Невеста Змея. Испытание Судьбой

20

Холодные капли стекали с напрочь промокших волос, струясь по лицу и срываясь с подбородка. А костюм, что и так облегал тело, казалось, и вовсе превратился в купальник, при виде которого вахтёрша так и раскрыла от удивления рот, проводив «пару» до лифта подозрительным взглядом и не обращая внимания на раскаты грома за стеклянными дверьми.

– Я же говорила, что зонт надо было взять, – зайдя в серебристую кабину и скрипнув зубами, прошипела я, обняв себя за дрожащие плечи.

– В шкафу… одежда есть, – хрипло произнёс Мёрлок, сняв с головы фуражку и зачесав назад мокрые волосы, устало смотря на мутное отражение в дверце кабины.

Я не ответила, дождавшись, когда лифт замрёт, и первой вышла в песочного цвета коридор с тёплым полом, по которому можно было свободно идти босиком и не опасаться, что истерзаешь все стопы чёрствым асфальтом.

Достав карточку и открыв дверь, пропуская сначала меня, мужчина замер на пороге, скользя чёрными глазами по полупустой вешалке со шкафом–купе и снимая с рук белые перчатки, тут же полетевшие в пустую мусорную корзину.

– Мне надо уйти, – наконец, разжав губы, произнёс Мёрлок.

– Это куда же? – резко обернувшись и хлестнув саму себя по лицу мокрыми волосами, возмущённо поинтересовалась я.

– По делу, – ощетинился тот, и его без того чёрные глаза показались мне ещё чернее. – Будь тут. И не смей никуда выходить, ясно?

– Но… – возразила было я, как входная дверь с хлопком захлопнулась перед моим носом, и на белой панели мигнул красный свет. – Вот же гад…

Скрипя зубами от злости и пытаясь стянуть с тела напрочь прилипшую футболку, я прошла в гостиную, чертыхаясь и выжимая из волос оставшуюся воду, как рассерженный взгляд упал на белую коробку, пристроившуюся на стеклянном столике как раз напротив бежевого дивана. Коробочка была небольшой, размером и шириной с обувную, и перевязана алой атласной ленточкой.

– Неужели у такого типа поклонницы есть? – насмешливо фыркнула я, аккуратно отцепив от ленточки чёрную бумажку с алыми буквами на ней, складывающимися в простенькое предложение: «На удачу».

Осторожно взяв в руки коробку, в которой что–то глухо брякнуло, я недоумённо развязала ленточку, что плавно упала у ног. Пусть это и не предназначалось для меня, но всё же узнать некоторые тайны Мёрлока так и тянуло. Не может же у этого белобрысого полицейского вся жизнь состоять из непроглядной каменной стены? А тут такой случай подвернулся… может, он амулетами какими–то пользуется? Мол, от разных тварей на подобие карнажей, пусть эта мысль и показалась мне бредовей некуда.

Кое–как взяв коробку в одну руку, я аккуратно подцепила ногтями край крышки и легко приподняла её, готовясь увидеть на шёлковой подушечке какое–нибудь украшение, но вместо этого тихое шипение наполнило комнату. Руки сама разжались, и испуганно отступив назад, я с гулко бьющимся сердцем, от которого даже рёбра застонали, смотрела на злосчастную коробку. А из неё, вытягивая длинное тонкое тело цвета серебра, выползала самая настоящая змея, являя чёрный раздвоенный язык и сверкая алыми драгоценными глазами.

Осторожно, шаг за шагом, я отступала назад, пока спина не упёрлась в холодную барную стойку, а дрожащие пальцы не нащупали на гладкой поверхности тупой ножичек.

Стараясь даже не дышать, я испуганно следила за белой змеёй, что угрожающе шипя, надвигалась на меня, то и дело являя чёрный язычок вместе с припрятанными клыками.

– Успокойся, – прошептала я, дав себе мысленную пощёчину и вспоминая всё, что читала о змеях. Вот только это было крайне трудно вспомнить, учитывая то, что прямо на меня надвигалась одна из представительниц этого рода. – У тебя в мужьях целая анаконда, так что бить тревогу из–за маленькой змейки не стоит… особенно если она не ядовита.

И словно услышав мой голос, змея замерла, раскрыв широкую пасть и продемонстрировав длинные острые клыки, загнутые вовнутрь, от чего я даже забыла, как можно дышать. Если такая укусит, то наверняка до кости дойдёт.

– Лучше бы она оказалась неядовитой, – взмолилась я, с замиранием сердца смотря, как змейка вновь ползёт в мою сторону.

Осторожно, пытаясь лишний раз не шуметь, я сделала шаг в сторону, как из дрожащих пальцев выскользнул ножик, и с оглушительным звоном упал на холодный пол с влажными следами от ног. Змея тут же подобралась и гневно зашипела, уставившись ровно на меня и заставив замереть от страха, буквально парализовавшего все мышцы. Даже если бы я и захотела, то с места вряд ли бы уже сдвинулась.

Змейка наконец перестала шипеть, вытянув своё длинное гладкое тело, и даже не предупредив, резко бросилась на меня, успевшей только руку вытянуть и заметить, как белые татуировки на пальцах ожили. И вместо того, что бы ядовитые клыки пронзили гладкую кожу, странное гудение наполнило комнату, и что–то с силой толкнуло на барную стойку, ударив головой об угол и повалив на пол.

Воздух застрял в лёгких, а сердце чуть ли не с силой пыталось прийти в норму, ударяя по ушам и заставляя растерянно моргать, смотря на натяжной потолок с золотистыми кругляшками лампочек. Грудь опасливо вздымалась и опускалась, и осторожно приподнявшись на локти, я тут же огляделась, держась за гудящий висок. Змеи нигде не было, словно взяла и растворилась в воздухе, пусть такое было и не возможно…

Правая рука онемела, и тряхнув ею, я взглянула на татуировки, что вновь перестраивались на свой лад. Только вот на этот раз вдоль запястья, струясь и сверкая чёрными контурами, явилась длинная, объявшую всю руку в кольца, змея. И что самое странное – она шевелилась, словно живя своей жизнью под моей кожей, заставляя холодные мурашки проходить по спине и чувствовать, как вновь не хватает воздуха.