Оборотная жизнь пенсионерки

Глава 12 Почти что завтрак,

Картина, представшая моим глазам, в прошлом мире — могла только присниться. Такого я отродясь не видела!

По воздуху летали гномы, люди, табуретки, кружки. Причем первые — довольно крякая, стоило им встать на ноги, бросались в гущу событий, чтобы в следующий момент снова быть посланными в полет.

Безусловно, в их рядах имелись тяжеловесы, имевшие опыт, лишние килограммы и силу притяжения, позволявшую им цепко стоять на земле — таких даже крепкий кулак не мог сбить с ног, но в основном это была молодежь, любящая выпить, закусить и подраться.

Именно они создавали эту кашу-малашу из мужских тел. Терпкий запах пота, свежей крови, пролитого алкоголя - кружили голову, не позволяя дышать полной грудью. Я непроизвольно потянулась к горлу, привычно сжав в кулаке кулон, который внезапно начал пульсировать в такт моему сердцу, отдаваясь звоном в ушах. Бам-бам-м-м-бам!

В воздухе стоял протяжный рев от множества мужских голосов, кричавших ругательства, смысл которых я слабо могла понять. Но насколько можно было разобрать — большинство было недовольно тем, что Себастьян присвоил себе их шанс на лучшую жизнь!

«Это я, что ли?» — полыхнуло в сознании.

Тут же начала судорожно искать в месиве из мужских тел — Себастьяна.

Облегченно выдохнув, когда нашла. Он стоял в самом центре потасовки, ко мне спиной, словно защищая вход в наш закуток, засучив рукава белоснежной рубашки, в кожаном жилете и неизменных штанах, с упоением размахивая кулаками, раздавая тумаки направо и налево. На его лице блуждала довольная улыбка, это было заметно, когда он поворачивался ко мне вполоборота. Само развлечение, если можно назвать эту бойню, ему нравилось и было, судя по всему, привычным.

От одного мощного хука в дальний угол понесся, напоминая снаряд, гном, длинная борода, словно дым у подбитого самолета развевалась, указывая направление полета.

Эвиндал — эльф, которого мне так и не представили, махал табуретом, отбивая нападения многочисленных желающих до него добраться, его лук тоскливо висел на спине, слабо поблескивая рукоятью в тусклых солнечных лучах, с трудом пробившихся сквозь столбы пыли, стоявшей в трактире.

- Идемте, госпожа, — приветливо проговорила пышнотелая официантка, держа перед собой поднос, уставленный блюдами, совершенно не обращая внимания на творившееся безобразие.

Но заметив мое замешательство, хмыкнула, добавляя: — не переживайте, ваш жених любит таким образом аппетит перед завтраком нагуливать, а его дружки вечно его в этом поддерживают. Сейчас угомонятся уже.

- Он мне не жених! - Воскликнула, отрываясь от завораживающего действа, переключая внимание на официантку.

Она понимающе хмыкнула, бедром распахивая, закрывшуюся дверь и вплывая внутрь, как недавно ушедший состав с моей прожитой старой жизнью.

Я прямо почувствовала, как прошлое, словно этот злополучный поезд, набирает обороты и скрывается в туманной дымке забвения. Обратного пути для меня больше нет, да и не было. Осталось лишь в этом убедиться.

Стало зябко, словно подул холодный ветерок, и я передернула плечами, прогоняя наваждение и заодно мысль, что нужно довериться и все рассказать Сэбу.

«Это может быть опасно!» — одернула себя, - «Необходимо молчать, пока сама во всем не разберусь. Надеюсь, у меня это получится» . — наконец я приняла решение.

- Как вас зовут? - Спросила девушку, а она, довольно стрельнув на меня красивыми глазками, ответила: — Злата, госпожа.

- Очень приятно! А меня, Эйлин, будете со иной завтракать? — улыбнулась девушке, кинув взгляд на Сэба, стоявшего посреди зала со сжатыми кулаками и вздымающейся грудью.

Словно почувствовав взгляд, Себастьян медленно оглянулся и недовольно нахмурился, увидев меня недалеко от себя. Два шага и он рядом, нависает надо мной скалой, рыча от злости: — Я же сказал не выходить, Эйлин!

Как можно беспечнее пожала плечами, взглянув на него снизу вверх и непонимающе похлопав длинными ресницами: — Принесли завтрак, хотела тебя позвать, а ты, оказывается, немного занят!

Взгляд Себастьяна начал теплеть, он слабо улыбнулся, потянулся ко мне рукой, но тут же сжав ее в кулак, резко развернулся к продолжавшим воевать постояльцам трактира, громко рыкнув: — Прекратить! Всем ясно, что я сказал? Наводим чистоту. - Повернулся ко мне и попросил тихо: — Ступай, Эйлин, я сейчас приду.

Затем резко схватил меня за основание шеи, притянув к себе мое лицо, впиваясь в мой рот горячим поцелуем, выбивая весь воздух из легких.

- О-о-о! — протяжный мужской разочарованный стон пробежался по обеденному залу.