Отец-одиночка. Инструкция не прилагается

Глава 12

Гоню прочь от этого дома. Едва выезжаю на дорогу, прибавляю скорость. Такое ощущение, что их смрад нас преследует. Гадкое ощущение никак не отпускает. Кошусь в зеркало, Маша прижимает к себе зайца, а второй ручкой прикоснулась к окну и с тоской смотрит назад.

По щекам текут крупные слезинки. Ни одного звука не издает.

Хочу ее успокоить. Не знаю, что сказать. Язык не поворачивается, что-то нормальное про Памелу ляпнуть.

И тут понимаю, что вещи девочки так и не забрал. Не успел из-за Богдана, который выбесил.

У нее только ее рюкзачок за спиной, и этот грязный заяц. Потерянный, одинокий ребенок.

Мне бы к моей матери, посоветоваться насчет ребенка, но я сам лично позавчера отправил ее в Италию. Ей надо отдохнуть, и срывать мать с отдыха совсем глупо. Я должен сам справиться.

Так и едем в молчании. Она беззвучно плачет. А у меня нет слов, чтобы ее успокоить. Она плачет о той, которая не заслуживает ни одной ее слезинки.

Уже когда подъезжаем к дому, мне звонит секретарь. Принимаю вызов и четко, быстро по делу разбираюсь. Через два дня приезжают китайцы, на кону очень серьезный контракт, и надо учесть все нюансы, подготовиться.

Заканчиваю разговор, замечаю, что Маша перестала смотреть в окно, и взор ее теперь устремлен на меня.

- Маш… - и дальше снова ступор.

Спросить все ли хорошо? Так я сам знаю, что нет. Я ее у матери забрал. Как ты? Тоже глупо…

- Мы почти приехали, - выпаливаю первое, что приходит в голову.

- А мама когда приедет? – шепчет.

Столько в этом шепоте надежды.

Никогда. Вот верный ответ. Но так нельзя говорить, а обманывать я не хочу.

- Смотри, вон в том доме ты теперь будешь жить? – въезжаю на территорию и показываю рукой на высотку.

- Высоко?

- Пятнадцатый этаж.

- И облака видно?

- Видно. Там знаешь какой красивый вид, город как на ладони.

- Не знаю. Я так высоко никогда не была. Только в моей комнатке, а она самая высокая в доме.

Она что кроме чердака и этого треклятого дома больше ничего не видела?

- Маш, а в садик ты ходишь? Или в школу уже? – паркуюсь.

Во сколько там дети в школу идут? Вроде в ее возрасте.

- Нет.

Поворачиваюсь к ней.

- Что никогда не ходила?

- Нет.

- А как ты писать научилась?

- У меня была няня. Она меня учила. А потом няни не стало. Мама сказала, что она очень плохая. Она очень ее ругала. Такие слова говорила, - прикладывает ладошку к губкам. – А еще мама сказала, я уже взрослая, могу сама, зачем мне няня.

Значит этот год уже все, а на следующий ее надо готовить к школе. Надо пробить, что да как, какие подготовки есть. Делаю себе пометку в голове.

Выхожу из машины, помогаю выбраться Маше. Беру ее за руку и веду к подъезду. Она озирается по сторонам. Территория тут ухоженная. Но уже глубокая осень и совсем не так красиво, как летом. Но девочка смотрит так, словно вообще жила на необитаемом острове. Столько удивления в больших глазках.

Хочет что-то спросить. Открывает рот. Но тут же его закрывает.

- Что-то не так?

- Там… нет, ничего. Много вопросов задавать плохо.

- Почему?

- Нельзя отвлекать взрослых от важных дел.

И снова мне хочется прибить особь. В голове даже не могу ее называть ни одним из имен. Потому что это не человек, не тварь, не зверь, и имени оно не заслуживает. Только особь.

Заходим в подъезд. Направляемся к лифту.

- Какие красивые цветочки, - Маша аж ротик раскрывает от удивления.

- Хочешь, подойди, посмотри, - говорю ей.

Странно, но я не замечал этих цветов, расставленных в холле. И названий их не знаю. А теперь сам, словно впервые вижу.

Девочка осторожно подходит. Протягивает ручку, но не достает. Высок стоят.

Прихожу ей на помощь, поднимаю на руки. Она дотрагивается то листочков.

- Они настоящие? – спрашивает заворожено.

- Да.

- Волшебство, - шепчет.

Замечаю, что она всегда старается говорить очень тихо. Словно боится даже чуть-чуть голос повысить.

Подношу ее ко всем цветам. Она не может оторваться от них, а я с каким-то непонятным, трепетным чувством наблюдаю за ней. Так классно видеть, что она не плачет, чем-то заинтересована.

- А знаешь, есть такой сад, где много-много красивых цветов. Самые разнообразные, привезены из всех уголков земного шара, - говорю сам от себя того не ожидая.

- Не может быть! – тихо ахает.

- Да. И мы с тобой на днях туда сходим.

В ботанический сад, в котором я сам никогда не был. Но чтобы увидеть еще раз ее удивленно-радостное лицо я пойду дута и не только.

- Не сходим, - свет в ее глазках мгновенно гаснет. Она опускает головку и вздыхает, словно на ее плечиках непосильная ноша.

- Почему нет?

- Обещания всегда остаются только обещаниями, - закрывает глазки и по щекам бегут новые дорожки слез.