Папа-одиночка из списка Форбс

Глава 11

Женя

На кухне стояла утренняя тишина, наполненная лишь звуками закипающего чайника. Я стояла у массивного стола, перебирая в руках рецепты, которые вчера вечером оставила домработница. Всё было идеально — бумага без единой складки, каллиграфический почерк, точные указания. Так же идеально, как и всё в этом доме, думала я. Но от этого спокойствия становилось только тревожнее.

— А где конфеты? — раздался голос Макара.

Я обернулась. Он стоял в дверях в своей футболке с динозавром и носках разного цвета. Его волосы были растрёпаны, щеки ещё розовые от сна.

— Доброе утро, Макар, — сказала я, стараясь звучать бодро. — Конфеты будут после завтрака.

— Но я хочу их сейчас, — заявил он, скрестив руки на груди.

Его тон звучал твёрдо, как будто спорить было бесполезно. Я наклонилась, чтобы оказаться с ним на одном уровне.

— Слушай, давай договоримся, — начала я, стараясь улыбаться. — Если ты съешь кашу, я дам тебе одну конфету.

Макар смотрел на меня с подозрением. Он явно привык к другим методам. Его взгляд говорил: Тебя легко переиграть.

— А если я съем только половину каши? — спросил он, и его лицо расплылось в хитрой улыбке.

Я чуть не засмеялась, но вовремя остановилась.

— Нет, так не пойдёт, — твёрдо ответила я. — Целая каша — целая конфета.

Он вздохнул, но кивком согласился.

— Ладно. Только чтобы с вареньем, — сказал он, направляясь к стулу.

К тому моменту, как Макар доел завтрак, я чувствовала себя героиней, которая только что выиграла крупное сражение. Он вытер рот салфеткой и одобрительно кивнул.

— Ты тоже умеешь готовить, — произнёс он, как будто это было редкое умение.

— Конечно, умею, — улыбнулась я. — А кто тебя раньше кормил?

— Обычно это делала няня, — сказал он, пожав плечами. — Или папа, когда у него было время.

— А как папа готовит? — поинтересовалась я.

Макар широко улыбнулся.

— Овсянку и яичницу! Он говорит, что это "мужская классика".

— Мужская классика? — я не смогла удержаться от смеха. — Ну, тогда я добавлю сюда немного женского подхода.

Макар засмеялся, и его смех прозвучал так искренне, что я невольно почувствовала тепло.

Но это тепло пропало, когда на кухне появился Денис.

Его шаги были тяжёлыми, будто он шёл не на кухню, а в конференц-зал, где его ждала важная встреча. Он остановился у двери, осмотрел комнату, затем задержал взгляд на столе.

— Всё в порядке? — спросил он, глядя то на меня, то на Макара.

— Всё отлично, — ответил Макар, показывая на тарелку. — Женя приготовила кашу.

— Женя молодец, — коротко сказал Денис, кивая мне.

Его голос был холодным и отчуждённым. Это была профессиональная отстранённость, которой он, видимо, привык защищаться.

— Как утро? — спросила я, стараясь добавить лёгкости в разговор.

Он посмотрел на меня так, будто это был странный вопрос.

— Обычное, — ответил он.

Я отвела взгляд, чувствуя, что снова наткнулась на стену.

Денис подошёл к столу и взял с него чашку, стоящую рядом с кофемашиной. Его движения были точны, как будто каждое действие просчитывалось заранее.

— Макар, ты сделал уроки? — спросил он, даже не оборачиваясь.

— Но сейчас же лето, пап, — возразил мальчик.

— Я имею в виду задания, которые я дал тебе вчера, — уточнил Денис.

— А-а, — протянул Макар.

Он посмотрел на меня, словно искал поддержки, но я только пожала плечами.

— Макар, — Денис произнёс его имя твёрдо, но не громко.

Мальчик вздохнул и слез со стула.

— Ладно, пойду делать, — пробурчал он, направляясь к двери.

Когда мы остались вдвоём, я почувствовала, что напряжение в комнате только увеличилось.

— Ему всего пять, — напомнила я.

— Ему уже пять, — сухо ответил Денис.

— И ему иногда нужно просто побыть ребёнком.

Он обернулся ко мне, его взгляд был холодным, но не злым.

— Вы здесь первый день, — сказал он. — Я знаю, что делаю.

Его голос резанул, но я не хотела уступать.

— Я здесь не для того, чтобы учить вас быть отцом, — сказала я, стараясь держать голос ровным. — Но я могу помочь Макару чувствовать себя счастливее.

Он на мгновение замолчал, будто взвешивая мои слова.

— Посмотрим, — произнёс он наконец и ушёл.

Я осталась стоять в пустой кухне, чувствуя одновременно и лёгкое раздражение, и странное удовлетворение. В первый день я успела не только познакомиться с Макаром, но и столкнуться с тем, как сложно достучаться до его отца.

Но ведь это было только начало.