Отыскать дракона и не влюбиться

Глава 3

Табита

За спиной верзилы показались еще трое. Волосы медового оттенка и вздернутый нос упомянутого Михо я узнала сразу же — именно этот плутливый ловелас когда-то обманом привел меня в Гильдию. К слову, спасибо за это я говорить ему не собиралась.

— Я надеялся, что ты уже поумнела, — обратился ко мне Михо, поочередно заламывая каждый палец правой руки до характерного хруста так, чтобы я успела оценить размеры его новых стальных колец. — Надеялся, что ты кинешь ее к нам, а сама растворишься на шумных улицах. Красотуля моя, думать нужно о себе. — Фраза вышла почти по-отечески теплая, однако я все равно брезгливо поморщилась, хорошо помня, что скрывается за маской доброжелательности. Это он когда-то предложил мне первую сомнительную работенку, а потом втянул во вторую. Я слушала его сладкие речи, доверяла всему, что говорил этот плут. Очнулась только, когда погрязла по самые уши. Тогда-то меня и выцепил Едил. Он как раз собирал новую банду и занимался куда более чистыми заданиями — с моральной точки зрения — и куда более сложными — с технической. Едил оценил мой редкий дар и предложил десять заказов, выполнив которые я бы получила свободу от Гильдии. Это была адекватная плата за то, чтобы начать все с чистого листа.

— Выходит, не оправдала твои ожидания! — хохотнул кто-то из четверки. Банда медленно выплывала из засады, пока я заводила Лану себе за спину и спешно придумывала новый план. Лестница на крышу слева. Выход на улицу справа. Еще была дверь, через которую мы пришли, но ее снаружи было не открыть. Четыре бугая пытались потеснить нас к выложенной камнем стене.

— Ну заплатила бы эта мышка свои долги, — прошелся оценивающим взглядом по Лане Михо, — зато ты бы выполнила заказ. А теперь мало того, что потрепаем хорошенько обеих, так еще и Печать придется вернуть владельцу. Едил будет недоволен.

— Какое мне дело до вашей Печати, — огрызнулась я. — У меня ее нет. Монету стащил кто-то другой. Мы просто оказались не в том месте не в то время.

— Нехорошо врать, — растекся в притворной улыбке Усач, выслеживавший нас от самой стекольной лавки. — Мы же сейчас вас обыщем и найдем пропажу. — Лана за моей спиной жалобно всхлипнула и, судя по всему, приготовилась падать в обморок. — Что ты тогда скажешь? За вранье же еще пара ударов розгами полагается.

— Отдавай по-хорошему, — играл добренького Михо, даже ладонь протянул. Вот только я знала, что если отдам — точно попрощаюсь с жизнью. Мало того, что эта четверка все равно уже настроилась приложить нас к стене, так и Едил подобных подстав не прощал. Его задания частенько отличались повышенной деликатностью — и нынешнее не было исключением.

— У меня ничего нет, — твердо повторила я. Разум спешно проигрывал вероятности успешного боя или отступления. С одним из четверки я бы справилась. Вывернуться и убежать от громил тоже бы смогла. А вот вытащить из переулка Лану — было почти нереально. Но разве я когда-нибудь бегала от проблем? Нет. Это они обычно бегали за мной.

— Что-то я устал ждать, — угрожающе навис надо мной Михо, так что я почувствовала кислый запах чужого пота.

Я знала, куда бить. Точечный удар под коленку — и Михо уже ниже меня ростом. Старая травма снова заставит плута хромать несколько недель.

— Ах ты!.. — кинулся ко мне Усач.

Дослушивать оскорбления я не стала. Согнулась так, чтобы протянутой к моим волосам лапище ничего не досталась, и одарила нападавшего ровно таким же точечным ударом в печень. Била наугад, но, кажется, не прогадала — Усач, предпочитавший проводить вечера в самом непристойном баре на окраине, согнулся пополам. Дальше стоило менять тактику, так как один из громил уже схватил Лану.

— Застынь, как дождевая лужа в заморозки застывает, — невпопад пропищала та.

Я достала из кармана маленький шарик с заключенной в ней семенной жидкостью мантикоры. Дорогая штука. И мерзкая. Держала ее на самый крайний случай. У шеи Ланы блеснул нож. Я больше не сомневалась — лопнула шарик и направила вонючую струю ровнехонько в морду четвертого громилы. А то что это он стоял там один не задействованный? Аромат разнесся знатный, преотвратный. А самая прелесть этой особой жидкости была в том, что ее практически невозможно смыть с волос.

— Фу, что это? — начал отбрыкиваться громила. Да и Усач, который было уже пришел в себя, снова согнулся пополам, прикрывая рот и нос рукой.

— Семенная жидкость мантикоры, — с нескрываемым удовольствием просветила я.

— Дрянь! — прорычал сзади подкрадывающийся Михо и тем самым выдал себя. Я резко отпрыгнула. Оказалась прямо возле Ланы и того, кто жестко ее прижимал. Громила будто бы застыл и едва дышал. Удар в локтевой сустав — и ножик выпадает из руки. Подсечка — и захватчик, не устояв, валится к нашим ногам.

—Ты заморозила? — удивилась я его замедленной реакции.

— Заговорила его кровь. Я испугалась!.. — от чего-то попыталась оправдаться Лана.

— Знаешь, Михо, — все еще зажимая нос, прогундосил Усач, — легче всего обыскивать трупы. — На его пальцах заискрилась черная магия. Я крепко сжала руку освобожденной первокурсницы, готовясь принять удар на себя, а затем рвать когти из переулка. Нужен был лишь эффект неожиданности. Вот только в голову ничего не приходило. Совсем ничего.

— Стой, нет! — попытался остановить друга Михо, но было поздно. Смертоносная магия уже получила свободу и неслась прямо на нас, но добраться не успела. Мерцающий вихрь пронесся между нами и нападающими, играюче опрокидывая последних к противоположной стене. Больше всего досталось Михо, впечатаавшемуся головой в миску с кошачьим кормом.