Поезд на Север

Глава первая

Безостановочные удары волн обрушивались о борт с такой силой, что заглушали несмолкающий гул ветра. Который в свою очередь, заставлял деревянные соединения нашего судна издавать протяжный скрип, каждый раз непохожий на предыдущий. Этот стихийный оркестр продолжал тараторить без устали, под такт невидимого дирижёра. Мне сложно сказать, как много прошло времени с момента как мы попали в шторм. Находясь в дали от привычных для человека условий, перестаёшь отмерять время общепринятыми единицами. Теперь это день и ночь. Светлое время суток, когда на палубе кипит работа и каждый занят своим делом и тёмное, когда бо́льшая часть экипажа освобождена от несения вахты, находясь в каютах. Только не в эту ночь, когда было скомандовано: «Все наверх!». И когда от максимальной слаженности команды, а в первую очередь умелых матросов, зависели жизни остальных членов экипажа.

Спустя некоторое время послышался стук, пока я не осознал, что он доносится от двери в мою каюту. Вначале я даже не придал ему значения, так как звуки бури ввели меня в некое подобие транса. После непродолжительной паузы, раздалась ещё серия ударов поняв, что беспокоить меня мог лишь кто-то из помощников капитана, но причины беспокойства я, разумеется, знать не мог. Вероятнее всего — это было связано с непогодой снаружи.

- «Сударь, Александр, прошу прощения, что тревожу в столь поздний час. Это старший помощник Чалин, вас хочет видеть капитан».

Не поворачивая головы, я монотонно произнёс: - «Передайте, что буду через пару минут».

В ответ, услышал что-то невнятное, но разобрал только лишь одно слово: - «… передам».

Неспешно привстав, я закрепил брюки ремнем (подтяжками, что было в то время, какая одежда), поверх не застегивая накинул жилет, а на него пальто, так как приходилось выйти на улицу, где было очень промозгло. До капитанского мостика, требовалось преодолеть несколько метров палубы. Решив, что сильно прихорашиваться нет необходимости, рукой я пригладил волосы, рубаху оставил расстегнутую не повязывая галстуком, шляпу решил оставить у себя в каюте, так как ветер мог её унести, а нести в руках, тоже самое, что и без неё. Поэтому смысла в ней было немного. Задув свечи, две у кровати, одну у входа и убедившись, что ключ при мне, которым предстоит запереть своё жилище, на время поездки я спешно вышел и быстро закрыл дверь, чтобы не остужать согретую комнату, как пекарь, который не открывает печь за ненадобностью. Поднявшись и выйдя на свежий воздух, меня тут же протянуло влажным, ледяным, ветром.

И про себя подумал следующее: «Тут совсем не так, как ты себе представлял, да?». Сверху было в несколько крат хуже, чем я мог себе представить! Человеческому мозгу свойственно обманываться. Иногда он гиперболизирует то, о чём не следовало бы печься или в полной мере растрачивать своё внимание. А иногда, как в этот раз он решил, что со мной ничего не станется, если слегка освежусь, выйдя на воздух... Я никогда так не заблуждался. По пути туда и сюда сновали матросы, которые менялись, чтобы время от времени греться, а затем вновь сменяли друг друга.

Не смотря на шторм за бортом, и суету на палубе, на капитанском мостике на удивление всё было спокойно, Алексей Комаров, так звали капитана, склонившись над столом при свете зажённых свечей, что-то обсуждали с помощником Чалиным имя которого, я к сожалению забыл. Стоило мне переступить порог, как оба оторвав взгляд от стола практически синхронно подняли головы и посмотрели в мою сторону. Направившись в их сторону капитан также сделал несколько шагов в мою сторону, дабы встретить и сопроводить.

Дружественно положив одну руку мне на плечо, а вторую протянув для рукопожатия он сказал: - «Приношу глубочайшие извинения сударь, что оторвал вас ото сна, но дело не терпит отлагательств».

В свою очередь я также протянул ему руку и произнёс: - «Всё в порядке капитан, я к вашим услугам, мне всё равно не спалось».

Он жестом вытянутой руки указал нас стол, сопровождая и предлагая тем самым присоединиться к обсуждению.

Подойдя к столу я увидел на нём аккуратно разложенные топографические и мореходные карты, хоть мои познания и не сильны в навигации, но с первого взгляда мне было понятно, что наш маршрут претерпит изменения.

Не доходя нескольких шагов до стола, меня поприветствовал высокий, светловолосый с короткой стрижкой приятный мужчина с приветливым лицом: - «Старший помощник Капитана, Чалин, к вашим услугам», выпрямившись и протягивая мне руку обратился он ко мне, - «Ещё раз прошу прощения, что пришлось потревожить Вас в столь поздний час.»

- «Всё в порядке Сударь…?» специально повысив интонацию протянул я.

- «Иван» кратко ответил он мне, - «Иван Чалин».

- «Прошу прощения, что не смог запомнить ваше имя», в свою очередь также протягивая ему руку, для рукопожатия, - «Нас представляли друг другу всего единожды, а за последние недели много всего изменилось в моей жизни.»