По грехам нашим. В лето 6733. Книга 3

Куда пойти, куда податься

Глава 1. Куда пойти, куда податься

- Что кручинишься? – спросил Ипатий.

Сегодня коллега-попаданец прибыл из очередного своего похода. Непоседливый воин не может больше месяца находиться на одном месте, как и отказывается обзаводиться не то что семьей, а вообще каким-либо имуществом. Для меня это стало очень выгодным и полезным. Во-первых, если раньше, Ипатий и его сорвиголовы все трофеи за бесценок сплавляли скупщику в Рязани, то сейчас он все добро везет в поместье. Сам же, как и его десятники находится на коште воинской школы. Получают жалование, снабжение. Но главное – они обкатывают в полевых условиях новиков. В каждый поход с ним отправляются больше сотни будущих воинов. А искать противников Ипатий умеет. В степи гуляет лихой казак и гоняет, и остатки половцев и чувашей и других «печенегов». Сейчас же вернулся от аланов, где был три месяца и умудрился поучаствовать в междоусобной войне кланов.

Сказать, что мой новый соратник просто «безбашенный», нельзя. Он убежден, с чем нельзя не согласиться, что воин только тот, кто прошел не одну сечу и в бою не подвел. И, обкатав тысячу ратных на его отряде, мы получаем стойких и понимающих свои возможности воинов.

- Слушай, не знаю, что делать дальше! – сказал задумчиво я.

- Это как? Все сделал уже? И монголов разбил? Или на Руси порядок и перспективы? Говаривали уже не раз на все эти темы. Еще работы и работы и на тебе больше груза, чем на мне. Я с Филом – так, вояки. А ты наш тыл! – Ипатий сжал демонстративно кулак.

- Ага, меня уже и воином не считают, - я усмехнулся.

Да, был разговор, причем, аккурат перед последним отбытием Ипатия в поход. Тогда пришлось всем со всеми объясниться окончательно. И Фил, так наедине Ипатий называл Филиппа, - уже свыкся. Ну, за всех я считаю только троих – себя, Ипатия и Филиппа, который многое слышал при ситуации с Даниилом.

Скелеты же в шкафах были у всех, особенно, конечно, у нас с Ипатием. Я признался Филиппу, что прибыл из будущего и, как следствие, знаю многие события и их последствия. Сразу же после меня признался и Ипатий, что так же прибыл из будущего. И если я из XXI, то он аж из XXIII века. Разные у нас и способы попадания. Так, я оказался в 1223 году от рождества Христова в своем теле, только омоложенным неким непостижимым образом. А вот Ипатий, или скорее его сознание, было вселено в чужое тело. И уже гулял по просторам Руси и степи воин много больше десяти лет.

Из разговора Ипатия, которого так звали в том времени, откуда он появился и его человек-донор в этом времени был тезкой, стало очевидным, что это человек на ступеньку выше в эволюционном развитии. Вот только его достижения не связаны со знаниями, там вообще никак для современного мира, ну не квантовый же двигатель изобретать в XIII веке. А как построить простейший механизм, или заниматься сельским хозяйством – Ипатий даже не предполагает. Прежде всего, он умеет убивать себе подобных, как никто из ныне живущих. Обостренная реакция, сила, ловкость, зрение, слух – это то малое, что Евпатия выделяет из массы людей. При этом, он не так уж и выделяется статью и телосложением из множества других воинов.

Оказывается, что в будущем, откуда прибыл попаданец многие люди, такие как он. Благодаря совершенно незначительному изменению ДНК, стали доступны некоторые функции мозга, которые ранее были в «спящем режиме». Вот, например, человек год занимается в спортзале, бассейне, бегает по утрам, тем самым становится спортивным, выносливым, потянутым. Но стоит на следующий год забросить занятия и изменить свой режим, как человек становится обрюзгшим, с жирком и отдышкой. У эволюционирующего человека такого нет – достаточно один раз достигнуть высокого результата и все. Теперь на протяжении всей жизни, до момента старения мозга, ты можешь повторить свой рекорд десятилетней давности. Это в будущем назвали «эволюционным скачком», так как человек как бы набирал в своей жизни статы и не становился слабее до момента отмирания клеток головного мозга.

Ипатий еще пятнадцать лет назад сумел отбить летящую стрелу, теперь он может это делать без видимых усилий. Его владение двумя мечами – это действенная защита от всего дистанционного оружия средневековья. Стрелять из пистолета в попаданца мы еще не додумались.

Я так же, видимо, эволюционировал после перехода – обзавелся феноменальной регенерацией и уже стал замечать, что любые сложные движения однажды удачные, все последующие разы получаются только лучше. А еще я ем пироги, мед литрами потребляю с хлебом, но ни грамма лишнего жира.

Был еще один попаданец – Даниил. У него был другой путь развития – он воздействовал на умы людей. Жил весь в интригах и принципиально хотел прихода восточных завоевателей на Русь. Оба попаданца, в отличие от меня, прибыли из того мира, где русичи смогли отбиться от монголов, объединившись с булгарами, мордвой, венграми и остатками половцев. Вот только Русь превратилась в слабое государство по другим причинам – безвластие и междоусобицы на протяжении всей остальной истории. Да и крестоносцы со шведами ослабили русичей, пройдя огнем и мечом в то время, как Русь победила, но лишилась лучших своих воинов в противостоянии с монголами.

Когда не без моих усилий смогли разбить орденцев и даже захватить Ригу, Даниил только радовался, но как только понял мое стремление разбить монголов – взбеленился. Он готовил сдачу монголам русских земель и уже имел договоренности, что захватчики будут благоволить к православной церкви, которую хотел сделать всемогущей.