По регламенту – враги

Глава 7

Настоящая ночь так и не пришла.

Мегаполис за окном пылал, как раскаленный уголек, вгрызаясь в темноту тысячами огней — слепящих, ядовито-зеленых, кроваво-красных. Они мерцали сквозь щели в шторах, оставляя на стенах узорчатые тени, будто кто-то невидимый чертил пальцами замысловатые знаки. Город не спал, а вместе с ним не удавалось заснуть и мне.

Я сидела на краю жесткого кресла, поджав босые ноги, все еще в той одежде, в какой приехала сюда. Ткань, пропитанная запахом чужих улиц, давила на плечи, напоминая о долге. Планшет на коленях тускло светился, а в черно-синем экране отражалось мое лицо — бледное, с темными кругами под глазами, со сжатыми губами.

Отчет. Просто отчет. Десять строк, пара формальностей, ничего личного. Но буквы расплывались, мысли цеплялись за край сознания, уходя в сторону от разрешенного.

«Контакт установлен. Город соответствует ожиданиям. Чип работает стабильно, перевод не вызывает нареканий».

Стерла.

Слишком безлико, словно писала не я, а один из тех бездушных терминалов на корабле, что безропотно фиксируют чужие приказы.

«Получила список визитеров. Нам предстоят встречи с местными влиятельными фигурами. Программа минимальна — мы всего лишь витрина».

Удалено.

Я ненавидела это слово. Витрина. Красивая оболочка, за которой ничего нет. Мы здесь для того, чтобы несколько богатых людей поглазели на нас. Было бы на что глазеть! Мы ведь не отличаемся внешне…

«Кел…»

Нет. Нет-нет-нет! И не думай писать о нем.

Я резко провела пальцами по экрану, стирая даже намек на это имя, точно боялась, что кто-то увидит. Взяла бутылку с водой — капли конденсата скользнули по пальцам — и сделала глоток, пытаясь смыть ком в горле. Снова начала писать, на этот раз так, как требовали правила:

«Визит проходит без осложнений. Город динамичный. Чип-переводчик почти не сбоит. Завтра — тест на открытом маршруте. Контактная программа в штатном режиме. Запланированы социальные взаимодействия».

Нормально. Без деталей. Без слабостей.

Я отправила сообщение, и планшет тихо пискнул, как живое существо, удовлетворенное выполненной задачей. Но вместо облегчения я почувствовала пустоту — вместе с текстом куда-то ушла часть меня самой.

Остаток ночи тянулся мучительно медленно. Я встала, подошла к балконной двери, прижала ладонь к холодному стеклу — снаружи кипела жизнь: неоновые вывески, транс-кары, спешащие куда-то люди, чьи фигуры сливались в одно цветное пятно. Они не знали, кто я. Не догадывались, что за этим окном кто-то прячет дрожь в пальцах и комок безымянного страха под ребрами.

Я отвернулась, кинула планшет на кровать, но не успела сделать и шага прочь, как он снова пискнул — резко, настойчиво, торопя меня.

Сообщение от матери.

«Отчет получен. Почему ни слова о нем?»

Я замерла и снова подняла планшет. Пальцы сжали устройство так сильно, что экран затрещал под давлением, пока я читала:

«Постарайтесь не убить друг друга. Его прислали в нашу общину не просто так. Его отец настаивал, чтобы он учился у меня дипломатии. Шпионил. Следил за тем, что происходит. За переговорами с людьми. Раз уж власть не досталась их роду. Будь осторожнее в словах и поступках».

Комната вдруг показалась тесной. Воздух — пропитанным токсичным газом. Я осторожно опустилась на край кровати. Перечитала сообщение еще дважды.

Внимательно, будто разбирая чужой шифр, в котором каждая буква — осколок правды, вонзившийся под кожу.

Но удивления не было.

Нет, здесь не стояло ничего нового, ничего такого, чего я бы уже не знала. Я помнила, откуда явился Кел. Кто стоит за его спиной. Кессар старший мог оказаться на месте моей матери, вести переговоры с людьми от имени всего народа. Но выбрали ее, а конфликт остался.

Кессар не смирился. Он всегда будет ждать нового шанса.

А Кел — его сын. Мой соперник.

Даже если сам он не хотел быть таковым. Даже если в его глазах не было ненависти, а лишь эта странная неудобная искренность. Даже если он играл в свою игру, не выдавая правил.

Я знала. Всегда знала, кто мы друг другу.

Проблема была не в этом. Она заключалась в том, что я… перестала помнить об осторожности. По своей воле.

Не сегодня, не сейчас, а давно. С первой встречи. С той первой паузы, когда Кел замолчал на полуслове, но не отвел взгляда — и в его глазах было что-то настолько открытое, что мне стало трудно дышать.

Я забылась. Позволила себе слушать его и поверить, что между нами может быть что-то, кроме расчета и политики. Слишком глубоко утонула в иллюзии, где он — просто мужчина, стоящий рядом на балконе. Честный. Смотрящий на меня так, будто видит не наследницу Ра’шель, не пешку в игре, а просто… меня.

И, наверное, уже поздно пытаться быть осторожной.

Планшет, выпав из пальцев, мягко стукнулся о ковер. Я откинулась на кровать. Натянула одеяло выше головы, чтобы закрыться от всего, но, увы, от собственных мыслей не удалось.

На секунду мне захотелось отринуть все. Потом — мне снился Кел…