Он придёт, когда зажгутся свечи

6-2

К нам, держа перед собой сотовый, неторопливо двигалась невысокая девушка с округлыми формами и длинными, заплетёнными в мелкие косички волосами.

— Отпусти её, Джеральд, пусть покрасуется на камеру, она же это любит! — девушка качнула сотовым. — Уверена, видео завирусится! Наследница плантаторов не оставила замашки предков-рабовладельцев и теперь притесняет сокурсниц!

— А это кто? — заинтересовался лоа.

Но я, не глянув на него, расплылась в улыбке.

— Ты как всегда вовремя, Стелла! — и, тут же сделав вид, что сейчас заплачу, попятилась от Лэу:

— Нет, не бей меня! За что?! Я ведь не сделала тебе ничего плохого!

Лорен взревела, снова попыталась на меня наброситься, но Джеральд уже подхватил её в охапку и поволок прочь, что-то тихо бормоча на ухо. Эвери, бросив ненавидящий взгляд сначала на меня, потом на продолжавшую покачивать сотовым Стеллу, взвизгнула: «Мой папа наймёт лучших адвокатов! Это видео не сойдёт тебе с рук!» и понеслась вслед за Джеральдом и стервозной Барби.

— Lawd, have mercy![1] — делая вид, что вытирает набежавшие от смеха слёзы, лоа поднялся с травы и потряс в воздухе правой кистью, как если бы обжёгся. — Ну, и повеселили вы меня! Эта смуглянка тоже! — он кивнул на Стеллу.

— Ты обещал выполнить моё желание, если эта дрянь пострадает. Она пострадала, — холодно кивнула на зацепившийся за траву клок белокурых волос. — Озвучиваю желание: хочу, чтобы ты...

— Тш-ш-ш! — зашипел лоа, прикладывая палец к губам. — Не хочешь ведь, чтобы твоя подружка поймала тебя на том, что ты говоришь с воздухом?

Я быстро скосила глаза на приближавшуюся ко мне Стеллу, уже убравшую сотовый и смотревшую на меня с лёгким недоумением.

— Au revoir, cher! — выдохнул в ухо лоа, заставив меня отшатнуться.

— Да чтоб тебе... — сквозь зубы процедила я.

Но он уже растворился в воздухе, словно заговорившем его голосом:

— А в особняк твоего дядюшки мы всё же переедем! И тогда и особняк, и хлюпик — наши... точнее, твои — мне нужны лишь ваши потомки и их поклонение!

Ехидный смех — и...

— Ты что это, а? — голос Стеллы заглушил отголоски смеха лоа.

Я тряхнула головой и кивнула на клок волос.

— Подумывала поднять это и отнести в какую-нибудь лавку вуду, чтобы навели порчу!

Стелла хихикнула.

— Только не говори, что... это на самом деле её волосы? И я это пропустила?! А ещё говоришь, я появляюсь вовремя!

— Ну, с видео самое то! — я подняла большой палец вверх и с готовностью подсунулась к ней. — Покажи, что получилось!

— Ничего не получилось, — досадливо фыркнула подруга. — Бросилась к тебе на выручку, а на кнопку записи нажать забыла! Как увидела, что ты одна против трёх болотных крыс, этого белого мусора, так сразу и...

Стелла, довольно смуглая, невысокая с европейскими чертами лица и довольно пышными африканскими формами тела — истинное дитя Нового Орлеана. В её жилах смешалось Бог весть сколько кровей. Наверняка она знала лишь о пра-пра-прадеде-французе, и прабабке-африканке, а кроме них: испанцы, карибцы, вроде бы даже ирланды. Сама Стелла гордо относила себя к креолам и терпеть не могла весь этот «белый мусор», как она называла обитателей аристократического Garden District[2], многие из которых вели свой род от старых луизианских семей, владевших плантациями сахарного тростника, хлопка и риса ещё в XIX веке. О том, что теперь стараниями дядюшки в какой-то мере можно отнести к «белому мусору» и меня, я до поры умолчала. Со вздохом пожала плечами — всё же жаль, что видео не получилось — и качнула головой в сторону здания.

— Идём, а то и правда опоздаем!

На лекцию мы успели до её начала и, только сели, в аудиторию вплыла Лорен с неизменной прилипалой Эвери. Обе стервы уже снова выглядели так, будто над ними потрудилась команда парикмахеров и визажистов. Правда, в причёске Лорен всё же наблюдался лёгкий дисбалланс из-за прореженного бока. Нас мерзавки просверлили ненавидящими взглядами, и мы со Стеллой, не сговариваясь, схватились она — за сотовый, нарочито покрутив им в воздухе, а я — за прядь своих волос, намекая на то, как оттаскала за локоны Лорен. Триумф был абсолютным, но, мы ничуть не сомневались, что недолгим. Две подлые стервы наверняка возьмут реванш в самом скором будущем. И мы не ошиблись. Заняв своё обычное место среди золотой тулейнской молодёжи, Лорен, кокетливо потряхивая пострадавшей причёской, начала что-то шептать одному из всегда крутившихся вокруг неё поклонников, время от времени поглядывая на меня.

— Вот дрянь! — буркнула заметившая это Стелла.

Я лишь махнула рукой, поймав себя на мысли, что происки Стервобарби беспокоят меня гораздо меньше того, что в любую секунду снова раздастся слышимый только мне голос с певучими южными нотками, а перед глазами замаячат высокий цилиндр и трость.

[1] Lawd, have mercy! (англ., креольк.) — Господи, помилуй!

[2] Garden District — один из самых старых и богатых районов Нового Орлеана, основан в XIX веке американскими аристократами, которые хотели жить отдельно от французско-креольского квартала. До сих пор считается районом старых денег и антиподом шумного Французского квартала.