Охотница на драконов и Я

Когда мне было пять...

Управляя одной планетой,

В знаке твоём только стрелы.

А моя планета - солнце,

Приходи, я тебя согрею…

Будем плавать, играть, резвиться —

Мы с тобой теперь словно дети,

Словно яркие звёзды светиться

Будем мы на бескрайнем небе…

Поэтесса Анжелика-Анжела

aanjela_anjelika

@aangelastories

Наша маленькая деревушка раскинулась в густых лесах на землях Вотерфолса. Вотерфолс был местным замком, владеющим землями округи, и входил в пятнадцать земель, образующих царство Эмиральда. Тогда срединные земли ещё не делились на независимые королевства — Арвалон, Тарлинг и Вали появятся гораздо позже. А сейчас царство Эмиральда представляло собой ещё единый кусок земли, где правили драконы, поделившие между собой земли на герцогства. Земли Вотерфолса, как и наша деревушка, принадлежали роду Даргонов — одному из самых влиятельных герцогских родов, славящихся не только жаждой власти, но и жаждой к огненным забавам.

Мне было пять. Когда моя деревня вся вспыхнула оранжево-красными языками пламени, отовсюду послышались крики о помощи, а люди стали разбегаться кто-куда. Так всегда было, когда нападали… драконы. Они делали это не первый раз, но именно тот день я запомнила на всю жизнь.

Он стоял посреди деревенской улицы с разбитой калиёй и хохотал… Хохотал дико и пугающе. А глаза его, серо-зелёные, напоминающие глубокий, холодный омут в нашем лесу, сверкали ярче алмазов при каждом крике деревенских. Он наслаждался... Идя своей размашистой поступью посреди улицы, неся свои вьющиеся до плеч серебристые волосы подобно королевской короне, и весь такой чинный и важный, огромного роста, он наводил на всю деревню ужас. Ибо при каждом его смехе его рука поднималась и извергала ужасающий огонь, от которого наши хлипкие деревянные домики с крышами из тёса так и вспыхивали как факелы. Люди кричали — дракон наслаждался. А его дружки — дракон пришёл не один, а со свитой, — хватали выскакивающих из горящих домиков людей, сбивали тех с ног, мужчин нещадно избивали, а женщин… Женщин оттаскивали в сторону, за частоколы, и…что происходило потом за кольями я не видела, слышала лишь крики, мольбы о помощи и грубую мужскую ругань.

— Майя! — больно схватила меня за руку матушка, словно пробуждая ото сна, — мы должны бежать!

Моя матушка, молодая жена почтенного местного викария, было кинулась уводить меня от церкви, где шёл обычный утренний молебен до нападения драконов, как теперь уже её руку перехватили.

Дракон, тот самый, с серебристыми волосами и холодными серо-зелёными глазами, прижал мою матушку к себе, оценивающе и властно став осматривать её лицо. После чего наклонился к её шее и принюхался.

— Сладкая... — проскрипел его металлический голос.

И он дёрнул мою матушку за собой. Матушка не кричала, не вопила, подобно другим, она только попыталась вывернуться в жёстких руках дракона, чтобы обернуться на меня.

— Беги!!! — кричала мне красивая, молодая голубоглазая женщина, одетая, как и приличествует жене викария, в мышиного цвета скромное льняное платье, с выбеленным до кристальной чистоты чепчиком на голове.

Но как я могла убежать… Это же была моя мама. И неуверенными, нелепыми шажками ещё кривоватых ножек я последовала вслед за ней.

— Майя, беги!!! — всё кричала мне слёзно матушка, а меня, как завороженную, так и тянуло вслед за ней.

Пока грозный дракон с серебристыми волосами не затолкал мою мать в ближайшую хижину, ещё не охваченную огнём. И… После, за закрытыми дверьми хижины, сначала было тихо. Но потом… Потом я услышала их — стоны. Эти стоны я не забуду никогда, как тогда они опустошили всё во мне своим глухим звуком, наполненным болью. Так могло стонать только мучающееся болью животное. Но нутром я чувствовала — это моя мать.

Руки сами нашли палку, лежащую на голой дороге. Я всем сердцем хотела только одного — ударить палкой того злого дракона, который заставляет мою матушку извергать эти звуки.

И когда всё закончилось, а дверь распахнулась, и из неё вышел довольный, самовлюблённый дракон с серебристыми волосами, подтягивающей ленно свои штаны на крепких бёдрах, я просто подбежала и стукнула его этой палкой прямо по спине.

Я вложила всю злость в свой удар, на который был способен пятилетний ребёнок, но вместо этого получила такой пинок прямо в живот, что казалось всё моё внутреннее сейчас вывернется наизнанку. Я лежала поверженная всё на той же сельской дороге, глотая пыль, смешанную с моей кровью, стекающей с губ, а это чудовище уже стояло надо мной и уничтожало меня своими холодными серо-зелёными глазами.

— Как ты посмела! — прошипел он ядовито и поставил на меня свою огромную ногу в высоком кожаном сапоге цвета высушенной земли, что я глотала, снова вдавливая меня в землю.

Один нажим, и моя спина переломится. Но вместо этого дракон опустился надо мной и, нависая скалой, вымолвил угрожающе:

— Когда ты подрастёшь, я приду и за тобой… — кинул мне пророчески, после чего дико расхохотался, словно удачную шутку придумал.

После чего чудовище оставило меня, уходя прочь и оставляя за собой пылающую деревню с плачущими женщинами, мёртвыми телами тех, кто героически пытался защищаться, и повсюду бегающими детьми, ищущими своих родителей.

«Матушка», — пронеслось тогда у меня в голове.

Встав с пыльной дороги и отряхнув своё платьице такого же мышиного цвета, как и у матушки, ведь я была дочерью почтенного викария, поправив свой белоснежный чепчик — ибо дочь почтенного викария никогда не может выглядеть плохо! — я направилась в тот злосчастный дом, где ещё совсем недавно были слышны те ужасающие стоны, которые прорезали моё детское сознание как гром среди ясного неба и оставили на детском сердце неизгладимый след.