Они не стареют, не болеют и не умирают. Весь их страх — обесточивание ядра, которое, если постараться, может жить если не бесконечно, то очень, очень долго. У них нет понятия каннибализма, потому что они не состоят из мяса. Дроиды просто не понимают, почему это плохо. — Андрей взглянул на Дэвида странно: — А ты понимаешь?

Дэвид посмотрел на него удивленно: конечно он понимал. Какой человек не понимает этого? Он не мог сказать, почему нельзя есть друг друга, но чувствовал, как его все еще тошнит и как ему плохо от мысли, что Барри совсем недавно был еще живой, а сейчас находится в их желудках. Дэвид съел его и запил черемуховым соком. Кислота из нутра подступила к горлу.

— Это все неправда, — Дэвид продолжал сердиться. — Они лучше, чем мы. Лучше. Вильгельм просто какой-то сломанный. Его нужно доставить в департамент и починить. Дроиды знают, почему нельзя драться, и они могут представить, как нам может быть плохо и прожить наши жизни.