Няня особого назначения

Глава 15

Паника сжала мое горло. Я выскочила в коридор и закричала изо всех сил:

— Помогите! Детям плохо! Срочно нужен доктор!

Меня буквально оттеснили от двери. Высокий, темноволосый мужчина в безупречно сшитом сюртуке. Кейден Хартлок. Его лицо, казавшееся вчера лишь замкнутым, теперь было искажено настоящим ужасом. Он увидел детей, корчащихся на полу от боли. Мгновенно оценив ситуацию, он бросился сначала к Кларе, сжавшейся в комок, потом к Лео, прижавшемуся к стене. Его пальцы дрожали, когда он прикоснулся к их холодным, влажным от пота лбам.

— Что случилось? Что они ели? — Его голос прозвучал резко, почти рычанием, когда он обернулся ко мне. Взгляд был ледяным, полным гнева.

— Ничего! Просто не успели спуститься к завтраку! Только… Вчера я им готовила печенье… — выдохнула я, чувствуя, как почва уходит из-под ног. — Домашнее. Мука, масло, сахар, яйцо, щепотка тмина… — Я перечислила ингредиенты, понимая, что ничего запретного в них не было.

— Печенье? — Хартлок вскочил, лицо стало грозным. — Вы… вы давали им печенье?! — он был вне себя, голос гремел под сводами. — У них строжайшая диета! Это элементарно! Вы что, не спросили?! Не прочитали ничего?! Безрассудная!

В дверях внезапно, будто подслушивала, возникла Элеонора. Безупречная в своем в утреннем туалете, но лицо ее было маской ледяной ярости.

— Что здесь творится?! — ее пронзительный голос резанул слух. Увидев детей и Хартлока над ними, она метнула на меня взгляд, полный такой немой ненависти, что по моей спине пробежал холод. — Это гувернантка… Не озаботилась, чтобы дети поели с утра?! Куда смотрит экономка? Я же говорила, что смогу позаботиться о детях лучше, чем какие-то там гувернантки! Кейден, убери ее! Немедленно!

Меня мягко, но неумолимо вывели из комнаты. Дверь детской захлопнулась с глухим ударом. Я осталась одна в пустом, залитом солнцем коридоре, прислонившись спиной к холодной стене. Приглушенные стоны детей и гневные, отчаянные голоса взрослых за дверью душили меня чувством вины, страха и полного бессилия.

Спустя вечность, хотя прошло минут десять, дверь открылась. На пороге стоял Хартлок. Лицо его было как высеченное из камня. Он кивнул в сторону лестницы, ведущей в хозяйскую часть дома.

— Идите за мной. — Голос звучал низко, опасно, не допуская возражений.

Я была ошарашена, но пошла. Я следовала за его широкой спиной по роскошным, залитым светом коридорам третьего этажа, мимо портретов суровых предков и дорогих ваз. Страх за детей боролся во мне с гневом: почему меня не предупредили? Где были хоть какие-то указания? Почему дети с такой опасной особенностью были предоставлены сами себе?

Кабинет хозяина поместья встретил нас угнетающей тишиной. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь щели тяжелых штор, выхватывали блеск полировки на массивном столе. Кейден не предложил сесть. Сам встал у окна, спиной к свету, спрятав лицо в тени. Его силуэт был полон мрачной решимости.

— Вы осознаете, в какую бездну безрассудства шагнули? — Голос был тихим, но каждое слово било, как молот. — Ваше легкомыслие… ваше невежество… могли их убить! Вы понимаете, что такое остановка дыхания у ребенка? У них строжайшая диета! Прописана лучшими специалистами! Ни грамма пшеничной муки! Ни капли коровьего молока или масла! Никакого сахара! Никаких… — он сделал паузу, — печений! — Последнее слово прозвучало с ледяным презрением.

Гнев вскипел во мне, оттесняя страх.

— Вообще-то о таком положено предупреждать! — выпалила я, забыв о субординации. — Ваши дети предоставлены сами себе! Девочка боится собственной тени, мальчик сбегает и мастерит ножи из того, что найдет! Никто не контролирует, что они могут схватить на кухне! Где список запретов? Где хоть какая-то инструкция для гувернантки?! Или вы считаете, я должна была догадаться сама? По положению светил на небе или погадав на кофейной гуще? А может через ясновидение?!

Хартлок издал рык – низкий, нечеловечески громкий. Он сделал резкий шаг вперед, выходя из тени. И мне показалось, что его лицо на миг изменилось. Не просто исказилось гневом. Тени под скулами сгустились неестественно, будто кости под кожей сдвинулись. Его глаза, устремленные на меня, на долю секунды утратили человеческий блеск, став плоскими, отражающими, как у хищной птицы. Или это был блик? Паника? Но инстинкт сработал быстрее разума.

Я отпрянула к столу, вжалась в него, ища опору и защиту. Рука инстинктивно потянулась к бедру, но кобуры не было. А вот в кармане платья пальцы нащупали холодную рукоять. Нож Лео!

Хартлок метнулся вперед с невероятной, пугающей скоростью. Секунда – и он был уже рядом.

Не думая, чисто рефлекторно, от ужаса перед этой молниеносностью, я сунула руку в карман, выхватила нож и замахнулась.

Моя рука сама выбросила его вперед! Годы тренировок взяли верх.

Нож просвистел мимо головы мужчины и с глухим стуком вонзился в дубовую панель на стене.

Промах!

И в следующее мгновение я была обездвижена. Он не стал уворачиваться или кричать. Он просто… оказался передо мной, схватив мои запястья стальными тисками. Его движения были слишком быстрыми, но плавными, неестественными. Его лицо теперь было в сантиметрах от моего лица. И на нем не было прежней ярости. Было шокированное изумление и… пристальное изучение.

Мой мир сузился до его темных, невероятно глубоких глаз и всепоглощающего страха.

Но вдруг он наклонил голову. Резко, по-звериному. Он втянул воздух носом у моей шеи, у виска, глубоко, будто пробуя запах. Его хватка не ослабела. Он явно был поражен. Брови взлетели вверх, изумление в глазах сменилось чистым, немым потрясением. Он чуть отстранился, все еще держа мои руки, и посмотрел прямо мне в глаза. Его собственные были теперь просто очень темными, почти черными, и полными недопонимания.

— Кто вы? — прошептал он, и его голос звучал глухо, с непривычным шипящим оттенком, но без прежней ярости. — Откуда этот… запах? Вы… не отсюда. Вы не… одна из нас? — Он снова принюхался, и теперь в его взгляде читалось нечто большее, чем гнев или удивление. Это было понимание. Шок от встречи с чем-то совершенно неожиданным и невозможным в стенах его дома. Между нами повисло необъяснимое напряжение, смесь страха, недоверия и странного, магнетического притяжения.