Под эгидой тьмы

Глава 6.4. Сумеречный укус.

Тьма отступала медленно, как утренний туман, пропуская лучи сознания в закоулки памяти. В первую очередь вернулись ощущения — тянущая боль в мышцах, липкий озноб, привкус железа на языке. Потом запахи — затхлый аромат пыльной подушки, старая краска на стенах. И, наконец, зрение — мутная картинка родного потолка с причудливой трещиной, которую в детстве она принимала за силуэт собаки с огромными ушами.

В голове гудело, как в классе труда, где вечно были проблемы с проводкой. Тошнило и ломило всё тело, как в те дни, когда Марго готовилась к экзаменам, не спала сутками, параллельно выматывая себя физкультурными нормативами. Но, вопреки ожиданиям, усталости не было и в помине, сна не было ни в одном глазу.

Марго села в кровати, оглядываясь. Да, она в своей комнате и в своей кровати. Как каждое утро до этого. Неужели всё это приснилось? Побег с Димой, Красный рынок, устрашающий Артемий… Неужели это был лишь кошмар, порождённый страхом и усталостью? Но как она могла видеть во сне места, которые никогда прежде не посещала?

Оперевшись на левую руку, Марго зашипела. Боль молнией пронзила плечо и отозвалась в груди. Опустив взгляд, она увидела, что на ней все та же футболка и клетчатая рубашка, в которых она ушла из дома. Значит, это был не сон? Приспустив рукав, она обнаружила плотную повязку, белую и немного потрепанную. Никаких бурых пятен. Марго осмотрела руку со всех сторон, но не нашла ни единого следа крови. Она уже хотела заглянуть под повязку, когда вздрогнула от неожиданного голоса:

— В слюне вампира содержится много веществ, в том числе и коагулянты, которые не позволяют жертве истечь кровью. Но всё равно на всякий случай лучше оставить бинты до полного свёртывания.

Дима. Он сидел на подоконнике и смотрел прямо на Марго. Свет за распахнутым окном окрашивал его пряди в багровые цвета. Его присутствие вносило диссонанс в привычную картину спальни — как будто кусок другой реальности вклинился в её сонную явь.

Значит, точно не сон?

Марго попыталась встать, подойти к нему, но запуталась в одеяле. Дима, словно тень, быстро пересек комнату и оказался рядом с ней, мягко укладывая обратно.

— Не вставай. Тебе надо отдохнуть.

— Как?..

Марго не знала, с чего начать.

«Как мы выбрались? Что произошло? Почему Артемий не остановился? Как обычный парень смог одолеть вампира, хоть и на пороге Сумерек?»

Вопросов было слишком много, и какой из них самый важный – непонятно. К тому же, горло саднило от пронзительного крика.

Дима смотрел пристально, будто пытаясь разгадать сложный шифр, — изучал каждый изгиб губ, каждую морщинку у глаз. Марго заёрзала под его взглядом, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Снова вспыхнула боль в плече. На её лице, видимо, отразилось страдание, потому что Дима, поджав губы, резко отвернулся, скрывая глаза за чёлкой.

— Прости.

Его голос, приглушённый тишиной комнаты, звучал глухо, словно эхо из глубин колодца:

— Прости, что подверг тебя опасности. Я… Я не предполагал, что всё обернется так. Нам повезло, что Артемий балансировал на краю Сумрака. Иначе… я бы не справился.

Марго попыталась покачать головой, но движение отозвалось колющей болью в висках. Дима сразу же повернулся к ней и нежно положил горячую, почти раскалённую, руку на голову. От одного этого прикосновения Марго замерла, как птичка при виде кошки.

— Не отвечай. Мне… Тяжело будет слышать твои обвинения. Хотя ты и будешь полностью права, покрывая меня всеми самыми страшными словами.

Она всё же отрицательно мотнула головой, сжав губы. Уголок губ Димы дрогнул в подобии улыбки, но глаза остались мрачными.

— Ты только сейчас так думаешь, — он отвернулся к окну, понизив голос почти до шёпота. — Надеюсь, это не изменится.

Дима сжал кулак у груди. Рука дрожала. В лунном свете его фигура дрожала, как марево, и он казался призраком.

— Прости, — повторил он, и в голосе зазвучала та же боль, что ныла в её ранах. — Прости меня. Я… я не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь… Ты не представляешь, как я виноват.

— Я сама… согласилась, — выдохнула она, и слова вырвались хриплым шепотом.

— Знаю. Теперь — знаю наверняка.

Его ответ сбил её с толку, но раздумья прервало прикосновение к ладони. В пальцы вложили нечто холодное. Алый камень, застывший в золотой оправе, вспыхнул в полутьме, как капля крови на снегу. Серьга Артемия. Марго хотела выбросить её, как улику преступления, но Дима сжал её пальцы, не давая раскрыть ладонь.

— Нет! — в его голосе прорвалось отчаяние. — Сохрани её… После всего, что случилось… тебе сложно будет мне поверить. Я ведь поклялся, что с тобой ничего не случится…

Он тряхнул чёлкой, словно отгоняя наваждение, и проговорил, запинаясь:

— Доверься ещё раз. Всего один. А потом… решай сама.

Его пальцы разжались, оставляя на её ладони следы от граней камня и невысказанную просьбу, висящую между ними тяжёлым грузом.

Марго не могла отвести взгляд от его тёмных глаз, в которых, казалось, всё ещё плясали отблески свечей из дома Артемийа. Она кивнула, надеясь, что Дима поймёт — она доверяет ему.