Песнь Металла: Противостояние

Глава первая. Жизнь третья - 3

Наука и техника лубасири и других разумных видов действительно обогнала земную, но вот развития Сен не наблюдал. В большей части галактики царил почти феодализм, только с космическими технологиями и ленными владениями в континент или целую планету. Да, его фактически обязывали пребывать в роли крепостного на пять десятков лет, но Ар склонен был воспринимать это скорей как дар, чем наказание. Его бы напрягло, если бы его оживили, дали долгую молодость и ещё более долгую жизнь и ничего бы за это не попросили. А так, дебет с кредитом сошелся и это было неплохо.

— Ты в порядке? У тебя лицо какое-то...

— Нормально, — успокоил неожиданную спутницу Сен, — Небольшой шок от случившегося.

— Да, уж... Все кого я осмотрела уже не нуждались в медицинской помощи... Они либо были мертвы, либо постепенно приходили в себя.

Ару хотелось сказать ей, что они не «уже», а ещё не нуждаются в помощи, но он решил придержать эту информацию. Те кто мертвы снова пойдут в переработку, из них будут созданы новые тела, в которые снова будут записаны психоматрицы. Но...

В принципе, ничего не изменилось. Он не знал кто поселился внутри девушки, а потому не стоит с ней откровенничать.

— Ты медицинский работник? — спросил Сен.

— Да, врач. Хирург.

Ар кивнул и подобрал ещё один комплект серой пижамы, пока неожиданная компаньонка осматривала очередное тело.

— Надень...

Автоматически принявшая одежду девушка, с недоумением посмотрела на него.

— Зачем?

— Тебе не холодно? — вопросом на вопрос ответил Ар и, показывая пример, начал утепляться сам.

— Ну... Прохладно, конечно... Но вне этого помещения тепло? — неуверенно предположила она.

— Откуда ты знаешь? — чуть более едко, чем это требовалось ухмыльнулся Сен.

— Ты прав... Наверное...

Надев на себя по два дополнительных комплекта пижам, продолжили обход. Девушка двинулась дальше. Ар поплёлся следом, наблюдая за тем как плавно покачиваются бёдра девушки. Она шла в первую очередь к тем, кто не подавал признаков жизни, но пульс не прощупывался. Дело обстояло также и с третьим, четвёртым, пятым, сороковым...

— Ты сам кем был в той жизни?

А она быстро пришла к напрашивающимся самим собой выводам то, что они больше не на Земле.

Он был вертолётчиком, налетавшим три тысячи двести часов, половина из которых пришлась на Афганистан, а другая на пять военных округов Союза.

Отец Строганова, Иван, был русским, мать, Мария, — из поволжских немцев. После окончания школы поступил в высшее летное училище гражданской авиации, но не закончил его из-за проблем с низкой успеваемостью. Тогда Арсений пошел на срочную службу, но военным летчиком он всё равно стал. От судьбы как говориться не уйдёшь, он сдал все экзамены на выездной летной комиссии. После срочной службы приехал домой уже в голубых погонах. Закончил училище. Летал. Там на Земле осталась бывшая жена и могилы родителей.

В тысяча девятьсот восемьдесят четвертом году Строганова отправили в командировку в Афганистан. В той жизни Арсений был опытным летчиком. Мог ли он избежать исполнения интернационального долга? Нет, не мог, да и не хотел. Он был опытным кадровым офицером, имевшим гигантский опыта пилотирования, кому отправляться на войну если не ему? Ясно, что он не был в восторге от того, что его отправили в самое горячее пекло этого ада.

Воевать пришлось вблизи пакистанской границы. Громил караваны, доставлявшие оружие для врага. Наверное, Строганов участвовал если не во всех операциях, то в большинстве — Пандшер, Ташкудук, Мазари-Шариф, Газни, Джелалабад... Нередко приходилось выполнять от шести до восьми боевых вылетов в день, что очень тяжело даже чисто физически, про психологическое напряжение даже заикаться не стоит.

Но стоит ли об этом всём знать первой встречной? И Сен решил, что нет. Делиться с незнакомкой деталями своей биографии пока не будет. Он не стал раскрывать девушке ни подробностей боевых операций и того сколько пришлось вывезти его винтокрылой машине.

— Я жил в Советском Союзе, — спокойно ответил Ар, — Был вертолётчиком.

Ну, вот и момент истины. Если она не с Земли, то скорей всего ничего и не слышала об СССР и вертолётах. Девушка словно самой себе кивнула, убедившись в своих умозаключениях.

— Я из Новосибирска...

Это была удача. Встретить не просто человека с Земли, но соотечественницу. Шанс один на миллион. Третья жизнь была сама по себе удачей, а тут ещё так везёт с самого начала.