Новый год в Заснежье

Глава 4. Вертош Хо Строн

Порой мне казалось, что мою семью проклял кто-то могущественный. Сложно сказать, когда это началось. В тот момент, когда ректор академии направил меня на боевой факультет, игнорируя стремление к науке? Или позже: когда я довольно быстро сделал карьеру, дослужившись до генерала? Самого молодого генерала в истории Заснежья! Нет, мои личные разочарования ещё не касались сестрицы и родителей.

Я отлично помнил день, когда Риалху выводили в свет. Отец настойчиво просил меня приехать в столицу и присутствовать на первом балу младшей сестрёнки. Она выглядела испуганной и очень радовалась, что я рядом. Мы даже потанцевали. К сожалению, никто другой на миленькую наследницу рода Хо Строн — слишком юную, чтобы всерьёз увлечься — внимания не обращал. Хотя причина была не только в молодости: мало кто из аристократов надеялся получить согласие нашей семьи на брак с обожаемой Звёздочкой — как мы называли её дома. Удивительно лучистые глаза были у моей сестрёнки. Сияющие, любопытные, доверчивые.

В самом конце вечера к нам подошёл высокий, элегантно одетый мужчина лет сорока. Он казался ровесником нашей матери. Как выяснилось позже, Горжен Дю Крэн был младше её почти на десять лет, просто выглядел внушительно, в отличие от госпожи Хо Строн, сохранившей хрупкость и живость.

Риалха слишком бурно обрадовалась тому, что её наконец-то пригласили. Меня это немного покоробило, но воспротивиться я не решился, поскольку родители отреагировали благосклонно. Разве могли они тогда предположить, к чему приведёт это знакомство!

Следующий мой визит в столицу тоже был вынужденным, пришлось взять отпуск, настолько требовательным был отцовский тон в письме. Это случилось через пять месяцев после злопамятного бала. Дома меня ждал семейный совет, почти судилище, где ответчиком назначили сестру. Как оказалось, Риалха продолжила знакомство с тем кавалером, причём, встречалась с ним втайне от родителей.

Горжен Дю Крэн — зареченский посланник — объяснял необходимость скрываться тем, что его король запретил дипломатам заводить знакомства с местными девушками. Моя неопытная в сердечных делах сестра бросилась в пучину эмоций, увлеклась тайной и обманом. Несчастная девушка верила, что Горжен любит её и сделает всё возможное, чтобы убедить короля Заречья дать разрешение на брак. О том, что собственная семья может не одобрить её выбор, Риалха даже не задумывалась.

— Сынок, — безапелляционно заявил отец, — ты обязан принудить этого подонка жениться, а если он откажется, вызвать на поединок и убить!

Разумеется, узнав, что сестра совращена и всё ещё верит, что эта тварь любит её, я был готов на всё, даже рискнуть карьерой, спровоцировав международный скандал.

Горжена я застал за сборами. Выслушав мои требования, человек, по внешнему виду почти годившийся мне в отцы, театрально вздохнул и стал уверять, что женитьба на прелестной Риалхе — его заветная мечта. Именно с этой целью он отправляется в Заречье.

— Уверен, что его величество не станет возражать, и уже через месяц мы обвенчаемся.

Разумеется, он подло врал! Врал в глаза брату обманутой женщины.

— В таком случае, направьте письменную просьбу дипломатической почтой, либо возьмите невесту с собой, я обеспечу сопровождение, — потребовал я.

Чувствовал подвох? Да! И в меру сил пытался решить ситуацию приемлемым образом, однако опытный дипломат умудрился убедить меня, что действует исключительно из любви к моей сестре.

— Увы, мой дорогой шурин, письменный запрос король наверняка отклонит, а ехать Риалхе в её положении сложно.

— Положении? — удивился я. — В каком это положении?

— Она уже два месяца носит моего ребёнка, — горделиво улыбаясь, объявил негодяй.

Я был готов придушить его прямо там, без всякого поединка. Тем более что Горжен не стал бы дожидаться расправы и осуществил план бегства. Увы, то ли я опешил от услышанного, то ли подвергся ментальному внушению — не смог причинить вред отцу будущего племянника. Надежда на официальный брак тогда ещё оставалась.

После отъезда Горжена, я с помощью высокопоставленных знакомых разузнал о нём всё. Полученные сведения подтвердили худшие из опасений. Подонок и не собирался, и не мог жениться на моей сестре. В Заречье у него была семья — красавица жена и два сына. Выяснилось, что тайна преступной связи не имела никакого отношения к запретам со стороны короля. Горжен использовал доверчивую девушку и умчался в Заречье, где её разгневанный брат не мог достать обидчика.

Могу ли я любить племянницу? Как мне найти силы для этого, если я виню Крошку и в смерти любимой сестры, и в гибели родителей, которые отправились в «Сердце Заречья», чтобы поддержать Риалху перед скорыми родами, но так и не добрались до цели. Да, семья спрятала блудную дочь от позора в приграничном замке, и рядом с ней находился только я.

Все попытки убедить себя в мысли, что ребёнок не виновен, оканчивались провалом. Каждый раз, беря на руки младенца, я испытывал омерзение. Даже немощь, обнаруженная почти сразу, не примирила меня с Клюшей. Всё, что я мог по отношению к ней — обеспечить уход чужими руками.

Племянница росла. По принятым в аристократических семьях правилам, с трёх лет наследнику или наследнице полагался воспитатель. Следуя этим требованиям, я начал переговоры с академией. Увы, ни одна из посланных по моей просьбе учительниц не добралась сюда. Может, и к лучшему. Унылых и зажатых в строгие рамки выпускниц академии заменила удивительная иномирянка с горячим сердцем. Маяша сумела полюбить мою племянницу, увидев её лишь раз. Мне следовало поучиться доброте у этой девушки.

***

Дверь комнаты в конце коридора распахнулась на мой требовательный стук. В проёме возникла женщина с очень неприятным лицом. Она была выше ростом и даже шире меня в плечах. Раньше я не обращал внимания на габариты Файхи, радуясь силе орчихи, легко справлявшейся с уходом за расслабленным ребёнком. Теперь же, сравнив эту гору с изящной девушкой, хмыкнул — непросто Маяше находиться рядом с такой громадиной. И запах! Иномирянка очень точно назвала няню моей племянницы скунсом.