Ошибки небесной канцелярии

Глава 16 Звезда в тени

Сима, несмотря на усталость, долго не могла заснуть.

Лежала с закрытыми глазами, мысленно прокручивая ленту воспоминаний о заполошном дне.

Смазанные кадры, словно снятые со смещённым фокусом, казались забавным фильмом из эры немого кино, и Сима в роли зрителя, всё ждала, когда главная героиня сделает какую-нибудь забавную глупость и можно будет над ней посмеяться. Но героиня бойко продвигалась к финалу, каким-то неимоверным образом минуя острые углы и готовые захлопнуться ловушки.

Бедняжке отчаянно везло, и Симе оставалось только удивляться.

Последние кадры ролика были совсем другими.

Чёткими и цветными восстанавливала их память, щедро снабжая мелкими деталями и подробностями.

Вот Тисей, когда их взгляды встретились.

Банальное приветствие и требовательно суровый взгляд, словно он ждёт от неё оправданий.

Вот ещё, даже в своём безразличном состоянии, возмутилась Серафима, не в чем ей оправдываться. Она ничего такого, требующего оправданий, не сделала. В отличие от некоторых наглых и самоуверенных. Она на своё выступление не опаздывала и не давила красивую мечту, как козявку какую-то, равнодушным мужским каблуком.

Одна сцена с Доном чего стоит.

А ведь они просто ужинали, а не тёрлись друг о друга, как некоторые.

На передний план выплыла тонкая рука на фоне, обтянутого тёмным, широкого плеча.

Наглая рука, которая демонстрировала права частной собственности.

Если бы Сима не имела сомнительного удовольствия от встречи с кузиной ранее, она может быть эти права и признала бы.

Хотя нет. Вряд ли. И Сима улыбнулась, вспомнив, как Тисей передёрнул плечом, освобождаясь.

Смахнул не глядя, как бык слепня.

А Имома на удивление настойчива.

Совсем у девушки гордости нет.

Ни ума, ни достоинства, ни совести.

И чего, спрашивается, она к Тисею пристала?

Сима всматривалась в красивое лицо кузины и отчётливо видела ненависть, прикрытую сладкой улыбочкой, в маске пай-девочки.

И намёки её на позорные обстоятельства в Симиной новой семье...

Ведь всё говорилось для того, чтобы соперницу опорочить.

А в результате выставила себя в неприглядном свете.

Хорошо Тисей её на место поставил.

И чего, спрашивается, она на него рассердилась?

Он же не знал о романтических бреднях родившихся в её, поглупевшем от влюблённости, сознании.

Ну не видел он её первого выступления — ничего страшного. Увидит второе, или даже третье.

Зато завтра он придёт чтобы встретиться лично с ней, с Симой. Вернее с Симоной, но это ведь одно и то же…

Зато он теперь будет уверен, что Сима не Фемина…

Хорошо это или плохо, Сима додумать не успела.

Заснула.

И приснился ей сон.

Она была бризом. Лёгким ветерком, качающим листья на деревьях, шевелящим шапки кустов. Слабым и безобидным.

На неё не обращали никакого внимания и её это почему-то сердило.

Набрав в грудь побольше воздуха, она растрепала аккуратно уложенные пряди женской причёски и раздула колоколом юбку. Услышав в ответ недовольный возглас, улыбнулась и уже собралась лететь дальше, в поисках новых развлечений, как услышала знакомое имя и задержалась.

- Тисея нужно хотя бы задержать. Если ты не знаешь как это сделать, посоветуйся с оракулом.

Это сказала та, чью причёску она растрепала. Голос был очень недовольный и Сима подумала, что из-за нескольких прядей не стоит так нервничать.

- Ты же знаешь, что к оракулу мне не пробиться.

Тот, который ответил, тоже сердился.

Сима, недолго думая, взлохматила и ему волосы. Всё равно уже злой.

- Если бы ты не хлопал ушами, а сделал так как было велено, проблема бы уже сама собой отпала.

Симе идея с ушами показалась очень забавной, но её порыв уши не шевельнул. Их хозяин его даже не заметил.

- Сколько раз мне надо повторять одно и тоже: я сделал всё, что от меня требовалось.

- Я похожа на наивную дурочку?

Сима заинтересовалась и подлетела ближе.

На наивную дурочку женщина походила мало.

В Симином представлении наивные дурочки находились в пубертатном возрасте, а этой было далеко за тридцать и просто „дура“ ей подходило значительно больше.

Мужчина возможно был того же мнения, потому что промолчал, ответив лишь тяжёлым вздохом.

- Ты понимаешь, что мы по уши в дерьме?

На этот вопрос ответа тоже не последовало, а Сима отлетела чуть дальше. На всякий случай.

- Мне Леронт просто свернёт шею, а тебе выдернет ноги и заставит ползти в Храм за искуплением.

- Но ведь ты же что-нибудь придумаешь, - в голосе мужчины было больше надежды, чем уверенности.

- Я этим и занимаюсь, - женщина раздражённо фыркнула и пошла вдоль аллеи, не оглядываясь на своего собеседника.

Сима поспешила следом, шурша кронами.

За ними потащился мужчина.

- Я с таким вопросом обращаться к оракулу не могу. Это всё равно, что признаться в подтасовке фактов.

- А я могу? Как я буду выглядеть? Что скажу пифии? - Продолжал ныть мужчина, плетясь следом.

- Всё что захочешь. Что в голову придёт. На жалость дави. Женщины сентиментальны и доверчивы...

Сима от удивления притихла. Ей такие женщины не встречались.

- Поведай им о несчастной любви, - продолжала между тем властная дама, - пожалуйся на коварство соперника. Кстати, отличный повод - разбитое сердце жаждет реванша.

- Я же публично опроверг все обвинения! Откуда взяться разбитому сердцу?

- Мало ли что ты опроверг публично. Растерялся, запаниковал… У любви свои понятия о чести.

- Я буду выглядеть идиотом, - пожаловался мужчина.

- Может быть, но зато живым. Или ты считаешь, что твоя жизнь не стоит твоей, уже подмоченной, репутации?

- Умеешь ты находить аргументы, - сдался мужчина.

- Вот и отлично, - голос женщины смягчился, - завтра же отправишься в Храм и подашь заявку на личный визит в публичный оракул.