Невеста Змея. Испытание Судьбой

51

Это было странное воспоминание. Наверное, странным оно казалось потому, что я его просто не помнила в своей жизни. Но частью сознания знала – оно было. Но произошло ещё задолго до моего перерождения, тогда, когда мир только начал зарождаться, и когда Тёмное Искусство готово было захлестнуть меня, Светлое.

Раскрыв глаза, я чуть не задохнулась от свежего воздуха, что ветром ласкал лицо, заставляя вспыхнувшие серебром волосы, подобно шлейфу, развеваться позади длинной сверкающей полосой. Кроме тернового венца, сжимающего шею, руки и украшающего голову, на мне больше ничего не было. Хотя, нет… было лёгкое, словно сотканное из прозрачного облака, платье, украшенное жемчужными перьями на плечах и спине.

Дышалось так легко, словно терновник не сковывал шею, заставляя кровь окрашивать белую кожу и одежду, и сверкая алыми бусинами на волосах.

Я стояла на самом краю скалы, смотря на новый для меня мир, развернувшийся под ногами, и не могла налюбоваться им. Там, за хребтами гор далеко впереди, виднелось охваченное заревом небо, но встающего золотого диска солнца я так и не увидела. Некоторые звёзды до сих пор сверкали на тёмном небосклоне, поражая одним своим видом и заставляя подолгу так стоять, запрокинув голову и вглядываясь в небосвод.

А потом вдруг захотелось спуститься к самой воде, и не раздумывая ни на миг, я легко шагнула вперёд, но не упала, спускаясь прямо по воздуху к блестевшему внизу зеркалу озера. Белоснежные волосы длинной нитью взвились за моей спиной, напоминая мягкие облака наверху, до которых если я и хотела дотронуться, то вряд ли бы достала.

Весь берег оказался усыпан тёмными плоскими камешками, которые лениво облизывала прохладная вода, боязливо коснувшись голых стоп и тут же замерев. Осторожно присев, я коснулась пальцами ровной глади, и множество кругов тут же расползлось дальше, заставив удивлённо моргнуть и непонятно чему улыбнуться.

Мне было всё в новинку. В новинку смотреть на этот новый мир, лицезря то, что никогда раньше не видел, и ещё не зная, зачем именно ты создан на этом свете. И такое странное, терпкое чувство одиночества вдруг заставило вздрогнуть и почувствовать, как шипы терновника полоснули шею, оставив тёмные капли крови на сухих ветках, что спустя пару секунд расцвели, вновь явив изумрудные листья и небольшие ягодки.

Иголки больше не царапали кожу, и шрамы медленно затянулись, оставив еле заметные следы, от которых вряд ли можно будет избавиться.

С неба вдруг сорвалась звезда, прорезав рассветный небосклон и бесшумно упав прямо в озеро, от чего прозрачные воды испуганно всколыхнулись, в надежде лизнув босые стопы. Круги на воде ещё долго взволнованно ходили туда–сюда, пока не успокоились, и всё вновь погрузилось в минутную тишину. Как стайка пузырьков поднялась со дна ровно в том месте, где упала звезда, и чёрная тень вынырнула из воды, смертоносной тучей повиснув над озером и вглядываясь в меня, замершую у берега. А я в свою очередь не могла оторвать взгляда от странного создания.

Тьма всколыхнулась, и вновь припала к озеру, начав собираться во что–то высокое, что не спеша шло в мою сторону, оставляя после себя рябь и шлейф из живого мрака. Метр, второй, третий, и у бесформенного создания уже можно было различить полупрозрачные руки и ноги, а после и вовсе туловище и голову с постепенно проявляющимся лицом. Словно невидимый автор доделывал своё произведение передо мной, стараясь показать его во всей красе прежде, чем оно сойдёт на берег и встанет напротив меня.

А я всё смотрела, и уже знала, кто ко мне идёт: гордо и одновременно возмущённо. И могла бы отвернуться, сбежать, но так и стояла на берегу, молча смотря за тем, как из тени выходит мужчина с плащом, полным клубящегося мрака. Чуть заострённые черты лица были черны, как ночь, а в ниспадающих на плечи волосах виднелись мелкие пёрышки. Глаза же его полыхали подобно солнцу, отсвечивая рыжим янтарём и прожигая насквозь.

Он остановился напротив, так и не ступив на камень берега и хмуро смотря на меня, чувствуя ту самую силу, которая способна его погубить одним лишь прикосновением.

– Здравствуй, – осторожно произнесла я.

– Здравствуй, – словно эхо вторил он приятным голосом, хотя его глаза и сощурились, пытаясь обличить меня раньше всех. – Я не знаю тебя.

– И я тебя, – не стала отнекиваться я, протянув ему руку и улыбнувшись. – Я – Свет. А ты… Тьма, верно?

– Мрак, – прохладно, не дрогнувшим голосом, поправил юноша, игнорировав мою руку и, поддавшись вперёд, навис надо мной подобно соколу над своей жертвой. – Убирайся. Ты никому не нужна.

– Я уйду, только если найду Кровоцвет, – не сдалась я, упрямо заглянув в его глаза и успев заметить, как на тёмных губах мелькнула усмешка.

– Уйдёшь? – сощурив глаза, не поверил он, скрестив на груди руки.

– Уйду, – согласно качнула головой я, и терновник впился в шею тупыми иголочками. – Если покажешь, где Кровоцвет цветёт, то уйду.

Мрак ещё долго вглядывался в мои глаза, словно пытаясь прочитать насквозь всё то, что я «пыталась» скрыть. И видимо, решив, что я всё же не вру, наконец ступил на каменистый берег, повернувшись лицом к озеру и коротко свиснув. Вода забурлила, и сотни тысяч пузырьков вспенили ровную гладь, прежде чем озеро содрогнулось, являя из своих недр спящее до этого существо. Громадное, созданное из миллиона тёмно–синих переливающихся чешуек–перьев, что переходили в мощные крылья, одарившие нас потоком воздуха и брызг. Я даже лицо рукой закрыла, но взгляда от существа отвести не могла. Оно поражало своими размерами, своей красотой, и напоминало самого настоящего дракона… а может, это он и был?

Но тем не менее, заметив хозяина, ящер поддался вперёд, опустив громадную вытянутую морду прямо на воду, и одарив нас горячим дыханием. Громадные янтарные глаза с чёрными прожилками уставились на меня с толикой подозрительности, но стоило только дотронуться до горячего чёрного носа, как существо тут же зажмурилось от непривычной ему ласки.