Новогодний подарочек. Босс. Беременность. Измена

Глава 16. Тихое место перед бурей

Мы спустились на лифте в гробовой тишине. Зеркальные стены отражали моё бледное лицо и его непроницаемую маску - теперь уже без ватной бороды и красной шапки, только смятый красный кафтан поверх чёрной водолазки делал его похожим на уставшего после спектакля актёра, а не на телохранителя.

- Жарко… - куда-то под потолок выдохнула я оттягивая себя за ворот. Мне кажется я словно Барон Мюнхгаузен тщетно пыталась вытянуть себя из болота.

Двери разъехались в стороны, и нас снова встретил гул бала, но теперь он казался приглушённым, далёким, как шум города за толстым стеклом.

- Куда? - спросил Максим, беря меня под локоть уже автоматически, по привычке.

- Не знаю, - честно ответила я. - Я не могу вернуться туда. Не сейчас.

Он кивнул, как будто ждал этого.

- Есть служебный лифт. Ведёт на технический этаж. Там тихо. И можно подумать.

Мы свернули в боковой коридор, миновали кухню, откуда несло запахом жареного и звоном посуды, и он ключом-отмычкой, который мгновенно появился у него в руках, открыл неприметную дверь. Лифт был маленьким, потрёпанным. Мы поднялись на минус первый, в царство бетона, труб и гула вентиляции.

Максим вывел меня в узкий коридор и открыл дверь в какую-то комнату - очевидно, бывшую подсобку, превращённую в импровизированную каморку для охраны. Было на удивление чисто. Стол, два стула, диванчик, микроволновка, небольшой холодильник. На стене - мониторы с изображениями с камер, сейчас показывающие пустые коридоры и служебные помещения.

- Садись, - сказал он, закрывая за нами дверь. Звук бала окончательно исчез, остался только низкий гул систем здания. - Здесь нас не найдут. Если, конечно, твой муж не вставил во все углы жучков.

Я опустилась на диван, чувствуя, как наваливается чудовищная усталость. Адреналин отступил, оставив после себя пустоту и ломоту в каждом суставе. Он снял свой дурацкий кафтан, швырнул его на стул и сел напротив, положив локти на колени. Без костюма он казался ещё больше. Мышцы плеч и спины напрягались под тонкой тканью водолазки.

- Что теперь? - спросила я, глядя на свои руки, на алые полосы от пальцев Игоря, которые уже начинали синеть.

- Теперь мы ждём, - сказал он просто. - И планируем. Время у тебя есть до утра. Что ты хочешь получить в итоге?

Вопрос повис в воздухе. Что я хочу? Мести? Да. Но какой? Унизить его публично? Развестись? Оставить без гроша? Посадить? Мысли метались, не находя ясной цели.

- Я хочу… чтобы он почувствовал то, что чувствую я. Беспомощность. Предательство. Боль, - выдохнула я.

- Это эмоции, - холодно парировал Максим. - Не план. Эмоциями можно руководствоваться, но их нельзя планировать. Спрошу иначе: какой практический результат ты хочешь видеть утром первого января?

Я задумалась. По-настоящему.

- Я хочу, чтобы он подписал бумаги о разводе. На моих условиях. Без права оспаривания. Я хочу, чтобы он ушёл из бизнеса. И… - я запнулась.

- И?

- И я хочу знать всю правду. Обо всём. О долгах. О «Буром». О том, почему он всё это затеял. Чтобы больше не было сюрпризов.

Максим медленно кивнул.

- Хорошо. Это уже цели. Первая - юридическая. Вторая - операционная. Третья - информационная. Теперь думаем, как их достичь.

Он встал, прошёлся по маленькой комнате, его шаги были тяжёлыми, размеренными.

Наблюдать за ним было по женски интересно. Высокий статный мужчина в черной водолазке, с трехдневной щетиной. Решал клубок проблем, который спутывал меня по руками и ногам.

- Бумаги о разводе. Для этого нужно давление. Сильное. Отец может быть рычагом, но он непредсказуем. Компромат - лучший рычаг. У нас есть долги и связь с криминалом. Этого может хватить, чтобы пригрозить уголовным делом и публичным скандалом. Если, конечно, твой отец не решит спасать зятя ради репутации.

Над нам шумели нарастающие танцы. Последний вечер в году набирал обороты.

- Не решит, - уверенно сказала я. - Репутация для него важнее любого человека. Даже меня. Особенно если угроза реальна.

- Тогда используем это. Уход из бизнеса - часть того же пакета. Что касается правды… - он остановился, глядя на меня. - Правда часто бывает опаснее лжи. Ты уверена, что хочешь её знать? Особенно сейчас?

Мы оба посмотрели на мой живот. Конечно его не было видно, но забота о ребенке, который незримо присутствовал в комнате сближала нас…

- Да, - сказала я твёрдо. - Я должна знать. Чтобы защитить себя и ребёнка.

Он снова кивнул, приняв мой выбор.

- Хорошо. Значит, нам нужен доступ к его информации. Телефон, ноутбук, сейф в кабинете. Это можно сделать. Но не сейчас. Сейчас он на взводе. И у него, скорее всего, есть запасной план на случай, если всё полетит к чертям.

- Какой план? - встревожилась я.

- Не знаю. Но люди в его положении всегда имеют козырь в рукаве. Побег. Шантаж. Или… устранение проблемы.

От его слов по спине пробежали мурашки.

- Ты думаешь, он способен на… это?
Максим сжал кулаки и я заметила, как его костяшки побелели.

- Не он, - поправил меня телохранитель. - «Бурый». Для него ты - актив, который стал обязательством. А от обязательств избавляются. Так что твоё желание получить алиби в виде «романа» было правильным. Только этого недостаточно…