Песнь Металла: Противостояние

Глава четырнадцатая.Осторожно! Двери закрываются. Следующая станция... - 1

В чём смысл жизни? На Земле, где прошло детство Марины Кузнецовой учили планировать абсолютно всё. День, учёбу, делать вовремя уроки, что кушать на обед, расписывать досуг и, в принципе, строить наперёд планы на жизнь. Так предлагалось себя вести с самого рождения и до гробовой доски. Предлагалось двигаться по этому плану словно по рельсам, смотря в окно на проносящиеся мимо станции и полустанки. Вот промелькнула остановка «Детский Сад», вот локомотив остановился перед станцией «Школа», а дальше начали проноситься вехи «Первый класс», «Второй», «Третий»... «Восьмой». В один из таких моментов девочка поняла, что таким образом доберётся до финала. Размеренно не торопясь. Её паровоз встанет однажды на вечную стоянку в тупике за последней остановкой и сделает финальный гудок. Пришедшему осознанию Марина рада не была, от него становилось страшно и неприятно холодело в животе. Возможно, поезд встанет в тупик ещё не скоро, но само наличие последней остановки на её ветке не вызывало никаких сомнений. Осознание этого факта навсегда застряло холодной льдинкой в груди. Единственное, что успокаивало - это будет нескоро. Дальнейшие события в жизни развеяли большинство заблуждений. Первый раз девушка усомнилась в силе планирования, когда впервые без памяти влюбилась в высокого кудрявого блондина с зелёными глазами. Эта влюблённость никак не согласовалась с тщательно выстроенными планами. Ведь всем известно, что влюбляться нужно после того как получено образование.

Как давно это было... Кажется, словно всё произошло в прошлой жизни. Хотя, нет. Не кажется... Это и было с ней на Земле, когда была красивой и стройной. От природы хорошим чёрным струящимся волосам и чистой коже цвета молока завидовали сокурсницы, а светлые серые глаза смотрели на всё и всех чуточку насмешливо и ехидно. Вчерашняя школьница Кузнецова поступила на первый курс медицинского техникума. Сложностей с поступлением, которых так страшилась не было. Ведь училась она очень хорошо. Тогда это и случилось.

На втором курсе учился симпатичный парень, который нахально подошел к ней после занятий и завёл ничего незначащий разговор. Его взгляд... Как он тогда смотрел на Марину! Щёки девушки залил румянец. Она отвечала невпопад на заданные вопросы, а в животе шевелил крылышками целый рой бабочек. Одним словом, растаяла, поплыла по течению. Первая влюблённость. Сумасшедшая страсть.

Тогда казалось, эти новые чувства чем-то волшебным, что происходило между ними не может закончиться, но сейчас... Сейчас с высоты прожитых лет она даже не уверена, что он вообще хоть когда-нибудь любил глупенькую стройную студентку со звонким смехом и изящной тонкой фигуркой. Опыт и накопленная житейская мудрость подсказывают, скорее, он просто великодушно позволял Марине себя обожать. Однако, тогда ей было всё равно. Скорей всего, даже если кто-то попытался открыть девушке глаза на суть происходящего, не поверила бы этому. Обрушившиеся на девушку чувства оказались подобны наркотической зависимости. Какой же она была тогда дурой...

Думала не сможет без него жить, что он для неё необходим как воздух. Марина вместе с ним прогуливала занятия. Когда родителей не было дома, приводила возлюбленного к себе. Головокружение, сладкие поцелуи, горячие ласки, объятия. Тогда уже строила планы о том, сколько у них будет детей, но всё закончилось вместе с получением диплома.

Пути разошлись. Он бросил Марину. Нашёл себе новую дурочку, а потом ещё одну, и ещё одну... Бабочки внутри неё умерли. А потом, надоело следить за жизнью абсолютно чужого человека. На смену обиде и ревности пришло равнодушие. Большие чувства, пылавшие в груди пионерским костром перестали сначала жечь, а затем даже греть. Марина закурила и перестала стесняться в выражениях. А люди продолжали заходить в поезд, не стесняясь размещались на соседних местах и выходили, не интересуясь её мнением.

Так вагон покинули любимые дедушки и бабушки, а локомотив уже нёсся к следующей остановке, оставляя позади родных людей. На поезд садились новые пассажиры, многих из которых Марине и знать не хотелось вовсе. Тогда впервые её посетили мысли, что смысл жизни не в размеренности и планировании. Ведь всем вокруг будет безразлично насколько красивой и здоровой она ляжет в гроб.

С тех пор цинизм стал её бронёй. Марина носила его как щит. Прошло достаточно много времени, чтобы она всё осмыслила и отпустила. Но что-то тогда в ней сильно перегорело. Так бывает. Когда что-нибудь остро чувствуешь или испытываешь очень яркие эмоции по отношению к кому-либо в какой-то момент они словно выгорают. Если это была любовь, то любить так сильно больше не сможешь.