По регламенту – враги

Глава 10

Я проснулась рано. Еще до рассвета.

Город за окном дышал светом экранов — мерцал, пульсировал, не зная сна. Все жило. Все двигалось.

А внутри меня была тишина.

Не покой и не умиротворение — пустота, в которой звенел лишь его голос, его шаги, его уход.

Я все еще чувствовала, как Кел смотрел на меня вчера. И как я… не ответила.

Встала и долго стояла у окна, не включая свет. Босые ноги на холодном полу, в руках — так и не наполненная чашка. Я просто держала ее так крепко, словно в ней содержалось мое спасение.

В номере было слишком тихо. Слишком чисто. Воздух — идеально отфильтрован, так, что не осталось запахов. Зеркала — безупречные. Свет — ровный, безжизненный. Как будто мир отказывался замечать, что внутри меня все кричит.

На встрече с делегацией Кел был безупречен: спокоен и уверен в себе. Конечно, все это было фарсом — мы не обсуждали ничего важного и ничего не решали. Визит вежливости, первая контактная встреча. Но я удивлялась умению Кела держать лицо. Ни лишних слов, ни взглядов, ни намека на то, что между нами было хоть что-то — мгновение, дыхание, мысль.

И это оказалось хуже всех его дразнящих реплик, хуже насмешек и опасных приближений. Потому что теперь я знала, каково это — чувствовать его по-настоящему. И каково — когда его нет, даже если он в том же помещении.

Я говорила за двоих, поддерживала диалог, точно мост между мирами. Кел же смотрел то на собеседников, то на стол, отгораживаясь ото всего лишнего, пока не обратятся лично к нему.

А я… ждала. При каждой паузе ждала, что он наконец заговорит. Скажет хоть что-то. Не мне. Просто — нарушит это молчание.

После неловкой реплики с человеческой стороны я чуть повернулась к нему, якобы для уточнения перевода. Наши взгляды встретились. На секунду. Я почувствовала, словно тело омыла горячая волна солнечного света, а затем — снова лед. Кел ответил коротко, нейтрально, почти чужим голосом.

Вежливо попросила перерыв и вышла на балкон — туда, где воздух был свежее, а стены не давили.

Я стояла у перил: руки сцеплены, спина напряжена. Глупое сердце все еще прислушивалось к шагам позади.

Кел появился через минуту. Возник рядом.

— Ты хотела, чтобы я держал дистанцию, — негромко сказал он. — Я держу. Раз не сейчас….

— Да. Но не «никогда», — перебила я и повернулась.

Посмотрела прямо на него — без масок и без защиты.

— Не уверена, что это то, чего я хочу, — прошептала я.

Он почти незаметно кивнул:

— Знаю.

Приблизился совсем немного. Его рука коснулась перил возле моей, не дотрагиваясь до пальцев. Но расстояние между нами исчезло.

— Хочешь, чтобы я ушел? — Голос стал глуше.

— Нет.

— Хочешь, чтобы остался?

— Да.

Кел не двинулся. Мы стояли, глядя на бурлящий город: машины, огни, спешащие люди. А здесь, на балконе, было другое пространство.

Он. Я. И все неназванное между нами — напряженное, хрупкое и настоящее.

— Ты боишься? — спросил он, не глядя на меня.

— Да. А ты?

— Боюсь сказать то, о чем потом пожалею. И еще больше — не сказать того, чего ты ждешь.

Я прикоснулась первой. Легкое неловкое движение. Он не отстранился. Развернул ладонь — и наши пальцы переплелись.

— Мы все еще на задании, — напомнила я.

— Мы все еще живые, — ответил он. — Даже если давно не те, кем были.

Я слабо улыбнулась, но внутри больше не было холода.

Кел остался. И впервые за утро в тишине стало теплее.