Офисный планктон: сила и мужество

Глава 10. Разговоры, разговоры

Ритка убежала. Санька вставила наушники, включила ассасина и несколько часов честно работала.

Перед самым обеденным перерывом позвонил Дима, голос его звучал устало:

- Привет, только увидел твои звонки. Предупреждал же, что в командировке, решаю проблемы…

- Что ж за проблемы такие, что почти сутки телефон взять не можешь? – фыркнула Санька, вспоминая вчерашнюю историю с краном.

Объяснений не ждала, полагая, что муж, как обычно, ограничится общими фразами. Просто хотелось повозмущаться и пожаловаться.

Но Дима неожиданно ответил:

- Поставщики подвели. Вроде проверенные-перепроверенные, больше пяти лет с ними работал – ни одного нарекания. А оказалось – банкроты. Перечислил предоплату – теперь ни комплектующих, ни денег. Крупный контракт горит, скоро за срыв сроков неустойки пойдут.

- Ого… - сочувственно выдохнула Санька. – Тогда понятно.

- Подключил все связи, - угрюмо продолжил муж, - ищу, кто даст в долг – хоть деньги, хоть материалы. Часть вопросов закрыл, но еще до хрена всего надо… А у тебя случилось что-то?

По сравнению с Диминой ситуацией бытовые неурядицы сразу показались пустяками.

- Ерунда, - небрежно отозвалась Санька. – Вчера в ванной кран сорвало, но я уже разобралась. Все починили.

- Умница! – голос Димы немного потеплел. – Сань, извини, совсем про этот кран забыл… Во вторник вернусь – обещаю, пришлю мастера, озвучишь ему пожелания насчет ремонта: краны, трубы, розетки… ты, кажется, еще полочку новую хотела?

- Да, - Санька довольно улыбнулась. То, что муж помнит ее хотелки, было приятным: – Полочку в ванной, сушилку на балконе. Но это не горит, если сейчас денег нет…

- На это - есть, - уверенно перебил Дима. – Твои просьбы в приоритете. Если что-то срочно понадобится от меня – шли голосовые сообщения. Освобожусь, прослушаю и отреагирую. Не скучай, целую.

- И я тебя, - нежно проворковала Санька, отключаясь.

И бросила взгляд на часы:

- О, уже обед! Ольга Петровна – в столовую идешь?

- Я из дома картошечки взяла, - та выставила на стол два пластиковых судочка. – И огурчики. Общепит не по моему карману.

Санька не расстроилась – даже слегка обрадовалась. Себя она считала умеренным интровертом: с людьми общалась запросто, почти со всеми находила общий язык, но и одиночество любила – посидеть в тишине с книжкой, или просто поразмышлять.

Сейчас как раз было подходящее настроение. И в истории про любимого героя близился острый момент.

Она подкрутила пальцем слегка растрепавшиеся локоны и отправилась в столовую. Любимое место для уединения – маленький столик в углу, отгороженный кадкой с развесистой пальмой, было свободно.

Санька взяла жаркое, два вида салатов и компот со слойкой. И, уютно устроившись в своем мини-убежище, готовилась эмоционально переживать ритуальный бой ассасина с лучшим рыцарем королевства.

- О чем ты хотел со мной поговорить? – раздался чуть ли не над ухом голос заместителя главбуха.

- О твоей помощнице, - ответил бас начальника. – Рите. Мне кажется, ты с ней излишне строга.

Софья и Роман Андреевич заняли соседний столик.

«Везет Софье – ест сладкое и не поправляется!» - Санька с легкой завистью скользнула взглядом по креманке с взбитыми сливками и тарелке с пирожными.

И палец, уже лежавший на кнопке воспроизведения, скользнул вниз. Обычно к сплетням, слухам и чужим разговорам Санька была равнодушна, но…

«Ритку, безусловно, жаль. Но и знать мнение противоположной стороны не помешает – для объективности».

- Это я-то строга? – фыркнула Софья, пододвигая к себе креманку. – С Риткой?! Да я с ней сюсюкаюсь, как мамочка с грудным младенцем! Разве что памперсы не меняю.

- Рита жаловалась моим барышням, - вздохнул завскладом, опуская ложку в тарелку с супом, – что ты ничего не объясняешь, а заставляешь читать законы.

- Заставляю, само собой! – Софья сняла с десерта шоколадную фигурку - украшение и отправила в рот. – Меня тоже так учили: в первую очередь - нормативные документы. Когда проверка придет, отмазка «мне так Марь Иванна сказала делать» не прокатит. Сначала смотрим в законодательный акт, а потом и объяснения послушать можно.

- Оно-то правильно, конечно, - начальник отломил кусочек хлеба. – Но не слишком ли ты давишь эмоционально? Рита юная совсем, ранимая. И сегодня так горько плакала… У меня ведь три дочки, понимаешь?

- Хочешь, Рома, я тоже порыдаю? – сверкнула глазами Софья. – Что каждый день остаюсь после работы? Дома муж голодный, а я сижу – Риткины косяки исправляю. Их же тьма-тьмущая! Бывает, и пропускаю некоторые – глаз замыливается. И свою работу делать не успеваю: роялти по франшизе должна была еще на той неделе начислить, а мне некогда – за Риткой подтираю.

Она откусила пирожное и добавила уже более спокойно:

- Кого другого за такие вещи уволила бы, а эту козу жалею. Она из неблагополучной семьи – отец всю жизнь пил, над матерью и детьми издевался. А их, кроме Ритки, еще трое. Понимаю, что у девчонки хронический стресс – только-только из ада вырвалась, на квартиру съехала. И помочь ей некому. Поэтому терплю. А то, что иногда ее тыкаю и покусываю, то это нарочно – чтобы из состояния желе вышла и огрызаться начала. Характер-то у нее должен быть – диплом с отличием за красивые глаза не дают.

Начальник задумался и даже намеревался что-то сказать, но в этот момент к их столику подошел директор по производству - смугловатый мужчина лет тридцати. В руках он держал поднос с обедом.

- Можно присоединиться? – улыбнулся коллегам. – Или у вас конфиденциальный разговор?

- Конечно, Дамир, присаживайся! - завскладом отодвинулся к окну, освобождая место за столом. – Мы так – о том, о сем, ничего важного. Лучше скажи, переоборудование второго цеха закончил?

- Какое закончил… - поморщился Дамир, выставляя на стол тарелку с пловом. – По смете изменения, подрядчик просит увеличить второй транш в полтора раза. А финансовый уперся – мол, договаривались тридцать процентов…