Опасный босс, или Тайно беременна

Глава 8

Кирилл

Дмитрий возвращается через три дня, я узнаю об этом от Андрея и вызываюсь встретить двоюродного брата в аэропорту. Причем прошу Андрея, чтобы он не говорил сыну об этом сюрпризе.

Увидев меня, Дима заметно бледнеет. Испугался?

– Почему ты здесь? – спрашивает с нахмуренным лицом. – Я думал, что меня встретит мама.

– У нее спа-процедуры, она была очень занята, поэтому я предложил свои услуги, – отвечаю как ни в чем не бывало.

– На самом деле я бы сам доехал, не маленький, такси мог взять, просто мама обожает встречать меня, – бурчит недовольно Дмитрий.

– Не сомневаюсь. Дело в том, что нам надо поговорить, – сразу перехожу к делу, видя, как Дима напрягается.

– Хорошо… Только я правда ужасно устал. Мне папа сказал, что тебя беспокоит моя поездка. Допрос устроишь?

– Да, были мысли о том, что от меня что-то скрываешь.

– Кир, это была личная поездка, – начинает злиться он.

– Любовница?

– Можно сказать и так, – кривится Дмитрий.

– Странно мчаться к любовнице на следующий день после того, как узнал, что станешь отцом, – замечаю как бы невзначай, тщательно следя за выражением его глаз. Неужели у него совсем нет совести?

– Я не должен оправдываться перед тобой! Пусть ты старше, спасаешь нашу фирму, плевать! – вскипает брат. – Ты мне не родитель, не наставник и не духовник, – добавляет язвительно.

– Ты прав, – усмехаюсь равнодушно, – отчитываться или оправдываться передо мной ты не должен. Это лишь беседа. Не понимаю, почему тебе так сложно поделиться ответами на простые вопросы.

– Может, потому, что я чертовски устал? – резко заявляет он.

– Так куда едем? Сразу к вам домой? Или где-нибудь перекусим?

Дима нехотя соглашается. Останавливаемся у ресторана. Похоже, Дима действительно голоден, поэтому такой раздраженный. Он заказывает много блюд. Себе беру только чашку кофе.

– Итак, аппетита у тебя нет, только жажда пообщаться, – кивает брат. – Ну давай выкладывай.

– Виктория взяла два дня больничных, уехала к родителям.

– Да, я в курсе. Ты следишь за моей невестой? – удивленно смотрит на меня Дима.

– Нет, не слежу. – Беру паузу, чтобы добавить значительности следующей фразе: – Но, когда последний раз видел ее на работе, заметил синяк на ее лице.

– Что? Бред. Тебе показалось, – мямлит Дима, но при этом бледнеет, взгляд у него бегающий, виноватый.

Чувствую, что ему крайне не нравится разговор, что, в общем, неудивительно. Однако церемониться я с ним не собираюсь.

– У меня отличное зрение, и я знаю, что видел.

– Что ты хочешь от меня услышать, Кир? Может, где-то приложилась случайно, всякое бывает, – пытается он увиливать.

– Да, часто случается, что женщины падают самым неудачным способом. Это называется домашнее насилие, – произношу мрачно, чувствуя, что дохожу до точки кипения.

– Ты решил меня воспитывать? С чего? Ты кто такой? Сидел столько лет в Лондоне, до семьи и дела не было, только бизнес, больше ничего не интересовало. Мы с тобой крайне редко общались, и вот теперь грязными ботинками лезешь в мою семью. С чего вообще? Всё, я потерял аппетит, – психует он и кидает на стол вилку и нож. – Вези меня домой, переоденусь и поеду к Вике. Она сейчас у родителей, решила в гости съездить на несколько дней, соскучилась. Думаю, ей не стоит больше появляться на работе. Я вообще не понимаю, откуда такое пристальное к ней внимание. Может, тебе моя невеста глянулась, Кир? – смотрит он пристально на меня. – Ты ведь у нас главный жеребец, все только на тебя смотреть должны. Но она моя, запомни! Еще и беременна от меня, поэтому, если у тебя вдруг спермотоксикоз случился на мою девушку, советую полечить его где-то в другом месте.

Не знаю, как хватает сил сдержаться и не вмазать этому паразиту за омерзительную тираду. Сжимаю руки в кулаки до хруста. Когда Дима успел стать таким? Наглым, хамоватым, считающим, что он царь и бог для своей женщины. Мне плевать, что он грубит лично мне, но дико бесит, как говорит о Виктории. Он точно ее не стоит.

– Ты этим занимался в Лондоне? Лечился от подобного? – интересуюсь холодно.

– Да отвяжись ты уже, Кирилл, – цедит он сквозь зубы. – Что ты докопался? Виктория – моя невеста, даже если я захочу наказать ее физически, это наше личное дело! Может, ей нравится пожестче, откуда тебе знать?

Выскакиваю из ресторана, хлопнув дверью. Я всё же вмазал по роже паразиту, не удержался, услышав мерзости о Вике, и пусть сам как хочет до дома добирается. Иначе прибью.

Вышвыриваю чемоданы из багажника прямо на асфальт, не обращая внимания на то, что они раскрываются и одежда разлетается во всей парковке. Сажусь в машину, со злостью завожу мотор. Надо поговорить с Викторией, вытащить из нее правду.

Меня охватывает желание отнять ее у брата, который точно недостоин ни любви, ни уважения. Я понятия не имею, как Вика отреагирует, может, пошлет куда подальше. Но у меня почему-то предчувствие, что мои мысли – в правильном направлении.

***

Связаться с Викторией оказалось не так просто. Телефон не отвечал, на работе она больше не появлялась, взяла больничный. Я пытался убедить себя, что всё к лучшему. Не стоит лезть в чужие отношения. И всё же меня не переставала терзать тревога, хотя ругал себя за мысли о чужой женщине.

Почему мне так важно знать, что она в порядке? У нас была всего одна ночь, без обязательств. Правда, с тех пор не получалось выкинуть Викторию из мыслей. Были другие, случайные связи и длительные, я люблю женщин, вокруг их всегда в достатке. Но почему-то только она зацепила по-особенному.

Дима вышел на работу в понедельник. Отдохнувший, свежий как огурчик. Мы много общались, но только по работе. Много переговоров, сделок, сотрудников не хватало. Поэтому начальник отдела, где работала Виктория, пришла к Диме с просьбой. Спросила, как себя чувствует невеста босса, и слезно начала умолять выпустить ее на работу, помочь разгрести завалы. На что Дмитрий поморщился, словно уксуса глотнул, но дал обещание. Я же снова задумался, что происходит?