Песня прялки. Обмен на смерть

Глава 5 “Джакуб сомневается. Рехор напивается” Часть 2

Рехор, сцепив зубы, подгонял кобылу. Стоило ему вырваться из замка короля, как он понял, что сдерживал свой гнев, свое горе. Слезы будто застряли в груди тугим узлом, не желая выходить вовне. Волнами отчаяния заливало нутро, и в эти мгновения князь понукал итак разгоряченную лошадь, которая, достигнув границы с лесом, стала уставать. Разозленный, Рехор остановил ее и спрыгнул на землю.

— Пррруу! — Окрик прозвучал грозно и чересчур громко. Чаще всего послушная, красавица кобыла дернула головой, из-за чего удерживающий поводья Рехор чуть не завалился набок, но вовремя удержался. В досаде он замахнулся хлыстом, но так и не опустил его на спину животного: встретился взглядом с кобылой. Внезапно князь ощутил стыд и разочарование за самого себя.

— Прости… прости, родная, — он ласково протянул к ней руку, и лошадь ткнулась в ладонь мордой.

Успокоившись, князь потрепал ее по загривку и огляделся.

— Кажется, мы недалеко… Не более трёхсот локтей.*

*Пражский локоть — мера длины, равна 593 мм. 300 локтей = около 178 м.

Недолго раздумывая, князь потянул лошадь за собой. Когда они достигли места, где он впервые увидел тело, Рехор привязал кобылу к одной из берез и стал осторожно ходить, внимательно осматривая прилегающие тропинки, кустарники дикой смородины и бузины. Он ничего не нашел, и разочарованно вздохнул, потирая сзади шею.

— Тут ничего нет, — он покачал головой, обращаясь то ли к лошади, то ли к самому себе. Опустив голову, он уронил взгляд до самой земли, ровно туда, где сейчас стоял. Под следами его подошв, затоптанное вдобавок копытами лошадей во время охоты, слабо проступало очертание небольшого следа. Рехор присел, внимательно вглядываясь в линии на земле.

— Следы пальцев ног… они могут быть чьи угодно. — Рехор продолжал рассуждать вслух, пока лошадь спокойно объедала траву вокруг себя.

— След явно женский… Миниатюрный.

Рехор осторожно провел по земле указательным и средним пальцами, снимая верхний слой песка и пыли. Он поостерегся своей большой ладонью испортить рисунок отпечатка чьей-то ступни. Надеялся обнаружить хоть что-то еще: волос, упавшее украшение, пуговицу с одежды. Но удача князя подвела. Разочарование накатило вновь, Рехор отвязал лошадь и продолжил путь до города, не в силах больше находиться здесь.

У ворот по обыкновению стояла стража, Рехор заплатил пошлину и въехал верхом в город. Он давно не был здесь. И успел забыть, что в городах жизнь течет иначе. Шумят купцы и торговцы, стонут нищие, бегают без пригляда дети горожан. Отдыхают в тени собаки. Ближе к центру стали чаще попадаться более прямые и широкие улицы. Каменные дома перемежаются с деревянными старыми постройками. Отличаются друг от друга украшениями, иными приметами. Изредка на домах встречаются таблички с символами, по которым получили свои названия: солнце — “дом солнца”, ножницы — “портновский дом”.*

*В 13 веке дома не имели нумерации, но с 14 века в Чехии можно было встретить дома с названиями, происходящими от символов. Чаще всего они были связаны с профессией того, кто в нем проживал.

Князь давно уже слез с лошади и вел ее под уздцы. Большинство улиц не превышали в ширину трёх локтей.* И передвигаться по ним верхом неудобно.

*Около 1,8 метра.

Рехор вышел на рыночную площадь и поморщился от суеты и шума.

Торговцы пытались перекричать друг друга, зазывая прохожих. Покупатели толкались и переругивались. Рехор хотел повернуть назад, когда услышал мальчишку — зазывалу, рекламирующего чьи-то “новейшие” услуги. Мальчишка лет двенадцати сновал между торговых рядов, и князь невольно отвлекся на его звонкий голос.

— Мастер Чжан только прибыл в Богемию! Он объездил весь мир, чтобы помочь людям, которые не могут видеть! Новые знания в медицине! Посетите Мастера Чжана и сами убедитесь!

Мальчишка толкнул князя, пробираясь сквозь толпу, но лишь задорно усмехнулся и подмигнул ему.

Рехор тут же проверил пояс — мешочек с монетами не исчез, но стоило быть осторожнее в таком месте. Князь снял мешочек и, отойдя в безлюдное место, спрятал его под одежду.

Краем глаза Рехор зацепил какое-то движение дальше по улице. Сначала князь решил, что ему почудилось, но он поборол замешательство и завернул за угол. Низенькая фигура, напоминающая со спины неказистого ребенка, вошла в двери дома, на стене которого красовался знак в виде золотого змея.*

*Отсылка к “Дому у Золотого змея”, который находится в Праге. В 15 веке там был трактир. В 19 веке — аптека, тогда и появился символ золотого змея.

Двери снова открылись, и на улицу вышвырнули еле стоящего на ногах мужчину. Он был пьян.

“Пивная”, — подумал князь.

Он вспомнил, что хотел в городе расспросить кого-нибудь о лесных нападениях. Сейчас все складывается как нельзя лучше. В пивной будет проще разговорить местных. К тому же, солнце спустилось ниже к горизонту. Если он хочет вернуться в замок засветло, нужно поторопиться. Рехор решительно пересек улицу и толкнул тяжелую деревянную дверь.

В нос ударил ядреный запах пива и пота. Глаза князя быстро привыкли к полумраку, и он прошел к свободному столику в глубине комнаты. Уже усевшись на лавку, князь обругал себя за такую глупость: и как теперь кого-то разговорить? Может, начать с хозяина?

Князь осмотрелся, но заметил только молодую панну. Девушка среднего роста, с каштановыми волосами, отбросила с плеча длинную косу и шутливо замахнулась на одного из посетителей, который что-то ей сказал. Наполнив мужчинам кружки пивом, панна взглянула в сторону князя, улыбнулась ему и подошла.

— Чего желает пан? Пиво, сваренное хозяйкой этого места? Закуски к пиву?

— А хозяйка..?

— Я, да, — девушка улыбнулась и вновь отбросила непослушную косу, — “Дом у золотого змея” прославился нашим пивом за этот год! Попробуйте, не побрезгуйте.

Панна хитро сощурилась, и Рехор невольно ею залюбовался.

— Так несите же скорее, — он улыбнулся в ответ.