Новый год в Заснежье

Глава 3

Стол для нас накрыли в смежной комнате — крошечной, скромно обставленной. Тут имелось единственное окно с видом на белые дали. Круглый стол, четыре твёрдых стула, тумбочка с графином и стаканами, под ней, вероятно, винный бар — так я предположила, хотя хозяин не соизволил открыть заветную дверцу и угостить меня новогодним напитком.

Вспомнив о празднике, я загрустила. Что ж такое-то! Вместо длинных каникул с прогулками, катанием на коньках, обжираловкой у телевизора и просмотром красочных фоток в соцсетях я вынуждена устраиваться на новую работу, да ещё и с такими неприятными препонами.

Вертош галантно отодвинул для меня стул и смущённо заметил, что может приказать принести для меня подушечку. Я даже не сразу поняла, о чём он, а поняв, тоже смутилась:

— Не нужно, я здесь ненадолго.

Генерал поклонился и сел напротив меня, в это мгновение, словно по ментальной команде вторая дверь отворилась, и Солух вкатил в комнату сервировочную тележку. У меня голова закружилась от приятных ароматов. Передо мной поставили большую порцию пышного омлета, тарелочку с тонко нарезанным беконом и плетёную вазочку с крошечными булочками — такие можно целиком в рот класть, не откусывая.

Аромат же исходил от насыщенного ягодного напитка с имбирём и лимоном. Я не удержалась и схватила большую высокую кружку.

— Не обожгитесь, Маяша, — предупредил меня Вертош.

Я с удовольствием втянула носом горячий пар и отставила кружку — пусть немного остынет, а пока нужно хорошенько подкрепиться.

Уплетая вкусный омлет, я отвлеклась от цели своего визита. Вертош вёл себя предупредительно, то подавал салфетку, то пододвигал ко мне ближе вазочку с хлебцами, то интересовался, не желаю ли я ещё чего-нибудь, например, сладкого.

— Нет-нет, — благодарно улыбнулась я, — всё очень вкусно. У вас отличный повар.

— Риалха нанимала. Вообще-то «Сердцем» после гибели родителей полностью занималась она.

— Ваши родители погибли? — я, расширив глаза уставилась на генерала.

Что ж так не везёт-то мужику! Все у него мрут.

— Ещё до рождения внучки. Следствие не закончено, хотя всё указывает на злой умысел. Мне бы не хотелось обсуждать эту тему.

— Простите, — с пониманием закивала я.

Вертош как-то по-детски улыбнулся и, отставив от себя напиток, спросил:

— Вы хотели поговорить о Клюше. Что вас беспокоит?

— Файха. Она не пустила меня к девочке. Грубо захлопнула дверь перед носом, заявив, что занятия будут вечером.

— Вот как? — удивлённо изогнул брови. — Чем она это обосновала?

— Просто поставила перед фактом. Но вы же понимаете, генерал, к вечеру ребёнок устанет и не сможет усваивать материал. Потом, мы только не познакомились, Клюша вчера была в дурном расположении духа, полагаю, няня заранее настроила её против учёбы.

— Это вряд ли, — покачал головой Вертош, — я не посвящал Файху в свои планы, никто в замке не знал, что сюда должна прибыть посланница академии. Ведь три из них так не добрались до «Сердца». Я уже не надеялся...

Он выглядел огорчённым, вероятно, моя кандидатура не совсем годилась, но другой не было, так что генерал был вынужден принять иномирянку вместо дипломированной учительницы с хвалебными рекомендациями.

Я пожала плечами, предполагая:

— Быть может, девочка, в принципе не любит новых людей. Я хочу с ней подружиться и первым делом, собираюсь погулять с ней, поиграть в подвижные игры в парке. Ведь дети любят снег и...

— Стойте! — с болью в голосе воскликнул Вертош. — Вы это что же, насмехаетесь над нашим горем?!

— В каком смысле? — растерялась я, съёжившись под грозным взглядом.

Генерал помолчал, продолжая смотреть мне в лицо, потом свёл брови к переносице и нервно дёрнул головой.

— Простите, что напугал. Я совсем забыл, что вы не в курсе наших проблем.

Я обиженно посопела, качая головой, и пробормотала:

— Ладно, проехали. Только уж, пожалуйста, объясните мне вещи, очевидные всем, но неизвестные человеку, случайно оказавшемуся в вашем «Сердце», — договорила, и лишь по вытянувшемуся лицу мужчины, поняла, как двусмысленно это прозвучало. — Я имею в виду, в вашем замке!

—Да-да… сейчас, — генерал опустил голову, зарылся пальцами в густых волосах, посидел так, стискивая виски ладонями, наконец распрямился, опустил руки, посмотрел мне в глаза и начал объяснения:

— Клюша не гуляет. Младенцем я иногда выносил её на воздух, но в последние три года мне совершенно некогда, я занят подготовкой новобранцев, тренировкой лошадей, войсковыми учениями, вынужден контролировать производство оружия и доспехов. Правительственный совет поручил мне эти заботы, не принимая в расчёт семейные обстоятельства. Я уж и забыл, когда гулял с девочкой в последний раз.

— Так я же не предлагаю вам! Я сама буду с ней гулять! Не беспокойтесь, у меня есть опыт. А если не доверяете, пусть Файха контролирует меня, только держится поодаль. Очень прошу!

— И как долго вы сможете таскать её на руках?

— Файху? — вытаращилась я испуганно.

Генерал улыбнулся уголками губ. Выглядело это как-то беспомощно, что ли. Я даже посочувствовала ему и не стала оправдываться за сказанную глупость.

— Клюша не ходит сама. Она даже не садится в кровати. Няня обслуживает её полностью: моет, кормит, одевает, ворочает и обрабатывает кожу мазями, чтобы не было пролежней. Приказывать ей выносить девочку за пределы комнаты я не считаю возможным.

Я замерла, раскрыв рот. Вертош отвёл взгляд и смотрел теперь в окно на бледно-серое, подёрнутое серебристой дымкой небо.

Вот тебе и раз! Моя ученица, как вдруг выяснилось, расслабленная. Это многое объясняло. Полежи так годами без движения, да ещё когда вокруг нет ни одного приятного человека! Мне стало дико жалко девочку, идеи завертелись в голове с ускорявшейся быстротой. Пока генерал не смылся к своим разлюбезным войскам, следовало установить новые правила, такие, чтобы у Файхи даже случайной мысли противодействовать не возникло.