Невеста Змея. Испытание Судьбой

32

Ступени длинной тёмной вереницей мелькали перед глазами, порой освещаясь высокими окнами с цветными витражами. И на каждом из них были изображены змеи: величественные, с гордо поднятой головой и кольцом на гибком хвосте. Лунный серебристый свет заставлял чешуйки из цветного стекла на их телах вспыхивать призрачными цветами, что меркли через мгновение, бликами падая на лица и одежду.

Поднимаясь следом за Лионой, я вслушивалась в живую тишину старинного замка, различая тихое пение ветра, играющего с портьерами и гобеленами на стенах, в далёкое уханье совы где–то под крышей одной из башен. Если бы сейчас что–то упало, то эхо наверняка пронеслось бы по всему Драгенгорну, и ещё долго блуждало в запутанных коридорах академии.

Кажется, женщина вела меня в восточную башню, что ближе всех располагалась к Росохану, даже слова не промолвив с той самой секунды, как мы вошли в затихший замок. И от этого я порой забывала, что впереди маячит тёмная фигура, прекрасно ориентируясь во мраке коридоров и тысячи лестниц. И все они были разными: хрустальными, металлическими, мраморными, увитыми плющом или самые обычные. Наверное, днём это и казалось чем–то восхитительным, но я тогда не обращала на это внимание. Тогда Драгенгорн мне казался лишь крепостью из чёрного камня, но сейчас, при свете луны, он словно приобрёл вторую жизнь.

После громадных двустворчатых дверей (пройдя через которые, и началось испытание), начинался громадный круглый холл из бежевого камня с проёмом в центре, через которое вверх, через этажи, устремлялось чёрное древо с голубыми сияющими лепестками. Днём, наверное, это казалось обычным деревом, и войдя следом за Лионой, я на долгие секунды замерла, не смея поверить своим глазам. Это было красивое растение, что начиналось через три подземных этажа, и упиралось кроной в чёрный куполообразный потолок. Ограждало древо чёрная витая решётка с красивыми скамейками из красного дерева, на которых, словно маленькие лампочки, поблёскивали синевой сорвавшиеся лепестки. Оно чем–то напоминало жакаранду, только та не светилась во тьме, да и вряд ли достигала таких размеров…

Насколько я поняла, ночью в академии существует свой «комендантский час», при котором никто не смеет выйти в коридоры и свободно прогуливаться по замку. Кончено, не считая самого директора.

На самом деле я рассчитывала, что мы пойдём напрямик в кабинет женщины, но после пару лестниц поняла, что идём мы совершенно в другом направлении. И от этого противно засосало под ложечкой, каким–то странным шестым чувством ощущая в кармане джинс припрятанное кольцо. Надеть его вновь на палец я просто не смогла. Слишком уж противоречивые чувства оно вызывало.

– Пришли, – послышался в этой тишине необычайно громкий голос Лионы, от которого я отступила на одну ступеньку назад, непонимающе смотря на упирающиеся в стену ступени с громадным мутным зеркалом в чёрной оправе. – Эта башня закрыта для учеников и учителей, да и все знают, что заканчивается она всего лишь зеркалом, и делать тут нечего. На самом деле это своеобразная «дверь», через которую можно проникнуть в гостиную пятого факультета… внутрь не заходили уже пару столетий, так что пыли там должно быть немерено.

– И неужели никто не знает, что здесь когда–то существовал ещё один факультет с собственной гостиной? – не поверила я.

– Слухи ходят, но их ещё никто не оправдал. Ты будешь первой, – только и бросила та, шагнув к зеркалу и растворившись в мутной глади.

– Что за… – даже не поверила я, осторожно встав на последнюю ступеньку и коснувшись рукой до холодного стекла, что спустя мгновение резко потянуло на себя, заставив пройти насквозь и упасть на пропахший пылью и старьём ковёр.

Ещё пару секунд, и вспыхнули старые подсвечники на стенах, осветив круглую гостиную с накрытыми белым полотном креслами и столами. Старые гобелены на стенах выцвели, и белая с чёрной птицы еле различались на красном фоне. Стрельчатые окна без витражей с широким подоконником и вправду выходили на простиравшийся внизу Росохан с одной стороны, и на крыши академии с другой.

– Тут не помешало бы убраться, – задумчиво произнесла Лиона, стоя напротив старого камина, затянутого серой паутиной, и ковыряя кочергой то, что осталось от углей и пепла. – Впрочем, у тебя времени для этого достаточно. Лучше сядь, я объясню твой распорядок дня.

Оглянувшись и не найдя ничего лучше, чем сесть прямо на запыленный ковёр, подняв при этом серебристое облачко в воздух, я подтянула к себе ноги, с готовностью собираясь слушать всё то, что мне сейчас скажут.

– Как ты уже заметила, ночью по академии никто не гуляет, и за этим очень строго следят. Уроки в первой половине дня, кружки и дополнительные занятия во второй, ночью все спят… но в связи с твоим крайне необычным случаем, назовём его между нами отклонением от нормы, ты будешь вынуждена в первое время учиться отдельно от других учеников. И это не потому что я такая злая, а потому, что никто не знает, на что ты вообще способна. А так как я сама веду один из факультетов, то получается, что у тебя все меняется местами. Днём – свободное время, ночью – уроки. Точнее, один урок, и проводиться он будет не в стенах академии, а за её пределами, в разных местах. Мы будем практиковать твоё Светлое Искусство, как оно относится к Тёмному, и какова его истинная мощь. Поэтому мы не можем так рисковать и проводить уроки в тех же аудиториях, в которых занимаются ученики. Может что–то произойти, и кто–то может пострадать, понимаешь?

– Вполне, – качнула головой я.

– Ну вот и хорошо… в этой гостиной, на самом деле, побывало не так много человек. Когда–то в ней жили Судья, и возможно, их заметки о Пустоте всё ещё где–то тут… советую, кстати, познакомиться с расписанием, что бы не опаздывать на обеды и ужины… на завтраки ты вряд ли встанешь, – протянув мне написанный от руки листок бумаги со временем и расписанием уроков на месяц вперёд, Лиона аккуратно присела на краешек кресла в старом сером чехле. – Если тебе получится быстро освоиться и заучить хотя бы базу Тёмного Искусства, я подумаю о том, что бы перевести тебя на один из факультетов. Будешь учиться как все, а мы и проверим, что будет для тебя легче.