Отпуск в Тенебрисе, или как приручить генерала!

Глава 12: Пир герцога и ловушка Морталисов

— Настя, лови! — заорал Барни, швыряя миску с тестом, которое выло арию про «свободу муки» и рвалось к морю. Я нырнула в сторону, но миска врезалась в котёл, и тот, возомнив себя гейзером, выплюнул сноп искр прямо в Фелицию. Воровка сыра взвизгнула, уронила украденный чеддер и метнулась под стойку, оставив шлейф крошек. Таверна «Драконий Зев» бурлила хаосом: ложки Барни танцевали, Тик гонялся за Фелицией с метлой, вопя: «Это для пиццы, а не для твоих усов!» Мой браслет пульсировал, амулет звезды грел шею, а кольцо русалок в кармане щекотало, будто Лира хихикала из волн. Зеркало Правды, спрятанное в рукаве, жгло, напоминая о тенях: Рен с гербом Морталисов, Тик с лживой картой, Альтэр с болью в глазах. Пир герцога Невариуса Морталиса? Это точно не про дегустацию пиццы.

— Барни, заткни тесто! — рявкнула я, ловя миску, пока она не ускакала к гиппогрифам. — Мы готовим для герцога, а не для оперного фестиваля!

Барни, с мукой в бороде, как снежный тролль, просиял:

— Опера? Гениально! Чизкейк с арией растопит сердце Невариуса!

Фенрир, сидя на стойке, фыркнул, его четыре глаза сверкнули, будто кот уже видел, как этот чизкейк удирает к морю. Рен, полируя бокалы, жонглировал кубиком, который мигнул зелёным, как заговорщик. Его ухмылка была острой, как коралл, а глаза следили за мной.

— Чизкейк с арией? — хмыкнул он, подбрасывая кубик выше. — Я бы смешал коктейль «Змеиный шторм» для герцога. С перцем-дракона. Отвлечёт от… твоего браслета.

Фенрир зашипел, когти царапнули стойку, и браслет сжался, чуя магию кубика. Рен поймал мой взгляд, подмигнул и спрятал кубик быстрее, чем Фелиция сыр. Что ты скрываешь, полуэльф?

Дверь таверны с треском распахнулась, и в зал влетел чиновник в мантии, усыпанной рунами, с гербом Морталисов — змея, обвивающая кинжал — на лацкане. Его лицо, бледное и длинное, как у скучающего гиппогрифа, было покрыто потом, а в руках он сжимал свиток, пахнущий серой и магией. Фенрир вскочил, шерсть дыбом, когти сверкнули, а амулет звезды нагрелся, будто защищая. Чиновник, споткнувшись о метлу Тика, взмахнул руками, и свиток чуть не улетел в котёл, который всё ещё плевался искрами.

— И-иномирянка Настя! — выдавил он, поправляя мантию и оглядываясь, будто ждал, что ложки Барни набросятся. — Я, магистр Клавдий Веспер, советник герцога Невариуса Морталиса, принёс весть!

Тик, выглядывая из-за стойки, шепнул:

— Веспер? Это тот, что заказывал пиццу без сыра! Сноб!

Я сжала Зеркало Правды в рукаве, стараясь не хихикнуть. Юмор — мой щит.

— Весть? — переспросила я, скрестив руки. — Пицца «Морской шторм» для герцога? Или чизкейк, который поёт оперу?

Клавдий поперхнулся, его глаза расширились, а свиток задрожал. Рен расхохотался, кубик вспыхнул зелёным, будто аплодируя, но Фенрир зарычал, и браслет нагрелся.

— Н-нет! — Клавдий выпрямился, голос дрожал. — Герцог приглашает «Драконий Зев» готовить главное блюдо на пир в честь его правления! Честь, что прежде доставалась «Золотому Фениксу», лучшему ресторану Тенебриса! Отказ… — он сглотнул, — разорит таверну и навлечёт гнев герцога.

Марта, выходя из кухни, ткнула посохом в пол, её фартук с рунами пылал.

— «Золотой Феникс»? — переспросила она, голос острый, как её руны. — И почему теперь мы?

Клавдий затеребил мантию, пот стекал по его лбу.

— «Феникс»… утратил милость, — пробормотал он. — Их трюфельный мусс… не впечатлил герцога. Ваш… — он глянул на мой браслет, — магический подход… заинтересовал.

Рен хмыкнул, подбрасывая кубик.

— Магический? — сказал он, ухмыляясь. — Настя, это про твой чизкейк, что сбежал к морю?

Клавдий вздрогнул, а Барни зааплодировал:

— Сбежал? Он пел! Гениально!

Я сжала кольцо русалок, чувствуя его тепло. Браслет шепнул: «Ловушка».

— Подвох, — буркнула я. — Невариус не за чизкейком гонится. Ему нужен мой браслет. Или я — как десерт.

Марта кивнула, её глаза сузились.

— Мы согласны, — сказала она, посох мигнул. — Но герцог получит только то, что мы подадим. Уходи, Клавдий.

Кlavдий, споткнувшись о метлу, метнулся к двери, оставив шлейф серы и паники. Тик шепнул:

— Он чуял, как Лориан у маяка! Шпионский запах!

Марта схватила меня за локоть и потащила на кухню, где котлы шипели, а банки с ягодами, светящимися, как медузы, дрожали от магии. Фенрир крался следом, его четыре глаза следили за дверью, будто Клавдий мог вернуться. Марта захлопнула дверь, её посох ткнулся в пол, испуская искры, а фартук с рунами засиял, как маяк.

— Настя, — начала она, голос низкий, как прибой перед штормом. — Это не просто пир. Невариус охотится за артефактами Стражей. Твой браслет, кольцо русалок — всё под ударом. «Золотой Феникс» пал, потому что Фламель не подчинился. Мы не можем отказаться, но можем сыграть.

Я сжала Зеркало Правды в рукаве, чувствуя его холод. Браслет пульсировал, кольцо шептало: «Море видит».

— Сыграть? — переспросила я, хмыкнув. — Подать чизкейк с сюрпризом? Или пиццу, которая укусит герцога?

Марта фыркнула, но её глаза были серьёзными.

— Невариус не дурак, — сказала она. — Он выбрал нас, потому что чует твою магию. Клавдий смотрел на браслет, как Фелиция на сыр. Но пир — наш шанс. Зеркало Правды покажет его планы. Или… — она замялась, — предателя.