Невеста Змея. Испытание Судьбой

22

– Неужели вы проделали столь долгий путь из Румынии в Россию, что бы посетить ежегодную сходку клуба? – негромко поинтересовалась я, пытаясь унять тревожно колотящееся в груди сердце. Надо было действовать осторожно.

– Так разве Панкрат вас об этом не известил? – пройдя в центр зала и обернувшись ко мне, поинтересовался Алех, коснувшись тёплыми пальцами тонкого изгиба талии, и заставив мелкую дрожь пройтись по спине.

– Я всё время в разъездах, а мой телефон гудит от ложных звонков по поводу старинных вещей, которые якобы как–то связаны с нашим делом, – не купившись на его уловку, спокойно ответила я, с ужасом вспоминая правильные шаги и умудряясь не наступать на ноги партнёру. – Знаете, я даже специально выкрала для себя вечер, что бы приехать сюда из Бельгии… и надеюсь, что не зря.

Может, танцевать я и не умела, но степень бакалавра по вранью у меня уже как пару лет имелась. Врать да и не краснеть, при том так искусно, что порой даже я сама в это верила, надо было уметь. Не зря же сидела и читала досье про эту самую Марию, заучивая её «статус» в клубе и род занятия.

В паспорте было написано, что Мария Исаева работает архитектурным дизайнером, взаправду же женщина вот как четвёртый год состояла в СДК, разъезжая по странам и посещая различные достопримечательности в виде всяких некрополисов, пытая отыскать там вещи, наделённые Тёмным Искусством. Так что тут её больше ценили не за род (который отнюдь не состоял из чистого дворянства), а за способности находить то, что нужно было клубу. Поэтому Мария чуть ли не всегда была в разъездах, и сказанное мной было чистейшей правдой.

– Можете об этом не беспокоиться, Мария, – улыбнулся уголками губ Алех, плавно ведя меня по залу и еле ощутимо касаясь пальцами запястья правой руки, от чего невольные мурашки проходили по ключице, заставляя всё внутри сжиматься в томительном ожидании. – Я и вправду проделал довольно долгий путь сюда, и надеюсь, не разочаруюсь в гостеприимстве Троцкого… хотя, должен отметить, что всё тут так и блистает: как зал, так и прекраснейшие особы.

– И давно вы состоите в клубе? – бросив взгляд за его плечо и заметив на себе то и дело, что скользящие взгляды, негромко поинтересовалась я, чувствуя приятный запах одеколона, от которого даже дыхание замирало.

– Боюсь вас удивить, но с самого начала, – уже не так громко произнёс Вольх до странности сухим голосом, и поймав мой взгляд, тут же приятно улыбнулся, пусть в глазах так и остался неподатливый металл. – Понимаю ваше удивление, ведь Панкрат вряд ли упоминал меня в своих делах, но видите ли, вначале ему нужна была опора. И я эту опору ему обеспечил, и вот спустя почти семь лет всё же приехал сюда, желая увидеть, чего он за всё это время добился. И, надеюсь, он меня не разочарует.

– Увидим, – согласно произнесла я, чувствуя тёплое дыхание на своём виске и невольно ощущая, как сжимаются пальцы мужчины на талии, словно проверяя надёжность ткани. – Скажите, вам уже доводилось видеть Тёмное Искусство в деле?

– Да, и неоднократно…

– И на что же оно похоже? – чуть ли не прошептала я ему на ухо, вдыхая приятный запах одеколона и чувствуя, как сердце бешено ударяет по рёбрам от лежащей на спине горячей ладони. И плевать было на ледяное кольцо, от которого уже ключицы изморозью покрылись – я хотела получить ответ.

– На вино. Старое, и очень редкое, которое даётся вкусить совсем не каждому, – с еле заметной усмешкой на губах произнёс Алех, при этом в его янтарных глазах так и блеснула золотистая искорка интереса. – Впрочем, вы сегодня и сами это увидите.

– Я буду ждать, – улыбнулась в ответ я, слыша, как постепенно замолкает музыка, и как взгляды, что скользили по ним, исчезают. – Надеюсь, это наша не последняя встреча.

Алех лишь улыбнулся уголками губ, вновь поцеловав в костяшки пальцев и неожиданно привлёк к себе, не убирая горячую ладонь со спины. Нос защекотал приятный запах, и ухо опалило горячее дыхание:

– Надеюсь, вы знаете, что попали в логово змей… пусть и слепых, но с достаточным ядом, способным вас отравить.

– О чём вы? – даже слишком легко отстранившись и нахмурив брови, холодно поинтересовалась я.

Вся та эйфория, что вместе с тёплыми руками мужчины и приятной дрожью во время нашего короткого танца, испарилась в мгновение ока. Даже скользнувшая при моих словах усмешка на губах у Алеха показалась холодной и жестокой, как и глаза с затаившейся в них властью. Ледяной румынский красавец, как описала бы его Таня, и я просто не смогла не согласиться, добавив к её словам ещё щепотку тайны. Вот кого стоит по–настоящему бояться, а не Мёрлока с его холодными, пусть и честными, словами.

– Ни о чём, – улыбнувшись, негромко произнёс Вольх, ещё долго скользя задумчивым взглядом по моей спине, прежде чем исчезнуть среди гостей.

А я никак не могла избавиться от странного чувства сухости, что буквально заполнило с ног до головы. Казалось, ещё чуть–чуть, и кожа покроется трещинами, рассыпавшись на пыль прямо у всех на глазах.

– Незаметность у тебя в крови, – вертя в руках тонкий хрустальный бокал с золотистой ножкой, сухо произнёс Мёрлок, расположившись на небольшой бордовой софе с чёрными завитками дерева на спинке.

– Зато ты у нас хамелеон, – огрызнулась в ответ я, сев рядом и хмуро взглянув на людный зал, выискивая взглядом рыжие волосы, что притаились между разговаривающими о чём–то мужчинами на другой стороне. – Знаешь, кто это?

– Понятия не имею. Но, видимо, ты меня сейчас в это просветишь, – закинув ногу на ногу и зачесав назад светлые волосы, казавшимися пепельными в тусклом рыжеватом свете люстры, заметил он.