Нежный рассвет любви

Глава 6

«Опять я задержалась…» – думала женщина, двигаясь по тропинке от  пятиэтажного здания. Только что уехала скорая, которую она вызвала, и теперь торопилась домой. Липина была возмущена, но ей было все равно на то, что мать больного мальчика осталась недовольна и пожалуется, в чем ни капли не сомневалась. Пускай. Главное – здоровье грудного ребенка. Иначе Женя не могла. У нее сегодня тридцать пять вызовов, лютый мороз, почти у всех высокая температура, а женщина решила учить ее расставлять приоритеты. Она работающая мама, трудится в банке на высокой должности, следовательно – к ней бежать в первую очередь. Витина оставляла ребенка с бабушкой, посчитав, что ничего страшного не произошло, как обычно, и сама назначила те лекарства, что обычно выписывали при ОРЗ. Целую неделю она занималась самолечением и когда поняла, что не помогает, потому как сыну стало хуже – вызвала врача.

Температура под сорок, пневмония – Евгения была в шоке, удивлялась, как можно матери столь безжалостно относиться к собственному ребенку. Притом Витина устроила скандал, гневаясь на то, что она должна ждать, как все, хоть она отличается по статусу и ее нельзя сравнивать с ленивыми тетками, не желающими трудиться во время декрета. Истеричная особа кричала как сумасшедшая, недовольная всем, отказываясь ложиться в больницу с сыном, считая это бесполезной тратой времени, как и давать ребенку антибиотики. Педиатр выслушал все обвинения и, дождавшись, когда женщина закончит с претензиями, спокойно объяснил ситуацию, не забыв про последствия, и вызвал скорую.

Застыв на месте, чтобы проверить сотовой, потому как не помнила, куда положила, когда завершила звонок, она устало улыбнулась, радуясь, что забрала дочку и отвела к соседке. Хотя Марина просилась остаться с Громовым, но Женя боялась беспокоить мужчину, ведь за ребенком смотреть не так легко, да и зачем утруждать?

Убедившись, что телефон на месте, женщина осмотрелась, радуясь, что можно идти домой. Всех прошла. Отметив мокрый снегопад, она съежилась от холода и побежала к школе, планируя пройти через стадион, зная, что так быстрее. Ее любимый путь. Шел девятый час. Женя так поздно еще не возвращалась. Посильнее вцепившись в ручку сумки, она поторопилась по намеченному пути. Преодолев расстояние, выйдя из темного переулка, застопорилась, заметив рядом с ее домом на углу, где было нечто вроде лесопосадки, двоих мужчин. Если бы Громов не посоветовал быть осторожнее, она и не подумала ничего дурного, а сейчас насторожилась. Впервые видела их.

«Чужаки… И кого они ждут?» – столько вопросов, но понимая, что это могут стоять люди, дожидающиеся своих близких, женщина все же решила идти вперед. Она старалась не думать о плохом, но все же оглядывалась по сторонам.

Оказавшись рядом, со страхом осознала, что говорившие мужчины мгновенно замолчали, хотя до этого громко обсуждали вопрос подержанных тачек в хорошем состоянии. Она чуть сдвинулась на правую сторону и поспешила по дорожке, как тут же ей перекрыли дорогу. Мужчина в черном пуховике и вязаной серой шапке, стоявший на пути, громко зевнул и лениво протянул:

– Липина Евгения? – в его голосе чувствовалось раздражение. Сложилось впечатление, что такая схема общения используется всегда, и мужчине было невероятно скучно.

Отступив на шаг, Женя перевела взгляд на второго мужчину с квадратным лицом, нервно дергающего плечами, и спросила:

– Вы по какому вопросу?

– Она это. Что спрашиваешь?! – негодующе протянул нервный, оглядываясь, когда первый мужчина, обратившийся к Липиной, внезапно пошел на женщину.

Евгения вскрикнула и побежала по дорожке, когда почувствовала удар в спину. Не ожидая, она полетела в снег, и в следующее мгновение мозолистая рука закрыла рот.

– Давай ее туда, – рявкнул второй, показывая на деревья, укрытые темнотой, продолжая исследовать глазами территорию, не понимая, почему женщины вечно визжат. Все им лишь бы на нервы действовать. Мерзкая привычка. Ничего спокойно делать не могут.

– Помог бы, – осуждающе пропыхтел мужчина в вязаной шапочке, применяя силу, чтобы тащить дерущуюся женщину. Он даже не думал, что такая пигалица может драться и кусаться. Не вытерпев, он швырнул ее в снег и, подлетев, нависнув над хрупким телом, размахнулся и ударил по лицу, разбивая губы.

– Заткнись! – с презрением рявкнул похититель.

– Отпустите меня! – крикнула Евгения, сглатывая кровь, надеясь на чудо. Ведь не может быть все так плохо?!

– Да кому ты нужна?! Мы поговорим и уйдем, – буркнул нервный и, повернувшись ко второму, с возмущением прогрохотал: – Ты что ее отпустил? Давай все сделаем быстро и свалим.

Евгения всхлипнула, лихорадочно огляделась по сторонам и моментально поднялась на ноги, надеясь скрыться. Но надежда разбилась вдребезги, когда увидела бросившегося на нее мужчину. Он повалил ее в сугроб и громко прокричал:

– Ты что тварь?! Хочешь еще?

Женщина не слушала, не соображала, только с диким отчаянием дралась, стараясь вырваться, но сил было недостаточно. Когда ощутила лицом ледяной снег, сильные руки на шее, она в панике начала барахтаться, не веря, что вот так можно умереть.

– Э, мужики, отошли от женщины! – послышался голос, и двое похитителей повернулись в сторону, заметив крупного мужчину в спортивной одежде, лениво поглядывающего на них.

– Тебе чего надо? Вали куда шел.