Папа-одиночка из списка Форбс

Глава 9

Женя

Когда к моему дому подъехал сияющий чёрный автомобиль, внутренности свело от волнения. В простом хлопковом платье и со скромной сумкой в руках я чувствовала себя не совсем уместной. Водитель открыл передо мной дверь, и я, сделав глубокий вдох, села в машину.

Плавный старт, шум города остался позади. За окном мелькали пёстрые витрины, а в голове крутился клубок мыслей. «Я еду ради заработка и Макара, — убеждала я себя. — Так что не стоит волноваться».

Но это была лишь часть правды. На деле меня тревожил предстоящий разговор с его отцом. Денис Сергеевич. Его образ, как кадры из фильма, вновь и вновь всплывал в памяти: властный, сдержанный, холодный. С ним мне будет непросто.

Машина плавно свернула на подъездную аллею, и я заворожённо смотрела на его дом, к которому мы подъехали. Хотя это скорее особняк. Трёхэтажное строение с огромными окнами, обрамлённое цветущим садом. Белоснежные ступени, ведущие ко входу, казались лестницей в иной мир.

На крыльце стоял Денис. В тени раскидистого дерева он выглядел, как герой фильма: тёмные брюки, рубашка с закатанными рукавами, ослабленный галстук. Его взгляд, направленный на меня, пристальный, изучающий.

— Евгения, — сказал он, как только я вышла из машины. Его голос звучал ровно, но мне слышалось в нём скрытое напряжение.

— Здравствуйте, — ответила я, стараясь звучать спокойно, но мои ноги чуть дрожали.

Он жестом указал на дверь, больше не произнося ни слова.

Внутри дома было прохладно. Просторный холл с мраморным полом, огромные окна, из которых виднелся цветущий сад. На столике рядом с лестницей стояла изящная ваза с белыми лилиями. Я отметила этот штрих невольно и подумала, что он выглядел слишком мягко для человека вроде Дениса.

— Я хочу поговорить, — он жестом указал на дверь слева.

Это не была просьба.

Мы зашли в кабинет. Тёмное дерево, кожаный диван у стены, а за массивным столом, как на своём троне, он.

— Присаживайтесь, — предложил он, указывая на кресло напротив.

Я села, сложив руки на коленях, и старалась не выдать своего волнения.

— Я рад, что вы приняли моё предложение, — начал он. — Но вы должны в полной мере осознавать свою ответственность. И что на ваших плечах лежит воспитание пятилетнего ребёнка.

— Я это понимаю, — ответила я.

— Надеюсь, — его голос стал чуть жёстче. — Работа с Макаром — это не просто обязанности. Вы станете частью его жизни. А это значит, что у вас нет права на ошибку.

— Я понимаю, — повторила я, но мой голос дрогнул.

— Уверены? — его глаза сверлили меня, и я чувствовала, как внутри всё сжалось. — Макару нужна искренность. Помните, что он сам выбрал вас.

Эти слова заставили меня замереть.

— Я… я сделаю всё, чтобы оправдать его доверие, — ответила я тихо, опустив взгляд.

Денис долго смотрел на меня, будто взвешивая каждое моё слово. Наконец он кивнул, словно принимая решение, которое и так давно было принято.

— Хорошо. Он наверху.

Когда я поднималась по лестнице, моё сердце билось с удвоенной силой . Мне казалось, что я иду на экзамен, от которого зависит моя жизнь.

Макар сидел на полу в своей комнате. Едва он поднял голову и увидел меня, его лицо озарилось улыбкой.

— Тётя Женя! — закричал он и, бросив игрушку, подбежал ко мне.

Он обнял меня так крепко, что я не сразу могла сдержать эмоции.

— Я знал, что ты придёшь, — сказал он, заглядывая мне в глаза. — Ты теперь всегда будешь с нами, да?

— Продолжительное время — это точно, — шепнула я, чувствуя, как внутри всё переворачивалось.

— Я тебе всё покажу! — он взял меня за руку и потянул вглубь комнаты.

Он показывал свои игрушки, рисунки, рассказывал о каждом так, будто мы были старыми друзьями. Его искренность, его радость — всё это заставляло меня забыть о сомнениях.

Когда я спустилась вниз, Денис ждал меня в гостиной. Он стоял у окна, в руках стакан с чем-то янтарным.

— Как он? — спросил он, не оборачиваясь.

— Прекрасный, — ответила я.

Денис повернулся ко мне. В его глазах мелькнуло что-то, что я не могла понять. Может, благодарность. Может быть, даже толика тепла.

— Это хорошо, — сказал он тихо, делая глоток.

На мгновение в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь щебетанием птиц за окном.

— Вам будет здесь непросто, — добавил он, подходя ближе.

— Я справлюсь, — ответила я, глядя прямо в его глаза.

— Уйти так просто не получится, имейте в виду. Моего сына и так слишком часто бросали