Отверженная жена. Мачеха для детей генерала

Глава 38

Попаданка смотрела на дверь, представляя сына, с теплыми слезами. С гордостью, что Элиза и Георг, несмотря на свои сложные, далекие до идеала отношения, все-таки вырастили хорошего сына.

– Обещаю, малыш, Кай, я выясню правду. Правду, была ли измена или нет. Обещаю, Кай, что я буду честна с тобой и с твоим отцом. Но для начала мне нужно выбраться из дома незамеченной. Я буду ждать тебя после ужина. Не торопись, главное усыпить бдительность Георга. И… спасибо тебе, сынок. За то, что не бросил меня умирать в снегах. А искал меня. Я думала, что вы с отцом вместе приняли решение выгнать меня ночью из дома на мороз. И если бы мне не помог один добрый человек, Стефан Грейн, хотя он и враг твоего отца, у меня не осталось бы шансов на спасение. Мне было больно думать об этом. Я рада, что в твоем случае это неправда.

– Подожди… Выяснишь правду? – прошептал Кай. – Мама, да ты помутилась рассудком от ужаса! Как ты можешь не знать, изменяла отцу или нет?!

Ему стало по-настоящему страшно. Он решил, что вспыльчивое решение Георга и правда непоправимо навредило Элизе. Но тогда ее нельзя никуда отпускать без присмотра! Кай растерянно застыл, не зная, что же ему теперь делать.

Элиза стиснула зубы, не сразу найдя, как объяснить свои слова.

– Я имела в виду, когда я найду доказательства своей невиновности! В первую очередь для тебя, Кай. Георг слишком сильно ранил меня. Не собираюсь унижаться перед ним, – она тяжело дышала, ее едва не поймал на горячем собственный сын. – Я в порядке, Кай. Не переживай за меня. Для меня главное, чтобы ты был счастлив. Я все сделаю для этого.

Кай прикрыл глаза. Он не знал, кем себя теперь считать: родным сыном Георга или нет. Знал одно. Тот растил его, как родного. И Кай был очень сильно к нему привязан. Сейчас складывалось ощущение, будто под ногами расходится пропасть и непонятно, как каком ее краю нужно остаться.

– Мне больно слышать, что ты не готова простить отца, – прошептал Кай. – Хотя я уверен, что через время он сумел бы простить тебе даже измену. Я не знаю пока, кому из вас верю, и не заставляй меня выбирать, пожалуйста. Это слишком жестокий выбор, потому что вы оба мне дороги. И я все еще надеюсь, что спустя время вы остынете, что мы снова станем одной семьей. До вечера, мама. Жди, я обязательно приду.

***

Стефан понимал, что до темноты нельзя даже пытаться пробраться в замок Георга. Наверняка он начеку, а значит, и выставленная им стража. Поймает на горячем – второго шанса спасти Элизу может уже и не представиться.

Стефан зло сжал кулаки. Чувствовал себя виноватым перед ней! Если бы он не повел себя, как бесчувственный чурбан, если бы поверил ей, этого не случилось бы! А теперь все, что ему оставалось, – это ждать наступления темноты под сенью леса у замка. А еще… надеяться, что ему удастся взлететь.

Стефан закрыл глаза, чуть разведя руки. Лопатки чуть шевельнулись, будто рубашка была тесной. И через минуту за его спиной возникли крылья огненно-красного цвета. Вот только на одном из них нежные перепонки, покрытые тончайшей чешуей, были изодраны буквально в клочья по краю.

Стефан попытался шевельнуть крыльями, раскрыть их. Ведь если не выйдет, придется посылать за Элизой кого-то другого, а он этого не хотел. Сердцем чувствовал, что никто, кроме него, не будет так же сильно сражаться за нее. Да и испугалась бы она незнакомца. Вот только крыло не слушалось, а за спиной внезапно раздался шорох снега под сапогом.

– Кто здесь?

Поворот, выхватить меч – Стефан среагировал за долю секунды. Не подумал даже, что сам околачивается возле чужого дома.