Отпуск в Тенебрисе, или как приручить генерала!

Глава 7. Лазурный триумф и новый бармен

Фестиваль «День Единорога» превратил Тенебрис в сияющий вихрь магии, сладостей и веселья. Улицы утопали в радужной пыльце, единороги вышагивали, оставляя шлейфы звёздной пыли, а воздух был пропитан ароматом карамели, мяты и моря. «Драконий Зев» стал сердцем этого праздничного безумия. Таверна ломилась от гостей, и я впервые почувствовала, что мы не просто выживаем, а задаём тон всему Лазурному Заливу.

Столы были завалены подносами с «Арктической мечтой» — ледяным чизкейком, который таял под струёй огненного сиропа, превращаясь в кремовый взрыв вкуса. Коктейли «Хамелеоны» переливались, отражая настроение: золотой у хохочущих гоблинов, мягкий голубой у мечтательных русалок. Тролли, суровые, как их каменные топоры, утирали слёзы, доедая чизкейк, и бормотали о «вкусе, как у лавы с бабушкиной кузни». Русалки делали селфи с коктейлями, их жемчужные венки сверкали в свете паука-люстры, а эльфы, придирающиеся к каждой крошке, заказывали добавку, называя десерт «достойным их лесов». Даже единорог с пляжа — тот, с коктейлем и очками, — заглянул, одобрительно фыркнул и заказал три порции «Арктической мечты» для своего «клуба ценителей магии».

Таверна гудела, как котёл перед взрывом. Коврики-роботы, после доработки, сновали по столам, доставляя заказы с грацией фей. Фелиция, восседая на стойке, принимала комплименты за «атмосферу», а Фенрир, развалившийся в гамаке, сверкал с кухни всеми четырьмя глазами, словно главный критик. Марта носилась между кухней и залом, раздавая булочки и подмигивая гостям, а Тик, напевая все ту же гоблинскую песенку про «грибы и свободу», ловко собирал миски и помогал с коктейлями.

К середине второго вечера стало ясно: мы не справляемся. Гости толпились у бара, требуя коктейли, а я, разрываясь между кухней и залом, чуть не заморозила котёл, пытаясь ускорить варку супа. Браслет пульсировал, напоминая о карте Тика и кольце русалок. Марта, заметив мой взгляд, полный отчаяния, хлопнула в ладоши.

— Настя, пора расширяться! — заявила она, уворачиваясь от летящей ложки, увлечённой магией. — Нам нужен бармен. Срочно!

— Где найдём бармена посреди фестиваля? — выдохнула я, прижимая крышку котла, который пытался спеть. — Все нормальные работают, а ненормальные… это мы.

Марта хитро улыбнулась и указала на дверь.

— Вон тот парень на улице. Он наблюдает за таверной с начала вечера.

Я выглянула. У фонтана, где статуя дракона пускала мыльные пузыри, сидел худощавый парнишка с растрёпанной шевелюрой цвета морской волны и глазами, блестящими, как у кота перед прыжком. На потёртом жилете сверкали значки — звёзды, ракушки, — а в руках он вертел кубик, который то светился, то гас, испуская слабые искры, будто артефакт. Браслет дрогнул, как при Альтэре, когда кубик мигнул зелёным.

— Идёт, — сказала я, закатывая рукава. — Но если он споёт, как чайник, я не виновата.

Я вышла, браслет слабо светился, словно подбадривая. Парень поднял голову и ухмыльнулся, сверкнув золотым зубом — то ли украшение, то ли след драки.

— Эй, — начала я. — Ты местный или иномирянин, как я?

— Зови меня Рен, — сказал он, подбросив кубик. Искры от кубика сложились в руну, тут же погаснув. — Полуэльф, полубродяга. Родился в Тенебрисе, повидал миры. А ты та, что заставила суп бегать?

Я закатила глаза, но улыбнулась.

— Слухи быстрее единорогов. Рен, у нас аншлаг. Нужен бармен. Умеешь смешивать коктейли? Или хотя бы не ронять бокалы?

Рен встал, оказавшись выше, чем я думала, и щёлкнул пальцами. Кубик стал вихрем, подхватил пыльцу и сложил её в миниатюрный коктейль с зонтиком из света.

— Умею, — сказал он, подмигнув. — Могу зачаровать бар, чтобы гости пели. Или дрались, если переборщить с элем.

— Без драк, — твёрдо сказала я. — Пение — да. Пошли, проверим.

Рен влился в «Драконий Зев», словно всегда тут работал. За стойкой он творил магию: коктейли танцевали в бокалах, складываясь в силуэты единорогов или волн. Гости ахали, когда он поджигал эль, а пепел становился звёздочками с мятным привкусом. Фелиция одобрительно фыркнула, получив коктейль с сырным ароматом.

— Где ты научился? — спросила я, пока Рен жонглировал бутылками, не пролив ни капли, а кубик в его кармане слабо светился.

— В портовых тавернах, — ответил он. — Там либо научишься, либо станешь закуской для кракена. Мой наставник, пират-фей, говорил, что коктейль — это дипломатия.

Я хмыкнула, мысленно записав: «Рен — находка. Не отпускать». Но искры кубика напоминали руны с карты Тика — случайность?

Рен продолжил жонглировать бутылками, а кубик в его кармане мигнул зелёным.

—Где взял эту штуку? — спросила я, чувствуя пульс браслета.

Он ухмыльнулся, подбросив кубик.

— Сувенир от старого друга. Не любит вопросы.

Искры сложились в руну и погасли, а Рен сменил тему, наливая коктейль.

***

Для успеха таверны я внедрила «Книгу жалоб 2.0», зачарованную рунами из библиотеки Марты. Претензии гостей становились смешными монстрами: «Суп холодный» от тролля родил слизняка в шапке, греющего ладони; «слишком зелёный коктейль» русалки — лягушонка с серенадами; «стул скрипит» эльфа — деревянного человечка, чинящего мебель. Гости нарочно писали жалобы ради шоу. Я гордо подумала: «Патент на книгу — в процессе».