Оборотень по объявлению. Зверь без сердца

Глава 1

Александр

«Найдена ваша идеальная пара — 90% совместимости».

Телефон взрывается фейерверком из уведомлений «Доборотня».

Я чуть мобилу в море не выкидываю — в последний момент сжимаю ее в кулаке и опускаю руку.

И кто посмел приколоться? Лисы? Бродячие? Вряд ли медведи или мой бывший клан гибридов.

Я кидаю телефон в руки Ефу. Родители тридцать лет назад любя назвали его Ефимом. Не подозревали, что того будет трясти от своего полного имени.

— Узнай, кто шутит, и проучи. — Я присаживаюсь и подбираю янтарь, который выбросило беснующееся море.

Сейчас самый сезон, и вокруг много местных, но только штормовая Балтика может утихомирить мою душу.

Лицо моего помощника вытягивается, когда он видит оповещение.

— Есть, глава. Вы… зарегистрировались там?

Я смотрю на него как на идиота:

— Ты тоже там. Теперь там все сверхи.

— Вот совету все неймется! Но вас-то куда? Все знают, что у вас больше нет истинной.

Еф резко замолкает, что-то увидев на моем лице. Я же отворачиваюсь к морю, подставляю лицо ветру.

Приложению по подбору идеальной пары «Доборотень» уже не один десяток лет. Алрик все кичится степенью защиты данных, но что-то я смотрю, у него в этом деле дыра на дыре.

Однако это сообщение такая мелочь, что я сразу забываю о ней. У меня есть задачи посерьезней.

***

Алиса

Кухня ресторана «Баолт» встречает меня запахом подгоревшего лука и пережаренного масла. Шеф-повар Игорь, бородатый и вечно недовольный, швыряет в мою сторону пакет с мясом.

— Вот, разберись с этим, как ты умеешь.

Я ловлю пакет и, даже не открывая его, уже знаю — мясо протухло.

— Неужели стейки? — спрашиваю, хотя знаю ответ.

— Да. И чтоб без нареканий от гостей.

Он отходит в другой конец кухни, оставляя меня наедине с проблемой. Я разворачиваю пакет и отворачиваюсь, подаюсь назад от тошнотворного запаха.

— Шеф, стейки из этого не получатся. Бефстроганов еще могу сделать, если добавить немного вина и сливок. Замаскирую кислинку.

Игорь бросает половник на разделочный стол с таким грохотом, что я вздрагиваю.

— Стейки! Я неясно сказал?

Сказал? Да он приказал, словно я немая рабыня.

— Шеф, нам вернут. У нас и так последний отрицательный отзыв на «отзовике».

— Это потому, что Дима вчера работал, пока ты прохлаждалась. А он не умеет как ты.

«Прохлаждалась»? Вот это упрекнул так упрекнул!

Вообще-то, у меня был законный выходной — единственный на неделе. Я за него даже по дому ничего сделать не успеваю, не то что отдохнуть.

Так хочется нагрубить этой бородатой морде, но мне нужна эта работа. Чем я буду платить за аренду? На что есть?

«Все терпят. Думаешь, отцу нравится работать на заводе или мне стоять часами за прилавком?» — всегда отвечала мама, когда я говорила, что не хочу присматривать за четырьмя младшими братьями и сестрами или что не хочу готовить ужин.

Терпеть. Надо потерпеть. Нет такой работы, на которой все нравится. Уволюсь и поменяю шило на мыло.

— Что ты себе цену набиваешь, а? — Игорь медленно, с долей угрозы двигается в мою сторону. — Знаю я, как ты можешь из говна конфетку сделать, так что не строй из себя фифу.

Умею. Еще бы мне не уметь!

Большая часть еды, которую мама приносила в дом, была просрочена и списана из магазина, где она работала. Запах плесени, кислятины, горечь — все это вкусы моего голодного детства, где макароны, посыпанные сахаром, считались самым вкусным блюдом.

До сих пор в моей голове они закрепились как что-то очень вкусное, хотя понимаю, что это бред. В мире есть столько изысканных блюд. Уж кому, как не повару, это знать.

Я три года добивалась того, чтобы работать в этом знаменитом ресторане, нарабатывая опыт в кафешках и ресторанах попроще. Думала, что окажусь здесь в окружении прекрасных ингредиентов, буду творить высокую кухню. Вместо этого шеф, как прознал о моем таланте делать блюда из грязи и палок, поменял меню. Хозяин ресторана лоснится от выгоды, а я…

Я еле держусь, чтобы не послать все к чертям собачьим.

— Вон твой стеллаж с травками. Давай, колдуй, как умеешь. Не зря босс тебе грядки посадил, лампы подвел. Пользуйся, неблагодарная!