Опасная стажировка магички Евы

10

Жорж, сопровождаемый хвойным шлейфом, вошел в кабинет. Окинул взглядом бумаги у моих ног, задержавшись на письме от Карла, которое я тут же схватила и, быстро сложив, сунула в карман.

– Смотрю, вы подружились? – с нотками ревности он кивнул на Чао, который снова устраивался у меня на коленях.

– Да, нашла к нему подход, – призналась я, почесав кота за ухом.

– И какой же?

– Ливерная колбаса.

– Ооо, – бургомистр расплылся в улыбке, – это беспроигрышный вариант.

Я задумчиво смотрела на Жоржа снизу вверх. Нет, ну какой из него убийца? Сегодня он прибыл в особенно хорошем настроении. В глазах плясали искорки задора. Ни малейшего намека на мрачность или скрытую угрозу.

– Ты обедала? Хочешь, сварю кофе?

– Обедала. Но кофе хочу. – Согласно закивала я, понимая, что перерыв мне необходим.

Мы переместились на кухню. Чао увязался за нами хвостиком.

Жорж занялся кофе с тем же усердием, с каким я обычно сортировала бумаги. Он снял с полки турку, насыпал в нее молотые зерна из старой жестяной банки, добавил туда воды и поставил на плиту.

Я уселась за кухонный стол, Чао улегся на подоконник.

– Ты сегодня рано уехал, – как бы невзначай заметила я. – Где был?

Жорж бросил рассеянный взгляд через плечо.

– Да где только не был. Пара личных встреч и кое-какие дела. Ничего интересного.

Увильнул – отметила я про себя, но не сдалась, переходя к следующему каверзному вопросу.

– У тебя такая интересная фамилия. Калновски. Откуда она?

– От мамы с папой, – Жорж обезоруживающе улыбнулся, снял турку с огня и осторожно перелил напиток в чашки.

– А где они сейчас? Они приезжают сюда к тебе?

– Умерли, – тихо ответил Жорж, ставя передо мной кружку.

Настроение в комнате сразу поменялось. К бургомистру вернулась поперечная морщина между бровей, вместе с мрачным выражением лица.

– О! Прости, я не знала.

– Ничего. Этого не твоя вина.

Какое-то время мы молчали.

– Я сегодня спасла козла из пруда, – первой прервала я молчание, стараясь вернуть Жоржу былое жизнелюбие.

– Жорика? – бургомистр понимающе хмыкнул.

– Ага. Тебе тоже приходилось?

– Из пруда еще не нет. Но как-то раз я его стаскивал с крыши мельницы.

– Откуда? – я едва не подавилась напитком. – Как он туда попал?

Жорж пожал плечами, а уголки его губ поднялись в полуулыбке.

– Должно быть, вообразил себя горным козлом. Только представь. Стоит на вершине крыши, задумчиво смотрит вдаль, ветер развивает его бороду… А вокруг мельницы с криками носятся обезумившие Вилли и Милли.

Мы рассмеялись.

– Ты сейчас снова уедешь? – спросила я, когда мои плечи, наконец, закончили сотрясаться.

– Прогоняешь?

– Нет, что ты! – смутилась я, но тут же наткнулась на лукавый взгляд бургомистра. – Просто переживаю, что вместо отчета мне снова придется кого-то спасать. – Свела я все к шутке.

– Я останусь дома. Но не буду тебя отвлекать, поработаю здесь, на кухне. Нужно изучить кое-какие документы.

Мы закончили с кофе, и я вернулась в кабинет, вновь погружаясь в мир цифр и бумаг. Чао недовольно слонялся туда-сюда. Ему определенно не нравилось, что мы расселись в разных комнатах. Но не безобразил и то хорошо!

Ужинать мы отправились все в ту же столовую – «Ложки и Вилы». Как и накануне, все оказалось безупречным: теплая атмосфера, ароматы свежей выпечки и восхитительная еда. Надо бы познакомиться с этой кухаркой Афиной и взять у нее пару простеньких рецептов!

В этот раз заведение оказалось еще более многолюдным. Оно шумело и вибрировало, как улей. Мне показалось удивительным, многие посетители теперь здоровались и со мной, кто-то даже называл по имени и доброжелательно улыбался.

Это было странное, но приятное чувство, будто я уже стала частью чего-то общего. Будто все меня здесь знают, а вот я… Я пока знала едва ли десяток лиц. Но это поправимо…

Только к вечеру, оставшись один на один с собой и со своими мыслями, я вспомнила об Оливере и своей обиде на него.

Это было так странно. Когда я уезжала из столицы, мне казалось, что без него все потеряет смысл. Я была уверена, что буду терзаться, страдать, считать дни. Да даже минуты! А теперь… прошло всего два дня, а его образ словно покрылся дымкой, как те ели, что виднеются из моего окна.

Да, мне все еще было неприятно, что он мне не отвечал. Это задевало. Но не разрывало изнутри, как я ожидала. И все же чувство упрямства, а может, привычка – подтолкнули меня сделать еще одну попытку.

Я взяла лист бумаги, ручку. Несколько секунд сидела, глядя в пустоту, а потом, старательно выводя буквы, начала писать.

«Оли, давно от тебя ни строчки. Как проходит стажировка в Министерстве? Сегодня Карл написал, что ты устраиваешь вечеринку. Скучаю. Ева».

Ответ пришел практически моментально. Я с замиранием сердца схватила его и… нахмурилась.

Это был даже не лист. Это была салфетка. Тонкая, белоснежная, с витиеватыми тиснеными узорами, которые я сразу узнала.

Это была фирменная салфетка из ресторана «Золотая рыбка» – одного из самых пафосных заведений столицы. К слову, любимого места моей матушки.

Там все было покрыто позолотой – от приборов до меню. А официанты подавали еду так, будто приносили ее лично королю.

Интересно, с кем это там сейчас сидит Оливер? В будний день, в столь поздний час.

Наверное, сейчас должны были кольнуть – ревность, тоска, ощущение предательства. Но… вместо всего этого была лишь толика любопытства.

Я развернула салфетку и уставилась на корявый почерк. Оливер не умел писать красиво. Наверное, это был его единственный недостаток.

«Детка, привет! Все нормально. Совсем тут закрутился с делами, тренировками, стажировкой. Да еще эта вечеринка. Но она обещает быть грандиозной! Позвал туда полгорода! Жаль, тебя на ней не будет. Ты бы оценила».

Жаль ему! Скатав салфетку в комок, я швырнула ее в угол комнаты и отправилась спать. Даже отвечать не буду! Во всяком случае, пока… Может быть, утром.