Песнь Металла: Противостояние

Глава десятая. Диалог с врагом - 2

Собеседник начал источать эмоции насмешливости смешанные с лёгким презрением, и перебил пленного:

— Инсекты не используют космические мины. Минировать космическое пространство бесперспективная и очень дорогая затея. Этой ерундой занимаются только ваши, вот только, толку от этого немного. Проделать достаточно широкую брешь в минных полях можно при очень незначительных потерях времени. Фактически, наступающая армада вторжения не потеряет даже темп продвижения.

— Возможно, мина была имперского производства...

— Невозможно, — насмешливо отмёл возражения десантника собеседник, — Ваши мины имеют систему определения свой-чужой. Подрыв дружественной цели невозможен. Орбита этой планеты никогда не минировалась. Вас забросили сюда, как первую волну, чтобы вы уничтожили батареи противокосмической обороны. Однако успеха достиг только один ты.

Инсект приблизил свой шлем уже так близко к шлему меха, что в подробностях просматривались все чешуйки до единой и мельчайшие детали узора на хитиновой пластине брони. Больше всего он сейчас напоминал средневекового земного рыцаря, даже больше самого Ара облачённого в вариант высокотехнологичного варианта доспехов, которые были скорей экзоскелетным бронированным скафандром.

Кроме этого в голову лезла, только заученная информация из наставлений. Кожа представителей этой разумной расы чрезвычайно прочна и стойка к повреждениям. Толстый эпидермис состоит из переплетения прочнейших волокон, образующих густую сеть, выдерживающую большое напряжение и вместе с тем остается чувствительной и эластичной. Предел прочности кожи инсектов на разрыв — составлял по прикидкам Ара около полутонны на один квадратный сантиметр. Эпидермис многослойный, оснащен богатой системой нервов и пронизан кровеносными сосудами. Однако самым интересным в строении их кожи - особая прослойка, по своей структуре и свойствам похожая на паутину, что и делает её на редкость прочной. Если рабочим особям хватает только этой эластичной бронированной чудо-кожи, то боевые разновидности инсектов поверх неё отращивают ещё и хитиновые пластины настоящей брони.

Ар никогда не страдал приступами ура-патриотизма, ни во время своей первой жизни на родной планете, ни тем более во время второй, по отношению к Империи Лубасири. Сейчас же и последние крохи благодарности испарились. Да, им дали шанс прожить новую жизнь в здоровом молодом и сильном теле, но оживили их для единственной цели — участия в этой войне в качестве пушечного мяса. Смазки для костяных клинков и хитиновых шипов боевых инсектоидов.

Чего-то такого он и ожидал от местных остроухих хозяев, но чтобы переварить такое, всё равно потребовалось несколько долгих секунд. Получить подтверждение своим подозрениям вот так, из уст врага было не просто. Но и верить в информацию, полученную от врага нельзя. Такая неподтверждённая информация стоит немного...

Да, ничего почти не стоит. Инсект будет рассказывать всё, что Ар только захочет услышать. Будет уговаривать, угрожать и приводить любые аргументы, лишь бы Сен перешёл на противоположную сторону. А в том, что это вербовка бывший землянин уже не сомневался. Но что этому трутню от него нужно? У Ара ничего не было, в чинах он был небольших, критической стратегической информацией не владел. Так, может трутень этого не знает?

— Я в армии. Я принёс присягу. Почему, я должен действовать как-то иначе? Пленных вы не берёте, насколько я понимаю. Какие у меня альтернативы? Не то чтобы Сен рассчитывал на какие-либо приемлемые варианты развития событий, но узнать очень хотелось. Потому он решил играть собственную роль до конца.

— Не берём пленных? А ты кто? — трутень, казалось удивился искренне, но это вновь была ирония.

Ар задумался. Действительно. На лицо было логическое несоответствие. Инсекты пленных не берут, потому что неспособны к установлению контакта, руководствуются инстинктами в большей степени чем разумом, к осмысленному диалогу не способны - вот чему учили имперских десантников перед тем как отправить в ад войны с расой чужих. Ещё во время его нахождения на учебной базе крутили фильмы о том, где яйцеголовые ученые с умными лицами рассказывали про то, что технически инсекты отстают от Империи Лубасири к-а-т-а-с-т-р-о-ф-и-ч-е-с-к-и.

Однако всё, что Ар увидел собственными глазами говорило совершенно об ином. Как минимум, они не уступала, а судя по всему, даже превосходили Империю, особенно, если учесть на каком уровне находятся биотехнологии. Сен не знал каким уровнем техники нужно обладать, чтобы вырастить пересекающий многие сотни световых лет живой корабль, способный к регенерации и саморемонту. Это казалось чем-то невероятным.

— Мы берём пленных...

Спокойно, даже где-то равнодушно возразил собеседник бывшему землянину. Его голос раздававшийся непосредственно в разуме звучал ровно, однако каким-то необъяснимым образом понимал эмоции говорившего. Это было похоже на звуковую дорожку на киноплёнке. Сначала всё кино было немым, а потом научились записывать голос и началась новая эра.

— Долго пленных не содержим. Наши логова не приспособлены, для того чтобы превращать их в тюрьмы. Так, кажется, у вас называются места долговременного лишения свободы? — с ехидцей поинтересовался трутень.